Бесоборец - Гоблин MeXXanik

– После чаепития нужно будет подумать над вашим гардеробом. А сейчас прошу к столу. Чай заварен в лучших традициях императорского двора.

* * *

На столе в гостиной уже стоял чайник. В комнате витал аромат брусники.

Матвей попытался было отодвинуть передо мной стул, но я остановил его и уселся сам. Налил себе напиток, сделал глоток и откинулся на спинку стула, блаженно прикрыв глаза. Чай был в меру терпким с кисловатой ноткой.

В приюте чай был под строгим запретом. Что не мешало подопечным выменивать заварку и готовить после отбоя крепкий настой. Только вот то пойло не шло ни в какое сравнение с этим напитком.

Хлопнула входная дверь, и в гостиную вошла Анастасия, которая уже успела сменить короткий топ и тренировочные шорты на домашний спортивный костюм.

– Привет, – холодно обронила она. Взяла чашку и сделала глоток. Ну, хоть краснеть при моем появлении перестала.

– И тебе привет, – ответил я.

Девушка поморщилась и отставила чашку.

– Матвей, чай заварен неправильно, – строго сказала она.

Дворецкий склонил голову:

– Простите, княгиня, недосмотрел.

Он выглядел растерянно и виновато. И я решил помочь верному слуге:

– Эх, княгиня, вы даже не представляете, что такое плохо заваренный чай.

Анастасия удивленно посмотрела на меня:

– Секреты приютской жизни? Научишь меня, как готовить в эмалированной кружке и делать из ложки заточку? А то в школе благородных девиц таких знаний, увы, не преподают.

На слове «благородных» девушка сделала ударение. Словно пытаясь тем самым подчеркнуть свой социальный статус. Значит, княгиня приходит в себя и больше на меня не злится. Раз уж она решила поболтать.

– А ты мне что? – хитро прищурившись, спросил я, чтобы поддержать разговор.

Сестра наморщила лобик, словно задумавшись. А затем ответила:

– Могу дать тебе пару уроков вышивания крестиком. Или озвучить основы этикета. Ну, или научить тебя прилично одеваться. Хотя тебе вряд ли это поможет.

– Думаешь, у меня нет вкуса? – продолжал подначивать ее я.

– Нет. Я уверена, что ты разбираешься в спортивных костюмах, – презрительно фыркнула она. – И в том, какие туфли подходят под спортивные штаны…

Она словно подвела беседу к нужной теме, и Матвей осторожно вмешался в разговор:

– Анастасия Павловна, мастер Никита должен будет посетить сегодня Муромцевых, – начал он.

Сестра удивленно вскинула бровь и посмотрела на меня:

– Вот как?

Я кивнул.

– Не могли бы вы… помочь ему подобрать достойный гардероб для визита? – продолжил дворецкий.

– Точно, не могла бы она… – кивнул я, пряча улыбку.

Анастасия отставила чашку и задумчиво посмотрела на меня:

– Передай моему брату, что я согласна, – нехотя ответила она наконец.

– Спасибо, – выдавил из себя я.

– Я делаю это только для того, чтобы ты не опозорил семью, – отрезала девушка. – Визит к Муромцевым… Придется и мне принять приглашение. Иначе Никита вполне может дать повод к неприятным слухам.

– Например? – ехидно осведомился я.

– Например, сидеть на корточках и грызть семечки, выплевывая кожуру на ковер, – ответила сестра и встала из-за стола. – Иди переодевайся и жди меня в холле. А ты, Матвей, подготовь машину.

Я кивнул и встал со стула.

* * *

Сестры еще не было, когда я спустился в холл. Я сел в кресло, вытащил из кармана телефон.

– Машина готова, мастер, – послышалось от двери.

Я оторвал взгляд от экрана. Внимательно посмотрел на дворецкого и усмехнулся:

– Матвей, ты старый лис.

Дворецкий удивленно поднял бровь, делая вид, что не понимает, о чем я говорю. А я не стал объяснять вслух. Мы оба знали, что Матвей и сам был способен подобрать мне одежду, но воспользовался возможностью растопить лед между мной и Анастасией. В последнее время обстановка в доме стала слишком напряженной. А недовольство сестры выливалось на слуг. На днях я слышал, как она отчитывала работницу за недостаточно блестящую серебряную ложку. Хотя в отражении той можно было рассмотреть крапинки на радужке глаза.

– Я готова, – послышался голос сестры.

Анастасия спускалась по лестнице, придерживаясь за перила. В длинном, почти до пола, черном вечернем платье с открытыми плечами. Светлые волосы уложены в мудреную прическу, над которой потрудилась гувернантка, а на лице сдержанный макияж. Атласные перчатки закрывали ее руки до самый локтей, и на их фоне ослепительно сверкали браслет и перстень. В светлых камнях я не мог распознать бриллианты, но сомневаться не приходилось – это были именно они.

Прямая спина, гордо поднятая голова… я испугался, как бы княжна вновь не оступилась. Второго «лечения» она может мне не простить. Но Анастасия с достоинством сошла на нижнюю площадку и подошла ко мне.

Она критически осмотрела мой черный костюм. Единственный, который мне удалось найти в шкафу. Скривилась, но комментировать выбор не стала. Вещи, которые я привез из приюта, по настоянию Матвея пришлось выбросить. По уверениям дворецкого, в таком постеснялись бы ходить даже бездомные. Вот мне и пришлось надеть то, что было.

– Идем, – холодно обронила она. – И если я встречу знакомых – делай вид, что ты не со мной.

– Как скажешь, княгиня, – покладисто ответил я и слегка кивнул.

Девушка смерила меня недоверчивым взглядом. Словно ожидая подвоха. Но я не дал повода для нового витка скандала. Мы пошли к выходу, и дворецкий, склонившись, распахнул перед ней двери.

– Доброго вечера, госпожа.

– Шанс на это есть, – отозвалась она презрительно и бросила через плечо: – Потрудись научить новую кухарку заваривать чай. Если для тебя это не слишком сложно.

– Конечно, – отозвался Матвей с вежливой улыбкой.

– Скажи мне, – тихо спросил я, когда княгиня гордо удалилась к машине. – Почему ты терпишь ее скверный характер? Юрьев день вроде давно отменили.

Дворецкий посмотрел на меня с явным непониманием:

– Она – часть семьи, которой служил мой отец. И отец моего отца. И…

– Не продолжай, я понял, – отмахнулся я и подошел к машине. Черной «Ладе-Консул», с которой позже британцы скопировали «Роллс-Ройс-Фантом». Открыл было переднюю дверь, но был остановлен удивленным:

– Куда вы, князь?

Обернулся. Задняя дверь машины была распахнута. Рядом стоял паренек в черном пиджаке, который ожидал, пока я займу место. А на заднем сиденье, с недовольным видом, уже ожидала меня сестра.

– Прости.

Я сел на заднее сиденье, и водитель захлопнул за мной дверь.

– Постарайся не вести себя глупо, – процедила девушка.

Салон был отделен от водителя перегородкой. Уж не знаю, для чего она была нужна. В подлокотнике между сиденьями стояла телефонная трубка.

Машина тронулась с места, ворота разъехались, выпуская нас с территории.

– Что случилось? – решил попытать я удачу. Раз уж сестра начала со мной разговаривать.

Она обернулась, вопросительно посмотрела на меня.

– Ты о чем?

– Ну, это твое поведение в последние дни.

Анастасия фыркнула, а в ее больших