Стать собой - Лёха

— Да-да, вы что-то сказали? — он сразу же потерял к матери интерес, сосредоточившись на мне.

— Вот эту машину перекрасить, поменять чехлы на сиденьях и пригнать по указанному адресу в понедельник — это возможно? — повторил я свой вопрос.

— Конечно-конечно, любой каприз клиента выполняется точно и в срок. А в какой цвет вы хотите покрасить машину? — я посмотрел на мать, затем на машину, потом возвел глаза к потолку.

— Господи, сделай так, чтобы мы здесь не заночевали.

Из салона мы смогли выбраться еще через час, и то, только потому, что я, совершенно вышел из себя, ткнул в одну из картинок, на которой мама выбирала между красным цветом и… красным, и рявкнул.

— Вот эта, где мне расплатиться? — оплатив покупку, прикидывая, сколько у меня осталось средств всего, я выволок мать на улицу. — Куда теперь?

— Ты хотел в оружейный магазин, — она выдернула руку из моей руки. — И, Костя, это было невежливо, ты совсем запугал этого милого мальчика.

— Угу, знала бы ты, что этот милый мальчик о тебе думает, не говорила бы так, — пробурчал я, садясь за руль и более громко произнося. — Куда мне ехать?

В оружейном магазине я не надеялся приобрести что-то стоящее, и тем сильнее было мое удивление, когда я увидел развешанное по стенам оружие.

— У нас своя кузня, мы сами делаем товар по старинным чертежам, — сурового вида мужик вышел откуда-то сбоку и встал за прилавок. — Если вам надо бутафорию, или магические побрякушки — то это не ко мне. Здесь вы можете найти только добрую сталь.

— А я и не говорил, что мне нужно что-то еще, — я скупо улыбнулся, поглядывая по сторонам.

— Тогда, что вас интересует? — мужик немного оттаял, когда услышал, что мы шли сюда намеренно.

— Вон те палаши, они действительно так хороши, как выглядят? — я указал на стену, на которой висели выбранные мною мечи.

— Приятно видеть, что в наше время кто-то разбирается в оружие, — удовлетворенно хмыкнул хозяин и направился к палашам.

— Настолько приятно, что я могу рассчитывать на скидку? — я шел за ним, обратив внимание на то, что мать застывала возле одной из стен, что-то пристально рассматривая.

— На второе изделие, — выкрутился этот ушлый тип.

Пока я выбирал оружие, которое бы меня устроило, если не полностью, то хотя бы не вызывало бы отторжение, мать продолжала стоять у все той же стены, рассматривая то, что привлекло ее внимание. Наконец, я отобрал себе прекрасный обоюдоострый клинок с довольно удобным не вычурным эфесом. Единственное, что меня слегка напрягло — это странная гарда. Но с этим можно было смириться.

— Прекрасный выбор. Смотрите, тут есть небольшой сюрприз для предполагаемого врага, — хозяин, улыбаясь, взял в руку выбранный мною палаш и нажал на скрытую в эфесе кнопку. В разные стороны от клинка выскочили два стилетообразных лезвия. Теперь стало понятно, почему такая гарда. Я кивнул, а хозяин, убрав дополнительные клинки, деловито поинтересовался. — Подобрать ему ножны?

— Да, конечно, — я, слегка нахмурившись, подошел к матери. — Ты так пристально смотришь на эту стену, что я подумал, а не увидела ли ты там призрака?

— Нет, призраки мне никогда не являлись, — машинально ответила она. — Костя, я хочу купить эту трость, — заявила она категоричным тоном и показала мне трость с встроенным в нее длинным кинжалом, рукоятью для которого выступала рукоять самой трости.

— Зачем она тебе? — я рассматривал понравившуюся матери вещь.

— Да не мне, — она отмахнулась. — Думаю, что эта трость прекрасно подойдет Егору. Его выписывают уже в понедельник, ты что забыл, что мы собирались купить ему трость? — да, у меня это совершенно вылетело из головы, и я виновато улыбнулся. — Так мы купим ему эту трость?

— Если ты настаиваешь, — к нам тем временем подошел хозяин, намекая, что пора бы рассчитаться. — Еще вот эту трость. Она регулируется по росту? — хозяин кивнул, снимая со стены, понравившуюся матери вещицу. — Да, на второе изделие скидка, я же правильно все помню? — и я широко улыбнулся ругнувшемуся сквозь зубы хозяину, потому что эта вещь была как бы не дороже моего палаша. Слишком дорогое дерево участвовало в создании трости, да и кинжал производил впечатление. Ну, а что такого, сам же предложил.

Домой мы вернулись уже ближе к вечеру, пообедав в каком-то ресторане. Мне не понравилось. Если еще когда-нибудь вот так поедем, я отвезу мать в ту самую кафешку, где мы недавно обедали с Ириной.

Дома нас ждал сюрприз в виде обеспокоенного Назара Борисовича, стоящего в холле. Мать сразу же почувствовала его напряжение и спросила.

— Что случилось? Почему ты здесь стоишь, как памятник самому себе?

— Виталий Павлович не приехал домой обедать, — коротко ответил дворецкий, а мать нахмурилась так, что на ее чистом лбе проступили глубокие морщинки.

— Как? Почему? — она помассировала виски. — Отец всегда обедал дома, вообще всегда, что бы не происходило.

— Вот и я о том же, — кивнул Назар Борисович, гипнотизируя взглядом дверь.

Их беспокойство очень скоро передалось и мне. Нужно было пройти в свою комнату, проверить карту, узнать, куда именно Ева ходила наезжать на старшего своей группы. Разобраться уже с драгоценностями, которые все еще валялись под кроватью, куда их стабильно после уборки запихивал дворецкий, который, скорее всего, их и нашел в брошенной у крыльца машине и передал деду. Да много у меня было дел на самом деле, но я упорно стоял рядом с матерью и, как и остальные, смотрел на дверь.

Когда часы пробили ровно семь, дверь отворилась и вошел Дмитрий, водитель деда. Он явно устал и страшно замерз, потому что слегка подрагивал, обхватив себя руками.

— Дима, что с тобой? Что с папой? — мать бросилась к нему и схватила за отвороты куртки.

— Я не знаю, — его слегка трясло. — Мы поехали на седьмой склад, но там Виталий Павлович пробыл не долго. Ему позвонили, прямо в машину. Разговор был короткий. Ему сказали всего пару слов, и он ответил: «Сейчас буду». После этого мы поехали в императорский дворец. Но там все пошло не так как обычно. У ворот нас ждали. Безопасник в штатском показал, что я должен ехать прямо, хотя, чтобы попасть в комнаты приемов, необходимо было свернуть налево. А когда я доехал до магического купола, охраняющего тюрьму для высокопоставленных политзаключенных, меня попросили выйти из машины, а на мое место сел другой водитель. Виталия Павловича завезли туда, понимаете? Меня же попросили убираться. Я вынужден был идти сюда пешком, потому что мой кошелек остался в машине, поэтому я