Пилот ракетоносца - Макс Мах

— Увы, — улыбнулся Эрик. — Я рос на улице и в сиротских приютах.

Услышать такое, лейтенант, кажется, не ожидал. Не просто удивился, а в некотором роде впал в прострацию.

— Неожиданно, — признал вслух после довольно продолжительной паузы.

— Тут много, скажем мягко, неожиданного, — поднял голову от монитора кап-два. — Ну-ка, курсант, только честно! Как на духу, ты ведь сразу понял, что это не симулятор, а настоящий боевой модуль?

— Так точно, господин капитан! — Пора было делать свой ход.

— Значит, знал и то, что это подстава?

— Так точно, господин капитан!

— Зачем же тогда полез в модуль? — Вопрос, что называется, напрашивался и вот, наконец прозвучал.

— Захотелось еще хоть разок… — Почти честно, но только почти. Плюс немного драматизма и "отчаянной тоски".

— Приходилось работать с коммуникативно-адаптивным интерфейсом? Где? Когда?

— В академии во время летних каникул.

На мгновение вспомнилось, как получил в первый раз по мозгам. Тогда его не только скрутило, кровь шла из носа и из ушей…

— Без разрешения?

— Так точно, господин капитан!

Дело пошло, теперь надо было только немного дожать.

— Без подстраховки… без инструктора…

— Сам разобрался, — пожал плечами Эрик.

Не стоило рассказывать о бессоннице и мигренях, едва не уложивших его на госпитальную койку. Выжил, и слава богу!

— Ну-ну… — Кавторанг отошел от стола с терминалом, прошелся в задумчивости по кабинету туда и обратно, и вдруг остановился перед лейтенантом. Как видно, решение было принято.

— Сделаем так, — сказал он, закуривая следующую сигарету. — Я с докладом к адмиралу. А вы, Павел, займитесь тем временем курсантом. Переоденьте в нашу форму, накормите… Пока лучше не в кантине, а в буфете на третьем уровне, и устройте парня на ночлег. Ну, скажем, в общежитии сменных экипажей. А с утра, полная медицинская аттестация по форме Бета-7… Или нет! Давайте сразу сделаем ему Бету-9 или даже Бету-11. Кутить так кутить, делайте Бету-11. Как раз до вечера управитесь, а там и я подойду…

2. 21 марта 2531 года, космическая станция "Птицелов"

Лейтенанта звали Павел Волин и он служил пилотом-инструктором "Центра Переподготовки Пилотов" на станции "Птицелов". Центр занимался, среди прочего, формированием пилотажных групп для тяжелых кораблей 8-го флота и, являясь весьма серьезной организацией, занимал пять секций "Северо-западного сегмента" станции. Но Эрик в тот день ничего интересного, в сущности, не увидел, поскольку Волин держал его на коротком поводке. Спал Эрик в крошечной каюте, в которой с трудом помещалась двухъярусная койка, небольшой стенной шкаф и выдвижные стол и стул. Там же он и ел, "чтобы не отсвечивать". Однако большую часть дня он провел в медицинском блоке, где ему сделали все возможные анализы, включая четырехмерную электронную томмограмму всего тела и функциональную диагностику работы мозга и периферической нервной системы. Кроме того, его осмотрели три специалиста неизвестной Эрику специализации, а в паузах между тем и этим, он заполнил несколько сложных анкет, ответив в общей сложности на триста девяносто разных вопросов "обо всем на свете".

День получился длинным и нудным, однако в восемь часов вечера по корабельному времени, врачи — или кто уж они там были, — оставили Эрика в покое, лейтенант Волин принес прямо в каюту упаковку "сухого пайка" и бутылку витаминизированной воды, и, не успел Эрик съесть свой не слишком вкусный, но зато калорийный ужин, как его "выдернули" на встречу с кем-то из небожителей. Во всяком случае, в глазах Эрика контр-адмирал ВКС, если и не бог, то уж точно — посланец его.

— Ты знал, что модуль подключен к центральному компьютеру? — Вопрос закономерный, ибо дураки адмиралами не становятся.

— Точно не знал, ваше высокородие! — вытянулся в струнку Эрик. — Предполагал и очень надеялся.

— То есть, задумал все заранее? — Адмирал Север оказался невысоким крепким мужчиной с обильной сединой в висках. Глаза голубые, холодные. Держат, как в прицеле системы наведения. Не отпускают, не дают передохнуть.

— Никак нет, ваше высокородие! Мне заранее никто не сказал, в чем заключается каверза. Но когда пришли на стенд, тогда я сразу сообразил, что к чему. Командно-боевой модуль ракетоносца ни с чем не спутаешь.

— Быстро соображаешь?

— Так точно!

— А если бы в их планах было устроить тебе темную?

— Так они, господин адмирал, и внизу могли меня отмутузить, — возразил Эрик. — Никто бы им не помешал. Но могли, конечно, и еще какую-нибудь подлянку придумать.

— Если понимал, что не на вечеринку идешь, почему не сбежал?

— В беготне нет смысла, — как бы забыв о звании собеседника, тяжело вздохнул Эрик. — Далеко не убежать. Все равно поймают.

— Тогда что? — Адмирал тоже, вроде бы, не заметил отступления от устава.

— Или спустить на тормозах, или дать бой.

— Уверен, что смог бы отбиться?

— От этих? — "задумался" Эрик. — Думаю, что отмахался бы.

— Хорошо дерешься? — Уточнение, не лишенное смысла.

— В спортивных единоборствах у меня средний уровень, — честно признался Эрик. — Но в драке без правил я бы их положил.

Помолчали. Адмирал рассматривал Эрика, изучал и о чем-то напряженно думал. По-видимому, взвешивал все "за и против".

— Чем ты Мельнику не угодил? — Хороший вопрос, и у Эрика даже был проект ответа, но все зависело от того, о каком Мельнике идет речь.

— Не знаю, но могу попробовать предположить. О каком Мельнике мы говорим, об Андрее, Вере или об адмирале Мельнике?

— Да, — кивнул собеседник, оборачиваясь к кавтарангу. — Ты прав, Людвиг, парень и впрямь не дурак.

— Каплея Виктора Мельника знаешь? — А это уже снова к Эрику.

— Лично не знаю, но наслышан, — осторожно ответил Эрик.

"Вот же черт!" — сейчас он увидел в своей истории совсем другую подоплеку, но говорить об этом вслух поостерегся. Не та тема, чтобы обсуждать ее с адмиралом.

— Думаю, что ему мог нажаловаться на меня Андрей Мельник, мы с ним вместе учились… Но не факт. Могла быть и какая-то другая причина.

И она, разумеется, имела место быть. Вера рассказывала, что этот взрослый ее кузен вбил себе в голову, что должен на ней жениться. Именно так: он должен жениться, а не она выйти замуж. А у таких людей чувство ревности, порой, просто зашкаливает. Вот Эрик и угодил под раздачу. Если принять, как факт, что Виктор Мельник знал о частых разговорах по коммуникатору с неким Эриком Минцем, остальное сразу же становится понятным.

— Да, жизнь сложная штука, — кивнул между тем адмирал.