Председатель 5 - Вай Нот

Он снова ударил кулаком по забору так, что тот аж покачнулся.

— Давай спокойней только. Покалечишь себя ещё.

Не хватало только забор после его буйства чинить.

— Извини, — тут же ответил он, отойдя подальше от ограды, а затем снова заговорил, — в общем, уезжаю я. Лиза твёрдо намерена остаться, ну и пусть. Если хочет, пусть даже в моём доме живёт, всё равно. Я завтра же во Владивосток рвану, а может сразу на Сахалин. Короче, подальше отсюда, да и родственники у меня там рядом есть. Не знаю чем займусь, может рыбаком стану… как в детстве мечтал.

Я пожал плечами. Его выбор и не скажу, что самый худший. Да и ему хотя бы хватило духу от своей любви отказаться, когда понял, что она за человек. Надеюсь, не даст слабину через какое-то время.

— Езжай. Только оформи свой уход как следует, чтобы ни мне, ни себе ещё больше проблем не создавать на ровном месте.

— Сделаю всё как положено. Ещё раз прости, Сан Саныч. И Алле мои извинения передай. Я уж вряд ли ещё её увижу. Ну, оно и к лучшему. Андрей ведь тоже может не сдержаться.

Я не стал говорить, что Андрей, хоть и намного моложе, но явно в несколько раз благоразумней Виктора, и мы попрощались.

Вернулся домой я с некоторой долей облегчения. Теперь хоть об этом голова болеть не будет.

* * *

Но, к сожалению, и без разборок с Фроловым, головной боли оставалось предостаточно. Как минимум, мне пришлось ехать к Кандренкову. У меня накопилась к нему масса вопросов. И первый из них звучал так:

— Андрей Андреевич, вот сколько с вами работал, а никак не могу припомнить товарища Стародубцева. Что это за кадр такой и откуда он взялся?

Председатель обкома тяжело вздохнул.

— Это ты правильный вопрос задаёшь, Сан Саныч. Рекомендовали его из Москвы недавно совсем. И приехал он сюда, как ты уже догадываешься, с персональным заданием насчёт твоего колхоза.

— Ну, я надеялся, что это не вы его пригласили, — улыбнулся я в попытке слегка разрядить обстановку.

Но Кандренкову явно было не до смеха.

— Не я. И мои полномочия в этой вашей истории не так велики, как ты, возможно, думаешь. Так что, мой тебе совет, Филатов, если хочешь как-то повлиять на эту компанию явно развернутую против тебя, езжай в Москву. Но не в президиум к Подгорному, тем более, что ты у него уже был. А сразу к Косыгину.

Он замолчал, но, видя, что я явно жду пояснений, продолжил:

— По крайней мере, есть шанс, что вы найдёте с ним общий язык через Глушкова. И что он не из тех, кому ты не по душе.

— А кому я не по душе? — задал я главный вопрос.

Но Кандренков в ответ только развёл руками.

— Я в эти дела не лезу. И советы тебе даю просто исходя из здравого смысла, а не реального знания, кому ты дорогу перешёл. Но то, что это так — для меня очевидно.

— Понимаю. Спасибо, — поблагодарил я его.

— Не за что. Береги себя, Филатов. Меньше всего я бы хотел, чтобы тебя сняли с должности или ещё как-то выкинули из игры.

— Ну уж нет, — я ухмыльнулся, — от меня так просто не избавиться.

— И ещё кое-что, — добавил он пожимая мне руку на прощание, — я тебе ничего не говорил.

Глава 7

Я много размышлял о том кем мне заменить Фролова. Должность председателя сельсовета освободилась, и с этим надо было что-то делать.

Жаль, нельзя Мясова клонировать. Я бы с удовольствием порекомендовал его на новую должность, но тогда останусь без надёжного парторга. Это нам не подходит.

В конце концов, я решил переговорить с Ларисой Ивановной Рябовой. Тем более, что с появлением у нас планово-экономического отдела, бухгалтерскую работу тоже можно оставить на ребят из него.

Так что я пригласил её к себе в кабинет Моё предложение настолько застало её врасплох, что она не удержалась от удивлённого возгласа:

— Вы шутите, товарищ председатель?

— Совсем нет. Или вы считаете, что не справитесь?

Она быстро замотала головой.

— Нет, не то чтобы… просто я об этом и не думала никогда. Меня вполне устраивает моё место.

