Первые шаги - D. Wismurt

Поглядел в указанном направлении. Точно. Молодец, девчонка. Глазастая.

— Давай осторожно подкрадемся.

Алена, услышав мои слова вздохнула, но посеменила рядом, пригибаясь и прячась за оградами и памятниками.

— Тебе совсем не страшно? — дрожащим голосом спросила у меня.

Страшно. Конечно, страшно, но ведь ей я не могу этого сказать. Я же мужик, а мужики ничего не боятся, по крайней мере, в глазах женщин.

— Нисколечко, — ответил вполне себе уверенно.

— А мне вот ссыкотно.

— Не бойся, все будет путем.

— Стас, — остановилась на мгновение Алена, — он ведь тебе никакой не племянник? Верно?

Умная. Просто сказка, а не девушка.

— Да.

— Тогда что мы сейчас тут делаем?

— Разве не понятно? Следим.

— Зачем?

— А хрен его знает, — ответил честно.

— Мне кажется, ты такой же псих, как и тот парень, что сейчас вытащил из земли лопату. Мне, если честно, начинает по-настоящему становиться страшно.

— А что, разве раньше не было? — прошептал тихо, а потом до сознания дошли слова девушки, — Какую лопату?

— Сам смотри.

Действительно. Сейчас парня было хорошо видно в свете луны. Он стоял у одной из могильных плит и отряхивал с черенка глину.

— Зачем она ему? Что он собирается делать? — в голосе девушки проскользнули судорожные нотки.

Не хватало мне еще женской истерики.

— Успокойся. Я понятия не имею зачем ему лопата, но мы с тобой это выясним. Запомни главное, будь тихой и ни за что не позволяй этому ненормальному тебя увидеть. Что бы не случилось, сиди и не высовывайся.

— А ты?

— Я рядом. Будем вести наблюдение.

— Ты полицейский? Ведешь расследование? Поэтому, следишь за парнем? Он преступник, да? Убийца?

— Ты пересмотрела фильмов, детка, — усмехнулся криво, потому что причину, по которой я находился в данный момент в этом месте, озвучивать не собирался ни при каких условиях. Назови я ее и компания психа, который сейчас орудовал лопатой, показалась бы Алене безопаснее, чем моя.

— Что он делает?

— По-моему, разрывает могилу, — пожал плечами.

С нашего расстояния было не совсем хорошо видно, но подходить ближе, ни я, ни тем более Алена, не собирались.

— Ты говоришь об этом так спокойно, — произнесла девушка с дрожью в голосе.

— А что ты предлагаешь, биться в истерике?

На самом деле у меня волосы на голове встали дыбом от всего происходящего. Нет, я не из пугливых, но согласитесь — подобное хоть кого выведет из себя. Люди всегда боялись того, чего не понимали — того, чего не могли объяснить, и я не был исключением.

— Может вызвать полицию?

— Нет. Не стоит привлекать лишнее внимание. Не известно, на что парень способен. К тому же, я знаю, где он живет, поэтому позвонить в службы можно будет в любое время.

— А доказательства того, что он занимается вандализмом или как там называется вскрытие могил?

— На лопате сто процентов останутся пальчики, вряд ли он додумается их стереть, так что устраивайся поудобнее и смотри представление, а еще лучше, представь что мы находимся в кино. Чем тебе не третьесортный ужастик?

Где-то с боку хрустнула ветка, и послышалось хлопанье крыльев. Алена подпрыгнула от испуга.

— Не бойся, — произнес успокаивающе, — это всего лишь ворона. Их тут много. Для этих птиц кладбище как постоянно наполненная кормушка.

— Жутко здесь. Я и днем-то не люблю бывать в подобных местах, а уж оказаться тут ночью...

Промолчал, чувствуя себя виноватым. Это ведь из-за меня девушка оказалась в таком положении, что вынуждена провести ночь на кладбище в компании почти незнакомого мужика и роющего могилы психа.

Ну а кем он еще может быть?

С наступлением утра, я бы на месте Алены бежал от меня как можно дальше.

Глава 5

Облокотился спиной на надгробие, продолжая наблюдать за действиями «упыря» и слушать, как лопата в очередной раз со скрежетом входит в землю.

Вот интересно, зачем он это все-таки делает? Наверняка могилка, которую раскапывает, принадлежит кому-то из знакомых. Иначе — какой смысл?

Может покойный был со своими причудами и завещал его похоронить с кучей драгоценностей? А может попросил положить в гроб записную книжку, в которую внес номер банковской ячейки или же швейцарского счета. Вот парень и рвет жопу, пытаясь добыть оное.

Пошел бы я на подобное, знай, к примеру, что в гробике моей почившей бабули завалялась парочка миллионов долларов?

Ответ был неоднозначный. Все мы люди со своими слабостями, желаниями и порывами, порой отнюдь не благородными.

А копать-то парню еще долго. Странно, с виду вроде хлюпик, соплей перешибить можно, а смотри-ка, работает не останавливаясь, в поте лица и с упорством носорога.

Вышедшая из-за тучи луна осветила кладбище. Пока шли за копателем, не особо приглядывался к обстановке, сейчас же удалось осмотреться. Покосившиеся оградки, заросшие бурьяном могилки, побитые временем памятники — говорили о том, что в этой части кладбища уже давно не хоронили.

— Стас, — послышался тоненький голосок Алены, — А здесь привидения водятся?

— Нет, это все бабушкины сказки, — отмахнулся от вопроса девушки, а сам задумался.

Вдруг и правда водятся?

Ха-Ха. Бред сивой кобылы. Хотя такими темпами скоро совсем с катушек съеду и поверю в существование сверхъестественного — тех же вампиров, оборотней, зомби. Кто там еще бывает?

Все, завтра же, первым делом отправлюсь к Лебедевой, может она хоть что-нибудь прояснит, а то, так недолго и чокнуться. Вон, первые признаки сумасшествия уже на лицо.

Поперся бы я раньше ночью на кладбище, следить за непонятным мутным типом, которого видел от силы пару раз?

Вот то-то и оно.

Не знаю, сколько мы так просидели. Опомнился, когда услышал гулкий звук. Наш копатель, по-видимому, добрался до гроба и собрался его вскрывать.

Взглянул на Алену: побелевшее лицо, сжатые кулачки и горящие от ярости глаза — весь вид девушки говорил, что она находилась на пределе.

— Не вздумай! Не смей! — зашипел сквозь зубы, но остановить не успел.

Не выдержала. Переклинило девчонку знатно.

Думал завизжит и кинется на утек, а она, наоборот, выскочила вперед, воинственно размахивая руками и бросилась в сторону могилы.

— Ты, больной ублюдок! Прекрати немедленно! Это святотатство! Так нельзя. Не смей тревожить покой мертвых! Не по-христиански это!

Не ожидал, что она верующая.

Сам