Сердце Артара - Владимир Василенко

— Именно. При массовом применении Эйдос-технологий риск проявления этого эффекта легко свести к нулю. Достаточно просто снизить реалистичность виртуальной модели — хотя бы процентов на двадцать. В первую очередь по части болевых и тактильных ощущений.

— Но это не убережет от целенаправленных подпольных экспериментов в этом направлении.

— Но мы, по крайней мере, сбросили прогресс в тех экспериментах, что уже велись. И у меня есть основания надеяться, что нынешние хозяева Объекта номер три не допустят новых.

— И вы, конечно, занимались этим исключительно из любви к человечеству? — язвительно поинтересовалась Стелла.

— Да, — спокойно ответил он. — Плюс это моя работа. Мы с вами… в некотором роде коллеги, мисс Вайс.

— В каком смысле?

Он промолчал и взглянул на часы — старомодные, механические, в массивном позолоченном корпусе.

— Времени почти не осталось, — предупредил он.

— Тогда последний вопрос. Во всем этом вашем рассказе кое-что не сходится. Мы нашли способ забросить Эрика и Мангуста в Астрал. И они смогли поговорить с Никой. Она утверждает, что Хтон после изгнания игроков и уничтожения неписей хотел уничтожить и сам себя. Вместе с Астралом и всем, что там находилось. Потому что сам он — тоже чуждый элемент, привнесенный в Артар извне.

— Это был бы эффектный финал для всего этого пророчества, — усмехнулся Маретти.

— Пророчество… — задумчиво протянула Стелла. — Это ведь тоже дело рук Окады. Он заложил в Хтона эту идею, больше некому. Но зачем тогда ему было нанимать вас? Он ведь знал, где хранятся аватары игроков, и что все они будут уничтожены вместе с Астралом. Все, что нам нужно было — это просто отойти в сторону и не мешать Хтону.

— Вы правы. И, собственно, я с самого начала пытался отговорить участников вашей команды участвовать во всем этом.

— Но зачем эти лишние старания, если конец и так предрешен?

Маретти повернул влево и подошел к перилам, огораживающим галерею с внутренней стороны. Остановился

— Вы что-то недоговариваете, Маретти, — настойчиво продолжала Стелла. — Если Хтон, в любом случае, уничтожил бы аватары всех игроков, то у вас могла быть только одна причина, по которой вы старались бы вывести нас из игры. У нас все-таки был шанс остановить его, не так ли?

Адвокат повернулся к Стелле. Было заметно, что он тоже очень устал за эти дни.

— Мне искренне жаль вас, мисс Вайс. Знаю, вы очень тяжело переживаете всю эту ситуацию…

— Да к черту ваши сожаления! — огрызнулась Стелла. — Если у вас действительно есть хоть капля порядочности — просто расскажите мне… У нас был шанс все исправить?

— Это очень спорный вопрос, мисс Вайс. На мой взгляд, все в итоге вышло так, как надо.

— Но нам ведь необязательно было уничтожать Сердце Артара, не правда ли? Эрик сказал, что когда коснулся его, то…

— Это я и пытался предотвратить, — неохотно ответил Маретти. — Во всей истории были два неучтенных фактора, которые могли бы привести к непредсказуемым последствиям. Первый — это сама ваша команда и порученное вам расследование.

— А второй?

— Сердце. Оно было частью пророчества, запрограммированного Окадой. Но он не мог предусмотреть, что при создании Сердца Хтон использует еще и администраторскую Десницу. И уж тем более, что аватар игрока, используемый в ритуале, сохранит самосознание. И даже сможет частично контролировать этот артефакт.

— Поэтому вы и пытались нас убедить, что надо во что бы то ни стало уничтожить Сердце? Потому что его можно было использовать и по-другому? Как именно?

— Хтон действительно ослабевал по мере того, как использовал свою кровь для создания своих жутких великанов. И Ника, теоретически, могла полностью перехватить контроль над Сердцем. Особенно если бы ей помогли. Впрочем… Это была бы уже совсем другая история.

Маретти взглянул наверх — оттуда доносились чьи-то торопливые шаги. Человек пять, не меньше. Похоже, обыскивают здание. Находятся этажом выше. Стелла встрепенулась, прислушиваясь к этим звукам, и отпрянула от перил галереи, чтобы ее не успели заметить сверху. Адвокат же был невозмутим. Он даже раскурил, наконец, свой вейп, окутываясь облачками ароматного пара.

— Значит, все же вы манипулировали нами все это время, — процедила Стелла, неприязненно оглядывая собеседника. — И я была права, когда с самого начала не доверяла вам. Да я и сейчас не верю! Вы явно не говорите мне и десятой доли правды! Как вам вообще удалось получить контроль над компанией и сохранять его до сих пор? Откуда у вас такая осведомленность обо всем, что связано с Артаром? И чего вы пытались добиться на самом деле?

— Я не вру вам, мисс Вайс. Нашей главной целью действительно было остановить эксперименты над Объектом номер три и вообще минимизировать ущерб, связанный с обнаружением того тайника в Антарктиде. Конечно, было бы гораздо проще попросту изъять Объект еще тогда, десять лет назад, и стереть людей, хоть как-то связанных с экспедицией. Но мы обнаружили все это слишком поздно. Да и вообще, мы так не работаем. Личность и жизнь любого разумного существа священна, вне зависимости от того, на каком слое реальности она находится.

Стелла прищурилась, разглядывая Маретти так, будто заметила в нем какую-то странность.

— Кто это «мы»? Вы скажете мне, наконец?

Маретти покачал головой и, шагнув к ней, вдруг неуловимо быстрым движением коснулся вейпом ее шеи. Стелла вздрогнула и шагнула назад, но пошатнулась — голова неожиданно закружилась. Адвокат придержал ее, помог мягко опуститься на пол и прислониться спиной к стеклянным перилам.

— Мне правда жаль, Стелла, — печально покачал он головой. — Я прекрасно понимаю ваши чувства. Вопросы без ответов могут превратиться в настоящее проклятье, преследующее всю жизнь…

— Поэтому я и хочу получить эти ответы от вас! — прошипела Стелла, из последних сил вцепившись в его рукав. Взгляд ее быстро затуманивался.

— Есть и другой выход, мисс Вайс. Забвение. Когда вы очнетесь, вы не будете ничего помнить о нашем разговоре, да и вообще о событиях последних дней. Так будет лучше для вас. Память остальных членов операции мы тоже мягко подкорректируем. Обычно мы стараемся обходиться без подобных прямых вмешательств, но в данном случае придется сделать исключение. Вы знаете слишком много лишнего, и я сам виноват в этом.

Шаги этажом выше затихли, однако вскоре донесся звук открывающихся дверей лифта. Люди, обыскивающие здание, добрались и сюда. Маретти медленно выпрямился, пряча вейп. Стелла не отрывала от него взгляд, отчаянно борясь с накатывающим сном.

— Да кто вы такой, черт возьми? — прошептала она.

Маретти улыбнулся. Воздух вокруг него вдруг начал дрожать, а сама фигура быстро начала искажаться и растворяться, исчезая в прозрачном мареве.

— Тот, кто исправляет ошибки. Я ведь сказал, мисс Вайс — мы с вами почти коллеги. Я тоже… своего рода Призрак.