— Значит вы не хотите?

На этот раз к мотанию головой прибавились и хаотичные взмахи руками. Она даже со стула вскочила в порыве эмоций.

— Нет! Я не знаю! Нужно подумать.

Я улыбнулся.

— Успокойтесь, Лариса Ивановна, это не вопрос жизни и смерти.

— Конечно, просто это ответственная высокая должность, а я, сами знаете, никогда за повышением не гонялась.

— Уверен, что вы справитесь точно не хуже Фролова.

Она снова села на стул и уже более спокойно продолжила разговор.

— Но почему я?

— Потому что я вам доверяю. И вы соответствуете требованиям для этой должности. Да, у нас в колхозе есть и другие люди, которым я тоже доверяю, но у них либо нет высшего образования, либо они уже выполняют максимально подходящую им работу. Вы же прекрасно помогли освоиться нашей молодёжи из планово-экономического отдела, так что непосредственно бухгалтерию мы можем доверить им. А мою рекомендацию, я надеюсь, одобрят.

— Если честно, я думала, что вы запрос выше отправите, чтобы нам нового специалиста прислали.

Я вздохнул.

— Да, так можно было сделать, но посмотрите в какой мы оказались ситуации. Сейчас, чем меньше новых людей, тем лучше. Ладно, если толковый попадётся, но ведь всякое может быть. И тратить время и нервы на то, чтобы сработаться со сложным человеком я бы точно не хотел.

Внимательно меня выслушав, Рябова улыбнулась:

— Ну раз так, то выбора вы мне не оставляете. Вы правы, я и сама не хочу, чтобы кто-то новый нам тут проблемы создавал. Хватило уже одной вертихвостки, до сих пор расхлёбываем, — закончила она уже максимально серьёзно.

Мы попрощались, и я не затягивая тут же договорился о встрече с Емельяновым, да и не только с ним. В районной администрации, естественно, уже знали, что Фролов уволился. Так что мне надо было решить этот вопрос быстрее, пока его не решили за меня.

К счастью, с этим особых проблем не возникло, и вскоре колхозники уже поздравляли Рябову с назначением. Её, к слову, многие любили и уважали. А ещё больше любили её легендарные пирожки, которыми она постоянно всех угощала. Помню, как мне они буквально помогли выжить, в самые первые дни, когда я только сюда приехал.

Недовольной была только Лиза. Мы с Ларисой Ивановной, кстати, когда договаривались о её повышении, как-то упустили из виду, что теперь она начнёт работать непосредственно под её началом.

Честно говоря, я вообще не понимал, ради чего Наумова так упрямится и не хочет увольняться. Люди вокруг её просто откровенно ненавидели. Но буквально с ослиным упрямством она каждый день приходила на работу.

* * *

Елизавета и правда ещё не догадывалась, как сильно изменится её жизнь после разоблачения. С отъездом Фролова у неё появилась небольшая проблема. От Красной зари до Нового пути расстояние довольно приличное и, если раньше её возил Виктор Петрович, то теперь пришла пора искать нового водителя. Лиза практически ни с кем не общалась, а та небольшая часть людей, с которыми она познакомилась благодаря Фролову, ехидно отказали в её просьбе. Причём она видела, что делают они это просто потому что не хотят. Но каждый придумал какую-то важную причину. У одного места нет, другой ещё кого-то подвозит, а у третьего как раз машина сломалась, хотя ещё вчера видела, как он ездит. По их взглядам девушка понимала, что те скорее всего наслышаны о случившемся, уж больно косо смотрели в её сторону.

Так или иначе, транспорт был нужен. Пешком идти не вариант, и она прекрасно это понимала, но расстраиваться всё же ещё рано, ведь в её рукаве был главный козырь — школьный автобус. Как раз утром уходит, а если поговорить с водителем, то и вечером, возможно, её смогут привезти назад.

Так утром следующего дня, Елизавета направилась на остановку, где стояла одна среди детей. Ждать долго не пришлось и вот, прибыл красно-белый автобус. От каждодневного пользования у ребят сложились свои порядки. Каждый знал, за кем идёт и где сидит. Стоило Лизе пойти к свободному месту, как то, моментально оказывалось занято! Водитель заметил женщину среди детей, которая явно не ребёнка провожать пришла, поэтому поспешил её окликнуть. Лиза тут же отозвалась:

— Простите, но не могли бы довезти меня до Нового