Реликт. Том 1 - Василий Головачев

По сигналу «полундра» Берестов должен был подключиться к «спруту» — компьютерной системе связи отдела не позднее, чем через полчаса после его получения, а так как в отделе оптимальным считался срок двадцать минут, у него после возвращения из экспедиции «Афанеора» еще оставалось время на то, чтобы позвонить Анастасии и договориться с ней о встрече.

Девушка выглядела утомленной — инк отыскал ее в личном оперативном боксе расчетного центра ИВКа, — но при виде Берестова лицо ее просветлело. В ответ на его предложение она только кивнула, и у Ратибора осталось впечатление, что его возвращению рады. В отдел он вошел точно по расчету, спустя двадцать минут после того, как получил «полундру». Где в этот момент находилась Боянова, думать не хотелось.

Дверь в кабинет Железовского была открыта, Ратибор собрался войти, как вдруг раздавшиеся изнутри голоса заставили его остановиться. Говорили двое: сам хозяин кабинета — его бас ни с каким другим спутать было нельзя, и женщина. Через несколько секунд Ратибор понял, что с «роденовским мыслителем» беседует председатель СЭКОНа, Когда же она это успела? Или это связь?

— Высокий уровень умственных способностей ничего не гарантирует. — Голос Бояновой. — Это условие для творческой задачи необходимое, но недостаточное. Я убедилась: ваш опер довольно решителен и смел, но он не интрасенс.

— Ратибор интеллектуально независим и мыслит без оглядки на сложившиеся стереотипы и авторитеты.

— А вот это как раз не слишком положительный фактор. Для любой другой задачи Берестов был бы идеален, но не для работы по Конструктору, где ему придется столкнуться с нечеловеческой психикой, психологией и возможностям. И только интрасенс имеет максимальный индекс гибкости при столкновении с подобными проблемами.

— Ратибор справится.

— Не думала, что пользуешься законом Корнуэлла.

— Не понял.

— Начальство склонно давать работу тем, кто менее всего способен ее выполнять. Я буду настаивать на смене оператора РП.

— А я на своем решении. Берестов прошел все ступени подготовки: социотренинг, оптимайзинг, неформальное эс-моделирование, сюрприз-сопротивляемость, стресс-закалку и контрактивную проверку на выживаемость на полигоне Ад-3. Поэтому я не вижу причин его отстранения. Кстати, по закону ответственности интеллектуальной деятельности соображения истины не должны заслоняться никакими другими соображениями. Короче, я буду настаивать на выборе отдела.

— Хорошо. Приглашаю вас обоих на заседание комиссии.

Ратибор успел сделать вид, что только-только подошел к двери, и столкнулся с Забавой.

— Простите.

Боянова кивнула, окинув его внимательным взглядом, и вышла в коридор, где ее ждала сегментная «улитка» лифта. Она поняла, что Ратибор все слышал. Понял и Железовский, когда безопасник молча встал передним.

— Слышал?

— Нечаянно, дверь не заперта.

Железовский покосился на пульт44 секретаря и Ратибор догадался, что «роденовский мыслитель» открыл дверь нарочно, зная, когда он подойдет.

— С ней постоянно такая история. Сначала мгновенное «нет» на любое предложение, потом четкий вывод по всем необходимым дополнениям для решения проблемы. Думаю, тебе тоже будет полезно узнать свои слабые стороны.

— Я знаю.

— Вряд ли. Если бы знал, слабых сторон уже не было бы. Готов доложить свой гениальный хакаригото45 на Совете? На заседание приглашен весь синклит ВКС и эксперты СЭКОНа.

Ратибор ответил не сразу.

— Я, конечно, предусмотрел все, что могу предусмотреть, но… может быть, она права, и вам действительно лучше назначить кого-то из интрасенсов?