Ковчег изгоев - Лариса Куницына

— Почему Таро ничего не сказал? — переспросил он.

— Конечно, — пробормотала я. — Он всегда был очень скрытным, а его люди привыкли к условиям полной секретности. К тому же они, действительно, рассказали нам не всё, продолжая цедить информацию по чайной ложке… И всё-таки, откуда они могли взять эту защиту?

— Маловероятно, что со стороны. Скорее изнутри. И тогда это уже не магия в европейском смысле слова. Это сила духа.

— Может быть… Этим всё объясняется, — я вспомнила, что люди Таро были вымуштрованы, как настоящие ниндзя, которых называли призраками ночи. Сила духа в этом искусстве значит не меньше, а, может, и больше, чем физическая сила. Подготовка предполагает и постоянную медитативную практику. — Но я всё-таки возьму на заметку, что всё может быть, и не так просто.

Мы поговорили ещё немного, и я почувствовала, что уснуть мне не удастся. К тому же мне необходимо было закончить просмотр файлов из досье феномена и ещё раз продумать, куда и как я буду сажать завтра звездолёт.

— Я пойду на мостик, — проговорила я, поднимаясь. — Ещё полно дел.

— Может, лучше выспаться? — тихо спросил он.

Я прикрыла глаза и увидела горящие звездолёты на дальней орбите пылающей планеты.

— Я не усну, — вздохнула я. — Если удастся, то посплю позже в своём отсеке.

Я направилась к выходу и услышала его негромкий голос:

— Завтра утром во время посадки я буду в командном. На тот случай, если понадобится моя помощь.

— Думаешь, что кто-нибудь свалится в обморок? — попыталась пошутить я.

— Думаю, что наши противники не столь глупы, чтоб тратить на нас боеприпасы, — серьёзно возразил он. — Но они вполне могут прибегнуть к другому оружию, в котором я разбираюсь лучше вас.

— Конечно… — пробормотала я, открывая дверь. — Боевая магия…

Не могу сказать, что я не знаю, что такое боевая магия. Знаю, не первый год по Галактике летаю. Не буду говорить, что я её панически боюсь, но, честно скажу, она меня беспокоила. Слишком хорошо я помнила ту давнюю осаду на Кронвере, когда оказалась в роли военного советника в войсках Нинфара Прекрасного и Великой Жрицы Уир. Ночка тогда выдалась ещё та… Но мы выжили и даже победили. И всё-таки это было страшно.

До утра я просидела в командном отсеке вместе с Белым Волком, а потом — со сменившим его Булатовым. Они спокойно несли вахту на пилотском пульте и не мешали мне заниматься моими делами. Только около шести утра Булатов деликатно поинтересовался, не хочу ли я немного отдохнуть. Нет, отдыхать мне не хотелось. Я как раз просчитывала точное место посадки на плато, с учётом данных со спутников, аэрокосмической съемки района, спектрального и структурного анализа каменных пород, расположения пластов твёрдого и сыпучего грунтов и прочих факторов, которые могли повлиять на нашу посадку. Всё-таки «Пилигрим» — это очень большой и тяжёлый звездолёт, не предназначенный для посадок на неподготовленные для этого площадки.

Но вроде бы всё было в норме. Даже небольшое землетрясение, балла этак три-четыре, не могло угрожать безопасности баркентины. К тому же землетрясения так просто не начинаются, и чуткие датчики сейсмической активности, в любом случае, могут предупредить нас об этом. Что ещё? Ракетный обстрел, как и метеоритный дождь, нам не страшны.

В надёжности корабля я была уверена, как в себе. Слабым звеном, по моему мнению, по-прежнему оставался экипаж. Неизвестно, как неподготовленные люди отреагируют на боевую магию. Думаю, что в этой сфере и меня ещё можно удивлять и удивлять.

Примерно полвосьмого в отсеке послышался странный звук, и к моему пульту подкатился Микки в переднике и белоснежном колпаке. На плюшевой лапе он держал поднос с тарелками, закрытыми блестящими сферическими крышками и дымящийся кофейник. Щелкнув второй лапой по незаметной кнопке, на которую я раньше как-то не обращала внимания, он выдвинул из пульта приставной столик, лихо кинул на него салфетку, разложил приборы, составил тарелки, кофейную пару и налил из кофейника кофе. Раскланявшись, он подкатился к пилотскому пульту и произвёл те же манипуляции перед Булатовым.

— Спасибо, Микки, — не отрываясь от работы, проговорил тот.

— Спасибо, Микки, — несколько запоздало повторила я.

Микки вернулся ко мне, снова раскланялся и, насвистывая фокстрот, умчался обратно на кухню. Я уже заканчивала завтрак, когда в отсек вошла Бетти Фелтон. За ней шёл встревоженный Дакоста.

— Вы не пришли на завтрак, — проговорила она, поздоровавшись. — И доктор МакЛарен сказал, что будет лучше, если вам принесут его сюда.

— Спасибо за заботу, — кивнула я. — Всё было очень вкусно.

Бетти кивнула, но не спешила уходить. И так было ясно, что она пришла сюда не ради моей благодарности. Я обернулась к ней.

— Вы хотите мне что-то сказать?

— Мне приснился сон, — сообщила она.

В первый момент я не поняла о чём речь, но, заметив мрачный взгляд мальтийца, вспомнила, что говорил мне Джулиан. Бетти — ясновидящая, а, значит, её сны имеют особый смысл, особенно в нашей ситуации.

— Что это за сон? — вежливо поинтересовалась я.

— Мне снились горящие планеты, гибель тысяч и миллионов живых существ, кровавые битвы на окраине Галактики, — ответила она.

— Понятно, — вздохнула я. — Мне знакомы эти видения.

— Что это значит? — нахмурился Дакоста.

— Я всё это видела.

— Вам это тоже приснилось?

— Я не спала, — хмуро возразила я. — Именно по этой причине. Стоило мне закрыть глаза, как передо мной вставал этот кошмар.

Он внимательно смотрел на меня, а потом повернулся к Бетти.

— Это послание, — проговорила она.

— Я знаю, — кивнула я и, вернувшись к пульту, закрепила на экране оптимальные координаты для посадки. — Конечно, было бы проще, если б прямо по курсу возник чёрный всадник на огненном коне и запустил в лобовое окно пергаментным свитком с чёткими инструкциями… на вульгарной латыни.

— Шутите? — почему-то побледнел Дакоста.

— Конечно, — я развернула кресло к Булатову. — Юрий Петрович, ложимся на обратный курс. Командуйте.

Он кивнул и застучал пальцами по сенсорам пульта.

— Реакторное, прогревайте ходовые, маневровые к работе.

— Маневровые — готовность тридцать секунд, — услышала я спокойный голос капитана Эрлинга, — Ходовые — пятьдесят три секунды. Маневр со штурвала?

Булатов бросил на меня вопросительный взгляд.

— Со штурвала, — решился он и выдвинул из пульта штурвал.

— Маневровые в работе…

Я доставила себе удовольствие понаблюдать, как Булатов взялся за руль и лихим виражом вывел звездолёт на обратный курс. Одобрительно кивнув, я посмотрела на Дакосту. Он задумался, тревожно глядя прямо перед собой. Заметив мой взгляд, он спросил: