Могучая крепость - Дэвид Вебер

Мерлин почувствовал, что расслабляется, когда понял, что она имела в виду в каждом слове. Он оглядел сидящих за столом и увидел, что его собственная реакция в большей или меньшей степени отражается на лицах каждого из присутствующих. Кроме, возможно, Нармана.

Князь Изумруда не смотрел на Мерлина Атравеса. Как не смотрел на своего Императора и Императрицу. Нет, он смотрел на кого-то гораздо более важного, чем любая из этих августейших особ.

Он смотрел на свою жену, и на этот раз, когда его глаза встретились с её глазами, в выражении его лица или эмоциях вообще не было никакой насторожённости.

VI. Гостиная князя Нармана, Императорский Дворец, Город Черайас, Королевство Чизхольм

.VI.

Гостиная князя Нармана, Императорский Дворец, Город Черайас, Королевство Чизхольм

— Доброе утро, Ваше Высочество.

— Да, это так, не правда ли? Утро, я имею в виду. — Нарман Бейтц поглядел из дворцового окна на зимний серый чизхольмский день и пожал плечами.

«На самом деле было не так уж и рано», — подумал Мерлин, но опять же, Черайас находился на четыре часовых пояса восточнее Эрейстора. Конечно, Нарман наслаждался довольно длительным путешествием, так что у него было достаточно времени, чтобы перестроить свои внутренние часы. Что привело Мерлина к печальному выводу, что принц Нарман просто не был тем, кого прискорбно жизнерадостные люди на Старой Земле упорно называли «жаворонками».

«Достаточно честно, — подумал Мерлин, подавляя искушение улыбнуться. — В конце концов, я тоже никогда не был „жаворонком“, если бы мог этого избежать».

— И что я могу сделать для вас в этот безбожный, холодный час? — спросил Нарман, подходя ближе к огню, потрескивающему в очаге гостевой гостиной. Он протянул руки к огню, хотя, честно говоря, в гостиной было не особенно холодно. Или, во всяком случае, не по чизхольмским стандартам.

— На самом деле, мне нужно обсудить с вами несколько вещей, Ваше Высочество, — сказал Мерлин, и глаза Нармана сузились, а выражение его лица, когда он посмотрел на сейджина, стало более серьёзным.

— В моей роли имперского советника Их Величеств по разведке? — он спросил. — Или в моей роли вновь посвящённого во «внутренний круг»?

— В обоих, вообще-то. — Мерлин слегка пожал плечами. — Я уверен, что вы уже поняли, по крайней мере теоретически, как изменится ваша способность анализировать разведданные, как только мы должным образом проинструктируем вас об использовании вашего коммуникатора. Однако я сомневаюсь, что вы полностью готовы к этому. Я не хочу никого обидеть, когда говорю это, но, честно говоря, я не понимаю, как кто-то, кто ещё не испытал этого, может быть полностью подготовлен.

— Почему-то я в этом нисколько не сомневаюсь. — Тон Нармана был сухим, и он покачал головой. — Я вспомнил все эти аккуратно составленные «резюме», которые вы и… Сыч предоставили, и пытаюсь представить, каково это, должно быть, было на самом деле наблюдать за тем, о чём вы так подробно рассказывали. — Он снова покачал головой. — Единственный вывод, к которому я определённо пришёл, заключается в том, что, как бы я ни старался это представить, реальность будет ещё более… впечатляющей, скажем так?

— Я думаю, что это, вероятно, осторожная оценка. Тем не менее, я также думаю, что вы привыкнете быстрее, чем вам кажется прямо сейчас. — Мерлин улыбнулся. Затем выражение его лица немного посерьёзнело. — Но ещё одна вещь, которую вы, к сожалению, обнаружите — это то, что называется «информационная перегрузка». — Настала его очередь покачать головой. — Вот так Шарлиен чуть не была убита, несмотря на все мои СНАРКи и жучки. Мне просто поступало слишком много информации, чтобы я мог отслеживать всё, даже с помощью Сыча. И в отличие от вас, Ваше Высочество, я действительно могу обходиться без сна практически бесконечно, когда мне это нужно.

— Я полагаю, что это достаточно верно, — задумчиво сказал Нарман. — Если уж на то пошло, я думал о том, как трудно, должно быть, Их Величествам просто найти время — и уединение — чтобы сесть и «посмотреть» на все материалы, которые вы описывали. Это же не значит, что они могут просто сидеть в тронном зале, игнорируя всех остальных, в то время как они слушают голоса, которые никто другой не может услышать, не так ли? Рано или поздно люди начали бы говорить об этом.

— Поверьте мне, это даже хуже, чем вы могли бы подумать. — Мерлин закатил глаза. — Я полагаю, что с вами будет по крайней мере так же плохо, если уж на то пошло.

— „По крайней мере так же плохо“? — повторил Нарман, приподняв обе брови.

— Теперь у вас есть доступ к компьютерным файлам Сыча, Ваше Высочество, и я знаю, откуда у ваших старших детей появился вкус к чтению. Я содрогаюсь при мысли о том, что произойдёт, когда вы найдёте исторические банки Сыча. И да поможет нам всем Бог, когда вы получите в свои руки экземпляр Макиавелли!

— Макиавелли, — медленно повторил Нарман странно звучащее имя, осторожно обводя языком странные слоги. — Какое странное имя. — Он склонил голову набок. — Это название книги или автора?

— Я позволю вам выяснить это самостоятельно, Ваше Высочество. — Мерлин изящно вздрогнул. — Вероятно, мне вообще не следовало упоминать об этом, но я сказал Сычу, чтобы он помогал всем пользователям системы разобраться, как выполнять поиск данных, и, зная вас, вы бы достаточно скоро нашли всевозможные ссылки на него самостоятельно.

— Как вы понимаете, вы только разжигаете во мне ещё большее любопытство, — заметил Нарман. — Да, наверное, так и есть. — Мерлин подошёл к окну и встал, глядя на по-зимнему унылую, сельскую местность за окном. — Я думаю, отчасти это связано с тем, что наконец-то у меня есть кто-то, с кем я вообще могу поговорить об этом, — медленно сказал он. — Это почти… почти так, словно человеческая история на самом деле больше не мертва, и я по-настоящему не осознавал, как сильно я скучал по ней, пока не обнаружил других людей,