Маг поневоле - Иван Алексин

— Ну что? Нужна тебе эта заруба, Путята? — предпринял последнюю попытку договорится Ратмир. Адепт воды говорил осторожно, тщательно подбирая слова. — Пусть даже верх твой окажется? Дальше что? Прибьёшь недошлёпка и сам на меч кинешься? Аль вершителям в руки отдашься, ихнему кату на радость? Небогатый выбор, да только другого не будет! Что делать надобно во дворец асуров попав, только мы с Никонтом знаем. А без Вельда ты даже и до дворца не доберёшься. Дар у него; нечисть колдовскую с дороги отпугивать. Потому и нужен пока.

— Да пусть живёт, коли нужен! — мгновенно преобразился из демона–убийцы в рубаху–парня Путята, демонстративно опуская мечи. — Разве я общему делу помеха? Прости отец Никонт, — покаянно повернулся десятник в сторону замершего жреца. — Видать сам Лишний разум помутил. Забыл перед кем стою. Ты уж не взыщи, сурово не наказывай!

Ну да. Накажешь тебя как же. Судя по всему, расклады в нашей и без того не сильно сплочённой группе сильно поменялись. Похоже, значительную часть своих властных полномочий Никонт, с момента попадания в город растерял. Так, видимость одна осталась. Да и та вся трещинами покрылась. Вон уже просто Никонтом называют. О всеблагом отце и не вспоминают даже. Какой из этого вывод? Да сковырнут скоро Никонта с игровой доски, если сам, конечно, раньше не загнётся. И я, кстати, в этом действе тоже не прочь поучаствовать. По мере сил и возможностей.

Ну а на данный момент у нас наметилось двоевластие: Ратмир и Путята — маги и вои. И никому из них я победы не желаю.

Ратмир мне вроде насвинячить, ещё не успел. Вот только это не значит, что данное мероприятие у него в ближайшем будущем не намечается. Его слова о том, что «потому и нужен пока», я мимо ушей не пропустил. Я, конечно, и раньше в планах отца Никонта в отношении моей тушки не сомневался. А теперь твёрдо уверен. Ну что же. Если что — они первые начали!

Ну а с Путятой и так всё понятно. При первой возможности пришибёт. И хорошо ещё, если до дворца терпения меня не трогать хватит. Ну да ладно. Дорога туда непростая, опасная. Всякое может случиться. Мы ещё поглядим, чьи в лесу шишки толще.

— Уходить надо, господине, — мрачно обратился к десятнику Невзор, игнорируя отца–наставителя. — Хоть из дома сюда пока не лезет никто, но лучше убраться отсюда подальше.

— И то верно, — согласно кивнул в ответ тот. — Время идёт. Не хотелось бы мне в этом городе ночевать. Да и через стену не приведи Лишний, ещё кто–нибудь из наших друзей полезет, — Путята выразительно покосился в мою сторону, развернулся к школярам и зло зашипел: — Чего встал, долговязый? Твой черёд впереди дорогу торить! Пошевеливайся! А то за тебя вряд ли кто заступаться будет! Рылом не вышел!

Марк, молча, зашагал вперёд. Чуть помедлив, следом двинулись и остальные. В том числе и я, не спуская настороженного взгляда с Путяты. И поэтому не заметил, как чуть приотстали Никонт с Ратмиром.

— Приглядывай за ним тщательнее, Ратмир, — снизив голос до шёпота сверлил мне спину взглядом жрец. — Сам знаешь, без этого гадёныша обряд не провести. Как бы Путята его всё же не пришиб.

— Пока до цели не дойдём — не тронет, — оскалился Ратмир. — А после обряда я его сам прибью, — маг потёр нос и, понизив голос, чуть слышно, добавил, глядя вслед заковылявшему вдогонку за отрядом Никонту. — Да и тебя тоже.

* * *

— Ну, теперь понятно, почто они так долго у стены задержались, — Герхард, поглаживая бороду, разглядывал два окровавленных тела. — Тоже на них наткнулись.

— Так тут не стоять. Тут, наоборот, бежать надо было, — Невронд, обнажив меч, не сводил настороженного взгляда с дома, от которого к дороге тянулись следы крови. — Трупы свежие совсем. Как бы то, что их не дожевало и к нам не выскочило. Уходить надо бы от греха, мастер.

