Да придет свет - Антон Исаев

Повозка, проехав по узким улочкам, подъехала к дворцу, что стоял ближе к джунглям, чем остальные здания. Широкий проход вел под ним во двор, и не имел никаких ворот. Репутация Сестер позаботилась о том, чтобы никто в пределах города, да и далеко за ним, не осмеливался сказать и сделать что-то против них.

Охрана дворца, стоявшая перед входом, увидев, кто приехал, согнулась в поклоне, и один из воинов громко начал стучать копьем о щит. Сестры, и идущий с ними рядом мальчик, прошли во внутренний двор и Кальд восхищенно начал крутить головой из стороны в сторону.

Украшенные узорами стены дворца внутри и чаши, что стояли вверху, были очень красивы. Пока они шли по двору, внутри чаш вспыхнуло яркое пламя. Широкая лестница, что вела к главному входу, тоже была освещена яркими факелами, которые держали в руках стоящие воины. Из дворца, торопясь, выбежал старик, укутанный в мужское сари желтого цвета. Увидев Сестер, он радостно вскинул руки вверх и воскликнул:

— Хвала Кадру! Они вернулись, мои повелительницы! С ними все хорошо! — Подойдя ближе к стоящим Сестрам, он широко улыбнулся, отчего его старческое лицо еще больше побежало морщинами. — Я переживал так сильно, вы просто не представляете!

— Оставь, Гомати, — Хава поморщилась на его слова. — С нами все хорошо, дело сделано. Мы вернулись целыми и невредимыми.

Гомати быстро закивал головой.

— Все правильно, так и должно быть, конечно, я зря все это говорю. Вы те, кого должны боятся и почитать, и ничего с вами не должно произойти, — он посмотрел на стоящего возле Сестер Кальда. — А это что за мальчик? — и переведя взгляд на Сестер, спросил: — Что такого произошло там, далеко за морем, что вы привезли мальчика?

Хилини, взяв мальчика за плечи, произнесла:

— Его зовут Кальд, он будет жить с нами. Так пожелала богиня Кадру и мы. Так что, Гомати, отвечать будешь за него головой.

— Интересно, — старый жрец хмыкнул и спросил мальчика. — Так как там тебя зовут?

— Кальд, — ответил тот. — Я живу далеко отсюда, в Западных землях, там, где лес. Хава и Хилини рассказали, что нехорошие люди хотели сделать со мной плохие вещи, и они спасли меня.

— Они сказали тебе свои имена? Интересно, — жрец пожевал губами и посмотрел на сестер. — Мальчик будет в безопасности, повелительницы. Я отведу его к нашим кухаркам, пусть накормят его, приведут в порядок.

— Как считаешь нужным, — Хилини посмотрела на Кальда, и сказала: — Слушайся его во всем, после всего вернетесь к нам, и мы решим, что делать дальше, — она кивнула головой, после чего, сестры двинулись к дворцу.

— Есть новости, — Гомати зашагал, следом взяв за руку мальчика. — Два назад приехал гонец из Велиграда.

— Неужели, — Хава, не повернув головы, усмехнулась. — И что же ему надо?

— Сказал, что хочет говорить с вами лично. Я не знал, когда вы вернетесь, и поставил его в известность. Он же ответил, что ждать вас осталось недолго. Не знаю, откуда у него такая уверенность, но вот вы здесь.

— Он приехал один? — спросила Хилини.

— В окружении охраны, отряд солдат и два мага. Необычно для гонца, я так думаю.

— Хорошо, — сказала Хилини. — Мы встретимся с ним лично ближе к вечеру. Приведём себя в порядок.

Гомати склонил голову.

— Мне стоит готовиться к чему-либо? — задал он вопрос.

— Думаю, нет, — Хава снова усмехнулась. — Мы даже знаем, почему он приехал. Все из-за того, что произошло там, за морем, в песках. Лесник хочет знать, — она посмотрела на сестру. — Он не догадывается, что именно произошло, но он хочет знать.

Поднявшись по лестнице, Сестры прошли в освещенный факелами дворец, а Гомати с Кальдом свернули в сторону помещений для слуг.

Находясь у себя в покоях, Сестры не спеша приводили себя в порядок после долгого путешествия. Хоть Дорос и не был их родным домом, но они жили в нем уже достаточно долго и здесь им было все по душе. Хилини сидела перед зеркалом, накинув на себя лёгкие одежды, состоящие из брюк и рубашки, а Хава нежилась в большой ванне, что стояла там же в комнате, смывая с себя все, накопившееся за время, проведенное вне Дороса.

— Если Лесник спросит, что произошло, что ему расскажем? — Хава вытянула руку из воды, осматривая ногти, которые за долгое путешествие выглядели, мягко говоря, не очень, она поморщилась и опустила руку обратно в воду.

— А как ты думаешь, сестра? — Хилини оглянулась на сестру — Я думаю, ты согласишься со мной, что мы расскажем правду.

— Да, правда, — Хава приподнялась и села в ванне, — Ину и остальные повержены, Тахир тоже пал, думаю, на этом все, жалкий оставшейся Древний, который за все время не связывался с нами, пусть теперь призадумается. Я не думаю, что он представляет какую-либо опасность для нас.

Хилини потянулась к столику, стоявший пред зеркалом, и взяла баночку с мазью. Открыв ее, она начала втирать мазь аккуратно в кожу на груди. — Расскажем, что Древние мертвы и посмотрим на его реакцию. А там подумаем, что делать, Лесник силен своим Капитулом, за столько лет он создал мощную организацию, его вера распространилась очень далеко.

— Если понадобится, мы сможем наведать к нему лично, — ответила Хава. — Мы сильны сейчас, как никогда.

***

Наступил вечер и в назначенное время Сестры уже находились на своих законных местах, на двух больших каменных тронах, высеченных из одного куска камня в большом зале дворца. Зал был ярко освещен факелами на стенах, и железными чашами что стояли повсюду. Большие колонны, украшенные каменными змеями и высеченными на стенах рисунками со сценами человеческих жертвоприношений, ярко освещались огнем. Возле Сестёр стоял Гомати, в ритуальных одеждах жрецов Кадру, а вдоль зала стояла охрана, вооруженная копьями и круглыми щитами.

— Пусть заходят, — лениво качнула рукой Хава, и один из стражников, в другом конце зала, открыл высокие двери из дерева.

В зал зашел гонец, присланный Капитулом, в окружении двух человек. Они шли чуть позади, одетые в рясы с капюшонами, а на поясе у них звенели железные обереги, инструменты магов, что усиливали магию и придавали им сил. Сам же гонец оказался высокого роста мужчиной, с резкими чертами лица, в неброской походной одежде, из