Антираспад - Антон Орлов

Выключив фонарик, он бесшумно спустился к входной двери — за несколько секунд до того, как дверь со скрипом приоткрылась. В подъезд осторожно заглянул человек. Он тоже был вооружен — подозревал неладное, но не догадывался, что нападение произойдет, едва он переступит порог. Норберт перехватил его руку с импульсным пистолетом, сдавил кисть — заряд ушел в потолок, на головы обоим посыпалось бетонное крошево — и вывернул. Пистолет упал на пол, террорист взвыл.

— Не дергайся, руку сломаю, — предупредил Норберт. — Ты заложник.

— Я — заложник? — тоном священнослужителя, столкнувшегося с невообразимым для человеческого ума кощунством, переспросил террорист.

— Ага, ты.

Норберт использовал захват, которому научила его Стелла, и пленник не смел пошевелиться. По лестнице сбежал Олег.

— Там никого больше нет.

На террориста надели наручники, найденные на корабле, в арсенале Зеруата.

— Нор, вы где? — донесся сверху голосок Илси.

— Порядок, мы идем!

Одна из дверей на площадке третьего этажа была распахнута, квартиру неярко освещали лайколимские «вечные лампы» — золотистые конусы полуметровой высоты. Окна в большой комнате занавешены тяжелыми черными портьерами. На полу лежали два тела — парализованная женщина и бездыханный мужчина, из груди которого торчала рукоятка ножа. Увидев их, террорист со скованными за спиной руками замер.

Аманда сидела на диване и, давясь, уплетала бутерброд с колбасой.

— Привет! — окликнул ее Норберт. — Поесть можно и потом, пошли отсюда.

— Ее не кормили, — объяснила Илси. — Дали только два сухаря и стакан воды. Я нарочно отдернула штору — вы заметили, да?

Олег тем временем достал из кармана приборчик и определил:

— Наши деньги в соседней комнате, надо их забрать.

Террорист с непроницаемым лицом разглядывал своих врагов. Это был мужчина лет тридцати, одного роста с Норбертом, длинноволосый, с глубоко запавшими воспаленными глазами.

— Это он разговаривал со мной с балкона, — сказала Илси.

— Хальцеолийская школьница помогает денорским прихвостням! — презрительно усмехнулся террорист.

— Я не хальцеолийка и не школьница! — с неприязнью бросила девочка. — Не кормить человека целые сутки — это подлость!

Пятясь, террорист сделал несколько шагов назад и опустился в угловое кресло. Норберт не спускал с него глаз, опасаясь подвоха.

— Тут не только наши деньги! — донесся из соседней комнаты обрадованный голос Олега. — Их целая куча!

— Все заберем! — затолкав в рот остатки бутерброда, промычала Аманда. — Пополним кассу «Антираспада».

Обычно она не разговаривала с набитым ртом, но пережитые потрясения заставили ее забыть об изысканных манерах.

— Вы хотите совершить грабеж? — оторопело спросил Феспис, топтавшийся у двери.

— Это не грабеж, а компенсация за моральный ущерб, — возразил Норберт.

— Моих карманов не хватает! — вновь позвал компьютерщик.

Стряхнув с одежды крошки, Аманда поспешила ему на помощь.

— Надо еще решить, что делать с террористами. — Норберт оглянулся на Фесписа, ему требовался совет. — Если мы найдем исправный таксофон и вызовем полицию, это чревато неприятностями?

Хальцеолиец ответил неожиданно деловито, без всяких восклицаний:

— Они отнимут у вас деньги, припишут себе арест подпольной группы, а на вас что-нибудь навесят. У нас та еще полиция! Ходят слухи, что олигархи собираются ее разогнать, как только их люди изучат обстановку.

Норберт неопределенно кивнул. Пленный террорист пристально наблюдал за ним, в его глубоко запавших темных глазах отражался свет лайколимского конуса, установленного на металлической консоли напротив. Норберта беспокоило выражение его лица: смесь обреченности и торжества. Но что может сделать человек со скованными за спиной руками? Террорист повозился, устраиваясь в кресле, и снова застыл в скрюченной, неестественно напряженной позе.

— А если позвонить тому типу, который дал мне визитную карточку? — предложила Илси.

— Гм… Не стоит лишний раз привлекать его внимание. На него не только произвело впечатление, как ты дерешься, — ты ему понравилась. Неизвестно, что он сделает, если ты подогреешь его интерес. Например, постарается задержать тебя на Хальцеоле. От людей, которые обладают слишком большой властью, лучше держаться подальше!

— Как честные люди, вы должны отпустить террористов, не вмешиваясь в то, что происходит между ними и денорцами! — с нажимом заявил Феспис.

— Чтоб они продолжали заниматься похищениями и убийствами? — Норберта раздражало то, что хальцеолиец закрывает глаза на очевидные факты. — Вот что… Илси, в карточке указан адрес олигарха?

— Да. Адрес сейчас точно не помню, но там все написано.

— Если мы подбросим ему этих бандитов, а сами сразу смоемся, словно мы тут ни при чем? А дальше пусть по закону разбираются!

— Ты хочешь анонимно подбросить во дворец к олигарху связанных террористов? — с сомнением произнесла Илси. — А как мы их туда потащим через весь город?

Норберт и сам сознавал, что его идея далеко не блестящая. Смерив взглядом террориста в кресле, угрюмо посмотрев на тела его сообщников на полу (труп так и останется трупом, а вот парализованная женщина через два-три часа очнется!), он погрузился в поиски варианта, который обезопасил бы «Антираспад» от мести проигравших бандитов. Физическая ликвидация исключалась: он не мог убивать беспомощных людей и тем более не хотел, чтобы это делала Илси.

— Торгаш инопланетный… — Террорист выдавил улыбку, похожую на судорогу, в то время как его темные глаза оставались холодными, ненавидящими. — Только о своем барыше печешься, сволочь. А нас тут с потрохами взяли денорцы! То же самое и с твоим миром будет, тогда вы нас попомните! У нас великая цель, мы ради нее умираем.

— Да, у вас великая цель, — кивнул Норберт, — и поэтому вы сами жрете колбасу, а заложников морите голодом!

— Ты не способен видеть дальше колбасы! Ну, подойди, дай мне в морду! Дерьмовый торгаш, подойди! — Глаза террориста фанатично сияли; он выпрямился в кресле, театрально вскинув голову.

С этого момента Норберт соображал и действовал очень быстро. Схватив сестру, швырнул ее в дверной проем, прямо на Фесписа. Оба упали. Норберт прыгнул и рухнул на них сверху. Его почти оглушил последовавший за этим звуковой удар — все здание содрогнулось.

Наступила тишина. Потом кто-то под ним пошевелился и застонал. Норберт отполз в сторону: руки-ноги на месте, все ощущения тоже при нем… Илси и Феспис ошеломленно озирались, сидя на полу.

«Стелла, кисонька, спасибо тебе! — с горячей благодарностью подумал Норберт. — Ты меня всему этому научила…»

На месте большой комнаты теперь был залитый розовым лунным светом ландшафт ночного города, вставленный в бетонную раму с зазубренными краями. Взрывной волной сорвало с петель дверь в соседнюю комнату, но Олег и Аманда остались невредимыми.