Летчик 5 - Владимир Малыгин

— Здесь написано, что в Петербурге начались народные волнения!

— Ну, волнения, ну начались… И что? — встал, накинул китель, притопнул сапогами, чтобы по ноге сели.

— Как что? — возмутился мой собеседник.

— Да так! — поддразнил его, подхватил полотенце и шагнул к двери в умывальную комнату. Остановился на полпути и повернулся к явно ошеломлённому моими последними словами человеку. — Вы, прошу прощения, вообще кто?

— Я вас не понимаю. В каком смысле?

— Да в самом прямом! Николай Степанович вас для чего к нам в экипаж определил?

— Оказывать всяческую поддержку здесь, в Дании.

— Вот и оказывайте! А к событиям в России эта поддержка никакого отношения не имеет! Вы насчёт заправки вопрос с датчанами согласовали?

— Нет. Не успел ещё.

— Само собой. Зато с газетами явно ознакомиться успели! — помолчал несколько секунд, давая человеку осознать всю глубину своей вины, и продолжил.  — Вы на КП были? С консульством нашим связывались? Что, тоже нет? Тогда займитесь лучше своими прямыми обязанностями!

Поддержку он оказывать должен! Присматривать ты за мной должен был, вот что! Да, так оно будет вернее. Так и присматривай, выполняй свою работу, а не в панику ударяйся всей мордой. Как-то не вяжется подобное поведение этого сопровождающего с суровым имиджем Батюшинской Конторы. Или это совсем левый кто-то. По какой-то причине вылезший из машины Николая Степановича. А, вообще, ну их всех к дьяволу! Со своим бы разобраться… Слишком много загадок образовалось в последние дни.

В очередной раз наш сопровождающий объявился после завтрака. Где-то через час. Как раз мы в себя начали приходить. Ну и у меня было время над услышанной новостью поразмыслить. Не удивился я услышанному. Чего-то этакого подспудно и ожидал, к этому всё и шло. Теперь бы только вся эта заварушка большой кровью не закончилась…

А дальше мы к самолёту поехали. Подготовили его к вылету, вот только топлива так и не дождались почему-то. Потом пришлось всё-таки ехать в Русское консульство и уже там выяснять настоящую подоплёку всех этих газетных уток. К большому сожалению, ничего конкретного узнать не удалось. Нашего консула вызвали в королевский дворец для разъяснения обстановки в России. А что он нового мог там сказать? То же самое, что теперь все вокруг из газет знают. Да, в Петрограде народные волнения. Есть раненые и убитые, повсеместно проходят столкновения с полицией. И на этом всё…

Уже перед уходом удалось как бы невзначай подслушать оброненную кем-то фразу об отсутствии связи с Петроградом. Якобы мятежники захватили телеграф… Однако, повторяется история-то…

Так что и нас попросили пока находиться в нашей гостинице. А за новостями приходить позже, ближе к вечеру, а лучше вообще завтра к обеду. Так мы и решили сделать. Выхода-то особого не было. Хотя, все рвались вернуться домой. У всех семьи в столице. Так что без переживаний и волнений не обошлось. Да и я сам по вполне понятным причинам места себе не находил. Мало ли что там может случиться… Но и прямое указание своего непосредственного начальника не посмел нарушить. Есть у меня надежда на благополучное разрешение этого столичного конфликта, благодаря кое-каким намёкам Николая Степановича. Если, конечно, они там не прозевают с его локализацией и этот народный, или чей он там, пожар не разгорится во что-то большее. Ну мысли кое-какие собственные имеются. Предполагаю, для чего это всё затеялось. Лишь бы мои догадки совпали с реальностью…

Пользуясь случаем прогулялся по городу, зашёл в свой банк, проверил содержимое арендованной ячейки. Лежат мои драгоценности… Те самые, что мне когда-то очень давно удалось захватить у грабителей в Пскове. Грабители у немецких промышленников, а я у грабителей весьма удачно экспроприировал… Ну и пусть пока лежат. На чёрный день…

Назавтра новости были вообще неутешительные. Местные газеты вовсю пишут об одном – в России началась буржуазная революция. Точно такая же, как и в Германии, и во Франции. Тут уже не до выполнения приказов было – общим желанием экипажа было решено вернуться назад. Сунулись к самолёту, а нас назад и развернули…

Охрана стоит вокруг нашего самолёта и нас же к своей технике не подпускает! Оприходовали уже местные новейшую технику… Подсуетились!

И силой не пробьёшься, слишком их много. Пошумели малость для приличия, пообещали, как водится, жаловаться консулу и покинули аэродром.

Угрозу свою решили не откладывать и всем кагалом сразу же проехали до Русского посольства. Всех до приёмной не пропустили, остановили внизу, в просторном холле. Мы же с сопровождающим поднялись наверх, где пришлось ещё и подождать около получаса до приёма…

Ну, что сказать? Посол наш и сам практически все новости узнавал из прессы. И наши проблемы и заботы ему сейчас явно до одного места были… Со своими бы как-нибудь разобраться. Тем не менее пообщались. Порекомендовал не поддаваться на провокации и так далее и тому подобное. Короче, говорил всю ту лабудень, которую им положено говорить в подобных случаях. Ну, когда от них ничего не зависит, и когда сами ничего решить не могут, а лицо терять не хочется.

Вышли во двор, а здесь уже столпотворение. Не одни мы за новостями пришли. Русских подданных, оказывается, в Дании хватает. И все на нервах, все чего-то требуют и шумят. Ну и само собой, сразу же на нас с вполне понятными вопросами накинулись, в разные стороны потянули, чуть не разорвали на тысячу мелких клочков. И охраны вокруг никакой, самоустранилась она и правильно сделала. Иначе бы и ей не поздоровилось. Пришлось выкручиваться из положения, забираться на возвышение, коим фонарный столб оказался и уже с его тумбы во весь голос озвучивать последние новости. Впрочем, ничего нового сказать я не мог, всё это в утренних газетах можно было прочитать. Зато хоть нас в покое оставили. Упс, поторопился я с выводами насчёт оставили.

Самые ушлые из этой толпы всё мигом сообразили и вцепились в меня, словно репей. Дождались момента, пока основная масса подданных великой империи в здании не скроется и весьма настойчивым образом приступили к моей планомерной осаде. Даже окружили со всех сторон довольно-таки грамотно. Не вырвешься без скандала и привлечения к нам лишнего в этой связи внимания. Ну и не стал вырываться, а предпочёл выслушать предложения – мол, мы же на самолёте? На самолёте… А, значит, обязательно должны в самом скором времени домой вернуться? Конечно, должны… А раз так, то и следующее вполне закономерное предложение не заставило себя ждать. Предложили эти ушлые себя в качестве пассажиров. Вместе со своими ближними, само собой. Огромные деньги предложили за подобную возможность.

Думаете, отказался? Как бы не так! Не та ситуация… Но и обнадёживать никого не стал. Объяснил, что самолёт у нас пока арестован и подобной возможности может не представиться вообще. Так что и рад был бы помочь, но… Ещё и руки в стороны развёл, с выражением явного сожаления на лице.

Съездили к самолёту, попробовали ещё разок безуспешно пройти к своей технике. Вернулись в гостиницу и начали разрабатывать операцию по возвращению своего движимого имущества. Собрались в моём номере, обсудили наши реальные возможности. Возможности оказались весьма слабыми. Вот где мне Степана-то не хватает… Или прежнего экипажа… А с этим особо каши не сваришь, придётся на одного себя рассчитывать…