Конец радуг - Вернор Виндж

Роберт заметил, что девушка смотрит на него.

– Ох, простите! Раньше я такого не видел.

– Очень театрально, да? – спросила она, широко улыбаясь.

– Ну да, театрально.

Где-то на высоком уровне протокола все это включало в себя книги и содержание книг. А на физическом уровне еще более… завораживало.

Роберт шел дальше, мыслями далеко отсюда, пытаясь себе представить, как причудливый танец гаптики можно реплицировать роботами, находящимися в удаленных точках сети. Если на обеих сторонах будут участвовать люди, трудности станут адскими. Но если сделать сервис асимметричным, может быть…

– Эй, профессор Гу! Я здесь!

Роберт оглянулся. Потолок над ним сделался прозрачным, и тот, что выше – тоже. На него со счастливой улыбкой смотрел Карлос Ривера.

– Много воды утекло, профессор. Не подниметесь сюда?

– Конечно.

Роберт нашел дорогу к лестнице. Там гаптических иллюзий не было…

…Как и на шестом этаже. Но и книг тоже уже не было. Кто-то здесь организовал кабинеты.

Ривера устроил ему экскурсию. Кажется, на этаже они были одни.

– Сейчас вся группа выведена отсюда в разные места. Некоторые работают на новых расширениях, под землей.

– Так что у вас сейчас за работа? Все еще библиотекарская? Карлос замялся:

– Ну, у меня сейчас несколько должностей. Долгая история. Слушайте, зайдем ко мне в кабинет?

Кабинет был в юго-западном углу, окна выходили на Змеиную тропу и эспланады. Именно здесь собиралась несколько месяцев назад группа заговорщиков. Карлос показал Роберту на стул, сел за широкий стол. Сам Карлос… по-прежнему страдал избыточным весом, носил такую же старомодную футболку. Но была и разница. Этот Карлос казался спокойным, энергичным… довольным всем, что делает.

– Я все собирался как-нибудь поговорить, но работы навалилось – не продохнуть. Мы же тут такой хаос устроили…

– Да, я вас понимаю. Нам, Карлос… очень повезло. – Он оглядел кабинет. В современном мире ранг чиновника трудно определить по видимым предметам, но мебель и растения вроде бы были настоящими. – Вы мне хотели рассказать, что у вас за работа.

– Да-да… только я слегка смущаюсь. Я – новый директор по поддержке библиотеки – так называется эта должность в университете. В некоторых кругах это не слишком важная роль. Внизу и по всему миру известны и другие названия – вроде Опасное Знание или Величайший Малый Скуч-э-маут.

– Но это же из разных кругов веры. Я думал…

– Вы читали, что выиграли скучисты, да? Не совсем так. Когда пыль улеглась, образовался какой-то запутанный… нет, «компромисс» – не совсем точное слово. Лучше уж «альянс» или «разделенное слияние». – Карлос откинулся на спинку кресла. – Страшно подумать, как близко мы были к тому, чтобы взорвать этот уголок Сан-Диего. Но успели остановиться в последний момент. И этот сумасшедший бунт сделал больше денег, чем новый фильм. Что важнее, он привлек деньги и творческие ресурсы со всего мира, и у администрации достало ума не упустить шанса. – Карлос помолчал в нерешительности, голос его стал чуточку печальным. – Вышло так, что каждый из нас провалил все, о чем сообщал другим как о своей цели. Книги уничтожены. Физически. Но Библиотека Гайзела живет, и эти два психованных кружка верований распространяют по свету ее содержимое. Вы ведь это видели, да? Потому сюда и приехали?

– На самом деле я приехал изучить вашу гаптику. Роберт объяснил свой интерес к дистанционному интерактивному осязанию.

– Боже мой, это же потрясающе! Обе группы мне жуют уши, чтобы мы расширили охват. Но на верхнем уровне: что вы думаете, происходит из-за этого с восприятием библиотеки?

– Ну, Воины Библиотеки выглядят, мне кажется, как обычно. Интерфейс очень интересный, если вы такое любите. А скучисты… я попытался посмотреть, что они делают, но не нашел в этом смысла. Все как-то очень рассредоточено, почти как будто у каждой книги своя консенсуальная реальность.

– Почти как. Скучисты всегда были эклектиками. Сейчас у них есть «Либрареом», и они строят ощущение игры до очень мелких рубрик, часто до индивидуальных абзацев. Это куда тоньше работы гачекистов, хотя детки ее быстро перенимают. Настоящая сила в том, что скучисты умеют смешивать реальности. Вот это и случилось с ними и с гачекистами. Скучисты приехали отовсюду, даже из государств-неудачников. Теперь они передают туда оцифровку. Там, где это проходит, правят гачекисты. Другие места, другие образы – но все с доступом к библиотеке в целом. И если вы расколете проблему с дистанционным интерактивным осязанием, они станут еще притягательнее. – Карлос оглядел свой кабинет, где заговорщики стремились недавно к совсем другим целям. – Чертова уйма всего переменилась за каких-то два месяца.

– Карлос, как вы думаете, что на самом деле случилось в ту ночь? Бунт должен был отвлечь от того, что мы делали – или это мы должны были отвлечь от него внимание?

– Я много об этом думал. Мне кажется, бунт был отвлекающим маневром, но он вырвался из-под контроля и в результате вызвал огромный… какой будет антоним к «сопутствующему ущербу»? «Сопутствующая выгода»? Шариф Кто-Бы-Он-Ни-Был – для меня чаще всего Кроликом – был веселым психом.

Кролик. Так называли Таинственного Незнакомца те, кто допрашивал Роберта. И так называл себя сам Незнакомец под конец.

– Ну, наша роль в этом деле была темнее. Кролик манипулировал нами всеми, и каждого дергал за его слабости.

– Да, – кивнул Карлос.

– Кролик каждому пообещал исполнение его тайного желания, и кинул нас, когда мы совершили необходимое ему вероломство.

Впрочем, Роберт не сомневался, что этому существу пришел конец. Возможно, останься он жив, все вышло бы по-другому. Пылающая надежда на обещание Незнакомца была движущей силой его предательства. Но все это подернулось пеплом. И слава Богу.

Карлос подался вперед, взгляд его из-под толстых очков был скептическим.

– О'кей, – сказал Роберт. – Может быть, Кролик не каждому что-то обещал. Я думаю, что для Томми его хитроумный план был сам себе наградой.

– Наверное, так…

Однако Карлос не выглядел убежденным.

– Послушайте, мы бы знали, если бы хоть одно обещание исполнилось. Это было бы зрелищно. Я уверен, что Уинстон хотел…

Кстати, где сейчас Уинни?

Роберт искал ответ, но у Карлоса он уже был.

– Декан Блаунт был нанят университетом месяц назад, факультет искусства и литературы.

Роберта пробежал взглядом по результатам поиска.

– Но ведь всего лишь младшим помощником администратора!

– Да, это странно. Сейчас на том факультете декан – Джессика Ласковиц. Тоже успех медицины. Когда-то она была секретарем факультета. Сейчас карьера помощника администратора потолка не имеет, но Уинстон начинает с самого низа – и самая главная сплетня, что они с Ласковиц никогда не ладили.