Лисицын, жги! - Игорь Аальст

— Турнир пройдет по пирамидальной системе между победителями отдельных схваток. В первом круге только физическая сила, дальше добавляем магию и благословения тотемов. Бой идёт до сдачи одного из противников, или до невозможности сражаться дальше. Победители всех схваток получат… Кое-что интересное.

Я усмехнулся. По крайней мере, я получу уже второе удовлетворение от избиения Коршунова младшего.

Всего в турнире участвует двадцать человек. Из них мне в противники достается Василий Потемкин, отличный в целом парень, с которым Андрей неплохо общался ещё в средней школе. Правда, у него нет тотема — род парня получил дворянство от императора всего каких-то лет двадцать назад, за военные заслуги, и ни один бог-покровитель пока не обратил на него внимания.

Схватка заканчивается довольно быстро, ведь несмотря на своих могучих отца и деда, да и прадеда и прапрадеда, парень не унаследовал и толики их силы и характера. Мне не составляет труда ударить тыльной стороной ладони в кадык а затем вырубить оглушенного противника, не оставляя ему и шанса.

Впрочем, все схватки первого круга заканчиваются очень быстро. У зрителей начинают появляться явные фавориты — граф Федор Коршунов и князь Владислав Акульев. Больше всего обсуждают именно их пару — очевидно, ее победитель и выиграет турнир.

Я не обращаю внимания на эти разговоры, сосредоточившись на физических упражнениях. Из-за этих болтливых уродов даже размяться перед первой схваткой не успел. Теперь наверстываю, как приходится.

Второй круг уже обещает более интересное развитие событий, ведь теперь разрешено использовать магию.

И по иронии судьбы из всех десяти возможных противников мне выпадает сразиться с Витей, мать его, Коршуновым. Кто бы мог подумать, что все будет именно так?

— Посмотрим, чему ты научился за день, нищеброд, — говорит он, ничуть не заботясь о том, что его слышит половина двора.

Я только мило улыбаюсь в ответ — после такого заявления если это чучело проиграет, по репутации рода будет нанесен серьезный удар. О, вот и Коршунов старший так подумал, стоит в отдалении и сверлит гневным взглядом спину сыночка, поддерживая рукой голову.

Как только судья, который по совместительству является главой СБ Сосновых, даёт команду, Виктор остервенело бросается на меня, замахиваясь кулаком, закованным в "перчатку" из яркого света. Родовая техника Коршуновых, которой они кошмарили моих родственников ещё во время войны наших родов. Что ж, меня это точно не испугает.

Качнувшись как маятник, я ввел противника в замешательство, от чего удар получился смазанным и я легко ушел в сторону. Мана привычно наполнила каналы, многократно усиливая хилое тело. Правда на этот раз ее было меньше, чем в предыдущий. Гораздо меньше.

Оставив в голове пометку разобраться с этим, в темпе вальса пробиваю прямой, целясь в ухо идиота. Но не тут то было — Коршунов успевает среагировать и прикрывает голову. Кулак бессильно соскальзывает по блоку в сторону.

Да, что-то я привык в этом мире драться с тюфяками, от которых не приходится ждать особого отпора. Расслабился совсем.

— Неплохая реакция, — хвалю я блок противника, в то время как концентрируюсь и перегоняю почти всю ману в левый кулак. — Что ж ты утром так резво не заблокировал?

Виктор от моих слов багровеет, видимо и правда все ещё вспоминает нашу последнюю встречу, которая оставила его со сломанной челюстью и без зубов. Что ж, не удивительно, с таким ранимым самолюбием, как у этого парня.

— Ты труп, Лисицы-и-ин! — ревёт он, вновь бросаясь на меня. Свет от его кулаков аж слепит глаза, так парень взбесился. То, что нужно.

Вместо того, чтобы уйти в сторону, как он вероятно и ожидал, я делаю рывок ему навстречу и со всей силы впечатываю левый кулак в лицо оторопевшего парня. Кость не просто хрустит, — крошится, будто фарфор. На этот раз на восстановление уйдет побольше времени, чем пара часов.

Все зрители как по команде затихают. Ради интереса нахожу глазами Сойкиных — близнецы стоят возле самого куба, шокированно распахнув рты.

Очевидно, что поединок закончен — Виктор падает без сознания у моих ног. Неудивительно — даже учитывая крепость парня, у него буквально раскрошено лицо.

Внутрь клетки спешат подняться лекари и унести Коршунова, но не тут то было. Я хватаю противника за волосы и приподнимаю над полом. Поворачиваюсь к его отцу.

— Больше не пытайтесь разорить меня, посылая своих лакеев, Федор Дмитриевич, — я бросаю Виктора вперёд, как тряпичную куклу, пускай и очень тяжелую. — И научите сына манерам и боевому искусству. А то складывается впечатление, будто это не наследник, а наследница.

Во дворе повисает гробовая тишина. Граф Коршунов просто вне себя от гнева, но ему по крайней мере хватает выдержки не броситься на меня прямо сейчас — ещё бы, в лицемерии вся суть аристократов. Ласкают слух вежливыми фразами, а за спиной держат кинжал. Вот и возникает диссонанс, когда говоришь все, как есть на самом деле.

Выхожу из клетки и иду к трибунам, надо бы присесть, а то тело опять с нагрузкой не справляется. Пожалуй, пора уже взяться за регулярные тренировки.

— Андрей! — сквозь толпу, которая уже наблюдает за следующей схваткой, ко мне протискивается никто иной, как княжна Акульева.

— Ты вовремя, — усмехнулся я. — Плечи мне разомнешь. От отдачи удара сустав чуть не выскочил.

Она в очередной раз широко раскрывает рот и хлопает глазками, дивясь моей наглости. Но что-то все же заставляет ее руки лечь на мои плечи и начать делать массаж. Комки напряжённых мышц тут же ощутимо разглаживаются под кожей. Кайф…

— Как же сильно магия меняет людей… — шепчет княжна, все ещё пребывая в шоке. — Кстати, о магии. Объясни ка мне, как это вчера инициировавшийся адепт с первым рангом и потенциалом легко одолел опытный четвертый ранг?!

— Ну, это определенно было нелегко, иначе твоя помощь сейчас бы не понадобилась, — замечаю я.

— И все же. Что это было, Лисицын? Благословение тотема? Ты понимаешь, что тебя дисквалифицируют за его использование до третьего круга?

— Конечно, понимаю, — ворчу я. — И именно поэтому не использовал никаких благословений. Только чистая магия. Только хардкор.

Остаток массажа проходит в тишине, слышится лишь гул окружающей толпы и недовольное сопение Алины. Да уж, атмосфера складывается напряженная, не так я себе представлял наш первый массаж…

— Достаточно, — прерываю увлекшуюся девушку. — Мне надо ещё в туалет заскочить перед следующим кругом.

В самом дворе туалета не отыскалось, и за ним пришлось возвращаться в поместье. Оказавшись внутри и