— Опасность не велика, — раздражённо отмахнулся Герхард. — Мажеские отродья порождённые в доме, обычно его не покидают. Видишь — этих даже доедать не выползли! Вот в дом лучше не соваться!

— Да меня туда сам Лишний не загонит! — встрял в разговор Русин, по–прежнему нацелив арбалет в сторону дома. — Вдруг оно досыта не наелось?

Шутка получилась так себе. Во всяком случае, остальные воины десятка на неё никак не прореагировали, продолжая, взяв в круг магов и командира, сосредоточенно осматривать окрестности.

— Посмотри Невронд, тот вроде воин, — кивнул Герхард в сторону фигуры в полуобглоданных доспехах. — А я магом займусь. Надо же понять, кто у храма под ногами путаться надумал.

— Может из отряда Никонта кто, мастер? — встрял в разговор один из воздушников, полный с выпяченным брюхом средних лет мужчина. — Там и воины были и маги.

— Нет, — ответил за мага Невронд, внимательно всматриваясь в почти целое лицо покойника. — Тогда кровь ещё текла бы. А она уже запеклась давно. Тут раньше кто–то был, — десятник задумчиво хмыкнул. — Наверное, те удальцы, что сквозь заслон к стене прорвались. Только вроде их поболе было. Может, в доме остальные остались?

— Может, и остались, да только не они, — адепт воды, начал обшаривать тело своего менее везучего собрата. — Помнишь ко мне, перед тем как на стену лезть, вой от Угрима подбегал? Так вот. Весточку он передал. Опознали послухи одного из татей, что в проклятый город без спросу рвались. Тать и есть. Из ватаги Курьяна Когтя. Только откуда посредь ватажников магу взяться? За беглых колдунов награда такая, что сами подельники и сдадут. Вот только где ватажники камешек такой силы добыли? — Герхард задумчиво сдвинул брови. — Загадка.

— А эти тогда чьи? — озадачился Невронд. — Вот ведь, — крякнул он с досадою. — Даже оружие без клейма. Постарались дети айхи, чтобы хозяина опознать нельзя было. Но где то я это лицо уже видел.

— У тебя хоть лицо есть, — брезгливо сморщился Герхард, поднимаясь с корточек. — У этого его почти всё обглодать успели. Поди, разберись теперь. Скажи воинам, пусть твоего тоже посмотрят. Может, вспомнит кто. Городок у нас небольшой, каждый вой на виду.

— Мастер, — вновь встрял в разговор всё тот же маг. — Я, кажется, знаю кто это.

— В самом деле? — Герхард заинтересованно прищурился. — И кто же это, по–твоему?

— Огневик это. Один из людей Абашева, — ощерившись гнилыми зубами, сообщил толстяк. — Он со школы ещё эту ладанку на себе таскал, — кивнул бурдюк на окровавленный кругляшек с оборванной верёвочкой валявшейся рядом с трупом. — Говорил, что помогает. Оно и видно, — вновь осклабился толстяк. — Хорошо ему помог.

— Люди князя значит, — Невронд помрачнел на глазах.

— Похоже на то, — согласился с ним Герхард. Ноздри его крючковатого носа гневно раздулись. — Значит, всё же Абашев в город попал. Вот же ещё забота! Хорошо если его в том доме подъели. А ежели нет? Неизвестно, что за кристаллы он из казны княжеской прихватить мог! Оглядывайся теперь!

— Ты думаешь, что Абашев пришёл сюда с ведома князя, мастер? — поинтересовался толстяк.

— А какая теперь разница? — хмыкнул в ответ Герхард. — С дозволенья Уго, Абашев сюда притащился или тайком, заодно камешки из казны княжеской умыкнув? Святозар — ближник княжеский, а значит и спрос с князя будет. Отец–приор давно на Уго зуб точит. Своевольным тот стал, иной раз и перечить всеблагому отцу осмеливается! Ну что же. То не наша забота. В любом случае князь теперь простой мятежник и еретик. Нам теперь не только Ратмира опасаться нужно, но и Абашева. Даже без камней, маг он не самый слабый. Коль в засаду сядет, да на заклинание как следует выложиться — много беды наделать может.