Мультилюди - Владислав Выставной

-8-

– При чем тут мои детские переживания? – пожал плечами Олег.

Психолог – манерный молодой человек в лоснящемся пиджаке, чем-то напоминающий Дэвида Коперфильда, таинственно и грустно улыбался. Он все уже понял про Олегову натуру и сожалел по поводу невежественного сопротивления проводимому психоанализу.

– Как это – при чем? Все психологические проблемы уходят корнями в детство. Там, где-то там произошло с вами что-то, что сейчас отражается на вашем восприятии действительности…

Олег иронически улыбнулся. Все, что угодно можно таким образом спихнуть на детство, на сексуальную неудовлетворенность и прочие фрейдистские штучки. Главное не ляпнуть еще, что он в разводе…

Олег уже жалел, что пришел сюда. Несмотря на советы знакомых, у которых он искал психолога, якобы для родственника, этот тип не производил на него серьезного впечатления.

– Поймите, – как можно спокойнее начал Олег. – Мои проблемы с детством никак не связаны. Они начались в один прекрасный момент – когда я написал дочке сочинение…

– Школьное сочинение? – вкрадчиво произнес психолог. – Это то, что не связано с детством?... Ну-ну…

– Какая разница – школьное, не школьное – главное, что события, которые теперь вокруг меня происходят, не имеют к детству никакого отношения. Они имеют отношение к моей безопасности и свободе…

– Ну, разумеется. И дальше будет хуже, если вы не будете со мной более откровенны…

– То есть, вы не можете сказать, что со мной сейчас происходит?

– Могу только предполагать.

– Но я не псих?

– Как это не псих? Еще тот псих. Вас вообще нужно изолировать от общества…

Олег с недоумением посмотрел на психолога. Тот продолжал улыбаться, но уже более сочувственно, даже сострадательно.

– А какого ответа вы ждали? – сказал психолог. – Чтобы я сказал, что у вас все в порядке? Уже то, что вы ко мне пришли, наводит на определенные мысли. Мы ведь в России живем, а не в Штатах. Это там визит к психологу – давно уже рядовое явление. А вы меня тут еще и информацией загрузили, да такой, что я уже сомневаюсь – может вам обратиться в лечебное учреждение более строгого режима? Это, знаете ли, не проблемы супругов и отношений с начальством. Это попахивает галлюцинациями, бредом и параноидальными фантазиями… А это уже не мой профиль…

Психолог все также улыбался, а Олег постепенно закипал…

– Да какой вы тогда, к черту, специалист?! Человеку помочь надо, а вы…

– О! Замечательно! То есть, вы не отрицаете – то, что с вами происходит – ненормально, а вы сами – не в порядке?

– А я разве это отрицал? – буркнул Олег и забарабанил пальцами по стеклянной крышке стола странной каплевидной формы. Вид этого стола, по мнению Олега, должен был доводить пациентов до бешенства.

– Ну, тогда будем считать, что я врач? В какой-то мере, это так и есть. Вы всегда спорите с врачом, когда он задает вопросы?

Олег отрицательно помотал головой. Он начал успокаиваться. Приступ злости, по-видимому, ловко спровоцировал этот хитрец, и теперь Олег чувствовал себя более раскованно.

– Давайте сначала, – сказал психолог. – Вы не против музыки?

Олег не был против. Молодой человек щелкнул пультом, и где-то тихо заиграло. «Пинк Флойд» – узнал Олег и хмыкнул.

– Психолог слушает исключительно «психоделику»?

– А что плохого?

– Да ничего, мне даже нравится…

– Итак, сначала. Вы что-то пишите – и это событие немедленно превращается в реальность…

– Нет, не так. Во-первых, не обязательно немедленно. Во-вторых, далеко не так и не в таком виде, как я пишу. А в-третьих, материализуются только художественные тексты…. Ну, или не художественные, а, как бы это правильно сказать…

Олег бессильно защелкал пальцами, пытаясь сформулировать ускользающее понятие.

– Образные? – тихо подсказал психолог и щелкнул зажигалкой. Ему не требовалось Олегово согласие, чтобы закурить.

– Точно! Если я… э-э… вложил душу даже в одну строчку – тогда она может и реализоваться. Всяких отчетов и докладов это не касается.

– Вы творческая личность, Олег?

– Да ну, нет, что вы!..

– То есть, писать вас никогда не тянуло?

– Никогда… То есть, если не считать последнего времени… Когда все это началось…

– Хм… То есть, вы так вот внезапно открыли в себе творческий потенциал? Забавный случай… Может, в этом кроется причина некоего психологического стресса? Надо бы почитать то, что вы там натворили…

– Э… Видите ли… Это государственная тайна…

– Ах, тайна…

Психолог сочувственно покивал. Он явно все больше удостоверялся в том, что перед ним – классический шизофреник.

– Да нет, поймите меня правильно. То, что со мной происходит в реальности – это правда. Я просто не могу все это связать с написанным…

– А как же я свяжу, если вы не дадите мне текстов?

Олег был готов к такому повороту. В конце-концов, ему хотелось, чтобы его опусы прочел кто-нибудь кроме учителей и ГБшников.

Он вздохнул и достал распечатки. За последние дни цикл рассказов про старого Джао Ли разросся, не смотря на то, что Олег время от времени бил себя по рукам и вырывал шнур компьютера из розетки. Это было похоже на манию. Возможно, именно, потому, что между Олегом и компьютером возникло дразнящее НЕЛЬЗЯ.

Психолог взял в руки листки и принялся читать, присев на краешек своего безобразного стола. Через минуту он встал, не отрывая взгляда от листков, нашарил рукой пульт, и музыка стала громче. Плюхнувшись в кресло, психолог окутался клубами дыма и замер.

Олег хотел было что-то сказать, но не смог: он видел, как читают его творения, и вдруг наполнился новыми и странными чувствами. Волнение, как на экзамене? Похоже, но не то… Олегу ничего не оставалось, как сидеть и ждать на своем маленьком диванчике, вздрагивая при странных звуках со стороны психолога: посапывание сменялось похрюкиванием, переходящим в похмыкивание, а после – в секунды полной тишины…

– …С вами все в порядке?

Олег вздрогнул и понял, что проснулся. Голова была неудобно запрокинута назад, что и послужило, наверное, причиной этой мерзкой боли в шее.

– М-да… Все нормально… Прочитали?

– Прочитал… Хм-м…

Психолог странно смотрел на Олега, будто новыми глазами.

– Вы действительно никогда раньше не писали?

– Ну, вот, стал бы я вам врать… А что, понравилось?

– Хм… Ну, конечно, не Лев Толстой и даже не Пелевин… Но… Не знаю, как и сказать…