Двигатель бесконечности - Нил Эшер

«Опасайся скорпионов», – подумал Кроушер и почувствовал острое желание глупо захихикать. Впрочем, веселье тут же угасло, когда он вспомнил, что это сообщение было первым, пришедшим из Лейденской воронки. И что оно фактически прилетело из будущего. Что-то мерзкое заворочалось в его спинных гнездах.

– Что тебе тут нужно? – спросил он и тут же повторил, потому что Сыч подсказал ему имя: – Что тебе нужно, Амистад?

– Идет повсеместное мультисканирование, – по закрытому каналу сообщил Сыч. – Амистад, как и я, серьезно усовершенствовался после войны.

Получив всю информацию о бывшем боевом дроне, Кроушер добавил:

– Усовершенствовался на Масаде, где он служил смотрителем, – причем эти обновления наложились на неизвестные изменения, которые он произвел сам с собой в процессе изучения безумия.

– Здесь он нелегально, – сказал Сыч. – Нас должны были предупредить.

– Да неужто? – Кроушер смотрел через камеру на дымившиеся останки борца.

– Я тоже достаточно продвинут, – заметил Сыч, – чтобы распознать сарказм.

А Амистад тем временем ответил:

– Мне нужен ваш «прыгун».

– Тебе нужен наш «прыгун», – повторил Кроушер, размышляя о том, что предпочел бы приберечь этот вариант для себя и Сыча.

Сфера, флотилия, теперь вот Амистад… Ничего хорошего явно не предвиделось, следовательно, вероятность того, что им потребуется бежать, значительно возросла.

– Ты, очевидно, знаешь, что это такое, – осторожно начал он, – а значит, представляешь, что «прыгун» – отнюдь не пассажирский транспорт. Ты собираешься перенестись в него, оставив тут свое тело?

– Нет, – отрезал Амистад.

Боевой дрон пересек зал прибытия, двигаясь в сторону одной из толстых переборок – той, которая отделяла его от «прыгуна».

– Мы влипли, – заметил Сыч.

«Да неужто», – подумал Кроушер, решив не повторяться и не озвучивать насмешку. Предупреждения о вторжении множились. Раньше дрон только исследовал их системы, а теперь он, очевидно, задумал что-то конкретное. Ну конечно, «прыгун» – дрон собирался взять его, с разрешением или без оного.

– Зачем он тебе? – спросил Кроушер, наблюдая, как панель перед Амистадом аккуратно отделилась от стены.

Проанализировав происходящее, хайман обнаружил, что дрон овладел конструкционными наномехами, удерживавшими корабль от распада связями крепче любой сварки, – эти машинами также постоянно боролись с бушевавшими здесь внешними силами за сохранность целостности «Истока». В ответ Амистад выслал информационный пакет. Фраза «Опасайся скорпионов» была такой же по-дельфийски смутной, как и все, полученные «Истоком», и смысл ее открылся, естественно, слишком поздно. Убедившись, что архив безопасен, Кроушер переправил его Сычу.

– Интересно, – пробормотал дрон, тоже ознакомившись с причинами, по которым Амистад желал получить «прыгуна».

– Нам удастся его одолеть?

– Зависит от…

– От чего?

– Может, мы и сумеем его остановить. Но, если он привлечет все свои ресурсы, это будет стоить нам «Истока», а то и наших жизней.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – Кроушер хотел подтверждения того, что его сообщения уже подспудно предполагали.

– Да.

– Ладно, хорошо. Тогда ничего не предпринимаем.

Амистад протиснулся в открывшийся проем, и переборка встала на свое место. А Кроушер, засекший вторжение в систему «прыгуна», просто отключил защиту.

– Спасибо, – сказал Амистад.

– Не за что, – выдавил Кроушер.

Еще две переборки пропустили дрона, выведя его наконец к круглой взрывостойкой двери у основания трубы, в которой стоял «прыгун». Кое-какие приборы автоматически обесточились при чуждом проникновении, так что Кроушер снова включил их. Люк распахнулся, энергия потекла к виткам пусковой трубы. Амистад залез внутрь, и взрывозащитная створка за ним закрылась. Кроушер только надеялся, что дрон не соврал насчет того, когда и где он собирался включить двигатель, поскольку если он активирует его здесь, чтобы инициировать катапультирование, то в боку космостанции образуется огромная дыра.

Витки, к которым подключили питание, вышвырнули «прыгуна» наружу, и Кроушер с сожалением проводил его взглядом. «Прыгун» очень походил на древнюю пулю, которую оседлал скорпион. Достаточно далеко от станции – на таком расстоянии, чтобы наверняка не причинить вреда, – включился двигатель Лаумера, и пуля исчезла, оставив за собой протонный след.

– Давай налаживать этот чертов телепорт, – сказал Кроушер. – Надо поговорить с Землей-Центральной, а лично я вообще подумываю отправиться в короткий отпуск. Например, на Землю.

– Весьма разумно, – откликнулся Сыч, который – Кроушер не мог этого не заметить – впервые за много лет открыл входной люк и вошел внутрь станции.