Расплата - Вячеслав Бец

– Кажется, Ладов или Блядов… Бл. дь какая-то, аха-ха-ха! Короче, что-то подобное, я не вникал.

Шутка всем понравилась и громкий взрыв смеха заполнил комнату и эхом разнёсся по зданию.

– Как-как?! – резко поднял голову Андрей. – А, может, Владов?

Смеющиеся над шуткой Косаря мужчины постепенно, но довольно быстро притихли. Одни, потому что услышали знакомую фамилию, а другие, потому что заинтересовались неожиданной реакцией Андрея. Сам Косарь вперился в Андрея взглядом, полным подозрительности и удивления.

– Может, и Владов, – ответил он. – А ты чего так всполошился, будто с дочкой его переспал?

Толя, услышав последнюю реплику, опять начал громко смеяться. К нему присоединились Кот, Бодяга и даже Воробьёв. Корнеев и Игорь ограничились лёгкими смешками, как и Косарь, который пока ничего не понял, но поддался их настроению, а вот Ростовцев, Коробейников и сержанты из его взвода застыли в недоумении, немного смущаясь, что не поняли шутку.

Меньше всех в этой ситуации хотелось смеяться самому Андрею. Он ощутил стыд и смущение, которые очень быстро сменились раздражением и нарастающей злостью: отряд испытывал серьёзные трудности, командир пытается что-то придумать, чтобы выпутаться, а они тут устроили балаган. Ещё и смеются именно над ним. Сволочи.

– Какого чёрта вы ржёте?! – напустился он на товарищей.

Это был один из немногих случаев, когда Андрей сумел правильно сыграть нужные эмоции и обмануть почти всех, кроме пары человек. Его слова прозвучали отнюдь не как взрыв уязвлённого человека, как большинство ожидало в подобной ситуации, а как негодование раздражённого командира, которому нерадивые подчинённые мешают выполнять свои обязанности. Смех стал быстро затихать и вскоре прекратился. Толя, как зачинщик, решил оправдаться.

– Так ты ж это, ну… того…

В этот раз внезапно начал громко хохотать уже Косарь.

– Вот теперь я всё понял! – смеясь, заявил он. – Что ж ты, Толян, сразу не объяснил?!

После этого засмеялись уже все присутствующие, кроме Андрея и Толи. Последний скорчил неодобрительную гримасу и принялся яростно жестикулировать, стараясь оправдаться, но никто его не слушал. Андрей, с плохо скрываемой злостью, снова окинул взглядом всех по очереди, тем самым заставив прекратить. Бойцы опять быстро перестали смеяться и, всё ещё с весёлыми улыбками на лицах, сосредоточились на нём.

Романов, нахмурившись, выждал несколько секунд и заговорил.

– Ни с кем я не спал…

– Это хреново, – вставил Косарь.

Андрей гневно посмотрел на него и тот мигом сделал каменное лицо.

– Но если это и правда Владов, то я его знаю, и это может нам помочь, – закончил Романов.

Выражение лица Косаря стало изумлённым, с толикой недоверия.

– Да-а? И откуда ты знаешь гильдейских шишек?

– Долгая история. Сейчас важно другое – это точно он?

– Ну-у, точно я не знаю, – пожал плечами Косарь, – но могу узнать.

– Тогда иди, узнавай…

– Подожди, – внезапно включился Игорь и с сомнением посмотрел на брата. – Даже если это окажется Владов – что это нам даёт? Ты что, забыл, что мёртв? Или решил воскреснуть?

Андрей не ответил, а вместо этого отвернулся и принялся чесать макушку. Замечание Игоря было очень кстати – прежде, чем рисковать, ему стоит хорошенько обдумать возможные последствия. Косарь остался на месте, ожидая подтверждения предыдущего приказа или его отмены.

– Давайте вместе посмотрим, что у нас есть, – повернувшись обратно к товарищам, предложил Андрей после паузы. – Мы тут застряли без еды и малейшего понимания, как нам быть дальше. До «Убежища» нам пешком не дотопать, а транспорт взять негде – вы сами слышали Косаря. Итого: без провианта, без транспорта, без перспектив. Что остаётся?

– А с полковником Грониным отсюда можно как-то связаться? Может, он сможет чем-то помочь? – подал идею Бодяга.

– Чем он поможет? Даже если мы свяжемся с ним – ему придётся договариваться с «Булатом», а тем – с торговцами. Мы тут с голоду помрём раньше, чем это всё сбудется, – ответил за Андрея Кот.

– И это тоже, – согласился с ним Андрей. – Поэтому единственный выход, который я сейчас вижу – воскреснуть.

– Ага, и сразу попасть в лапы к «Рассвету». Гениально, – язвительно заметил Игорь.

Толя одобрительно закивал, а Андрей на секунду закусил губу.

– Я чувствую, что Владов меня не выдаст, – сказал он в итоге.

Некоторые взгляды, обращённые на Андрея, выражали скепсис, некоторые – неприкрытый сарказм или недоверие. В памяти бойцов ещё были свежи и набег гильдейской службы безопасности в Днепре, и короткий пересказ слов Андрея о его разговоре с Родионовым. Слишком многие искали Романова, желая навешать на него собак, и Владов, несмотря на последние слова Андрея, запросто мог быть одним из них.

– Я – против, – решительно заявил Игорь.

– Ваше мнение учтено, рядовой Романов, – без тени язвительности ответил ему Андрей. – Но другого выхода сейчас нет. И я не намерен потратить впустую ещё несколько дней, пытаясь его найти. Поэтому, Косарь – давай пойдём вместе.

Косарь задумался на мгновение, а потом кивнул и поднялся.

– Конечно.

– Постой, Андрей, не делай этого! – поддержал Игоря Толя, и даже Воробьёв согласно кивнул. – Он же тебя сдаст, как пить дать.

– У нас нет выбора, – сходу ответил Толе Андрей. – Я не намерен смотреть, как вы, голодные и обессиленные, бредёте пешком в «Убежище», и понимать, что это происходит из-за меня.

Не желая принимать решение Андрея, Игорь попробовал и дальше ныть, но брат его просто проигнорировал. Вдвоём с Косарём они оставили товарищей и отправились претворять в жизнь план Андрея. Остальные, уже понимая, что это бесполезно, больше не пытались его остановить.

– Возможно, из этого что-то и выйдет. Всё-таки, когда-то Владов был ему обязан, – высказался Корнеев, когда Андрей ушёл.

Вряд ли он мог этим успокоить Игоря, но охватившее остальных напряжение всё-таки немного ослабил.

Город по заброшенности отдалённо напоминал Волгоград, на который Андрей в своё время вдоволь насмотрелся. Обжитыми и приличными выглядели только районы, где находились производство или склады. Дома в таких местах и вокруг них тоже, как правило, не создавали впечатления, что вот-вот развалятся, да и окна в них были целы, а дороги поддерживались в относительном порядке: по ним можно было ездить или ходить в определённом направлении, а не петляя между брошенными машинами, завалами и горами мусора.

Когда они с Косарём добрались до нужного места – замызганного трёхэтажного здания, Косарь попросил Андрея подождать, а сам вошёл внутрь. Оставшись в одиночестве, Андрей быстро пришёл к мысли, что светится. Когда ты вынужден скрываться тебе везде мерещатся враги, невольно начинаешь оглядываться, осматриваться и шарахаться от всего, что кажется подозрительным, а таковым кажется многое. То проходящие мимо люди как-то подозрительно косились, то вышедший на крыльцо покурить мужчина в форме слишком уж пристально присматривается, то ещё что.