Нейрокошмар - Мик Фаррен

– Да перестань.

Малыш Менестрель раздраженно возразил:

– Черт побери, парень! Откуда мне знать, как все там произошло, но эти штурмовики – модифицированная шестерка А. А. Катто. В этом я уверен.

Билли задумался.

– А откуда мы знаем, что они не из братства?

– Братство действует иначе. Они не стали бы так напрягаться. Если бы им хотелось поменять положение вещей в Фелде – убрали бы герцога или что-то в этом роде. Они бы никогда не стали организовывать вторжение. Это противоречит всем их принципам. Это должна быть А. А. Катто.

Билли перекосило.

– Если она нас поймает, мы покойники.

Оладу внезапно надоело молчать.

– Я даже не хочу знать, о каком дерьме вы говорите.

Менестрель повернулся и посмотрел ему прямо в лицо:

– Мы всего лишь вспомнили о своих мозгах. Мы собираемся уходить.

Крайний кивнул.

– Я этого опасался.

– Ты идешь с нами?

Он раздумывал, переводя взгляд с Билли на Малыша Менестреля и обратно. Наконец глубоко вздохнул:

– Ну, думаю, да. Я всегда был дураком.

Кармен села на кровать и привлекла к себе внимание:

– Так вы уходите? Все трое?

Теперь, приняв решение, Менестрель взял ситуацию под контроль.

– Да. Мы благодарны тебе за заботу, но мы уходим.

– Ты не спросил, хочу ли я пойти с вами.

– Ты хочешь?

Кармен выдержала паузу и посмотрела на Билли.

– Нет, не думаю. Билли подошел к кровати.

– Уверена? Ты можешь пойти с нами, если надумаешь.

Кармен печально покачала головой.

– Я не знаю ничего, кроме этого города. Я останусь здесь. Не так уж все плохо.

Олад повернулся к Малышу Менестрелю.

– Когда мы уходим?

– Хорошо бы выйти сегодня ночью, как только стемнеет.

Олад широко улыбнулся.

– Нам повезло, что они не поменяли день с ночью, когда меняли погоду.

Менестрель пожал плечами.

– Погоду поменять легко. Чтобы изменить суточный цикл, необходимо внести в работу генератора серьезные изменения.

Олад хрюкнул.

– Больно много ты знаешь.

Менестрель вежливо улыбнулся и кивнул, соглашаясь.

Часы, прошедшие до наступления темноты, легли на плечи Билли тяжелым грузом. Кармен попыталась затащить его в постель в последний раз. В конце концов ей это удалось. Неожиданно, это оказалась нежная и одновременно возбуждающая интерлюдия. Они долго пролежали вместе. Наконец, он поднялся. Это движение стало первым его шагом в новый жизненный этап.

Он надел штаны из овечьей шкуры и заправил в них тонкую темно-синюю рубашку. Затем взглянул на свое лицо, отражавшееся в темном растрескавшемся зеркале. На нем еще оставались следы тощей юности, но выражение глаз казалось более жестким, чем когда он уходил из дома. Он зачесал назад свои длинные волнистые волосы и вытер руки. После этого затянул пояс с висевшим на нем пистолетом.

Надев куртку на меху, он наклонился и поцеловал макушку Кармен.

– Я еще вернусь к тебе, крошка.

– Нет, не вернешься.

– Я постараюсь.

Кармен ничего не ответила. Билли достал из кармана куртки темные очки, посмотрел на них и снова убрал.

Менестрель и Олад уже ждали его у задней двери публичного дома. В дорожной одежде Менестрель выглядел еще более худым и угловатым, чем обычно. Штаны в полоску, облегавшие его тонкие ноги, заправлены в высокие сапоги для верховой езды. На длиннополом паль-то из черного вельвета блестели капли, нанесенные ветром из-за плохо прилегающей двери. Талию охватывал пояс с набором из пяти хорошо подобранных метательных ножей. Черная широкополая шляпа с серебряной тесьмой, надвинутая на глаза, скрывала почти все лицо. Движения его казались порывистыми и нервными. Снаружи царил мрак. По мокрой пустынной улице курсировали патрули Окпола. Их громкоговорители оповещали, что с начала комендантского часа прошло восемнадцать минут, и каждого, кто окажется снаружи, не имея на то особого разрешения, застрелят. Билли усилием воли сдерживал дрожь. Менестрель глубоко вздохнул.

– Ладно. Если кто-то увидит нас, убейте его. Попытайтесь сделать это бесшумно. В стене прямо позади герцогского дворца должна быть сквозная дыра. Мы идем туда. Если кого-то из нас подстрелят, остальные не должны останавливаться, чтобы помочь. Только вперед. Поняли?

Олад перезарядил свой пистолет.

– Дыры охраняются?

Менестрель избегал его взгляда.

– Я не знаю.

На несколько мгновений повисла тишина. Затем Менестрель дернул плечом.

– Ладно, пошли.

И они скользнули в дождь и темноту.