Черное Пламя - Стенли Вейнбаум

Легко двигаясь вперед, Пат намного опередила своего тяжеловесного спутника и вдруг резко остановилась. Хэм подумал о неразумности подобного поступка, но неожиданно понял, что с девушкой случилась беда: она отчаянно старалась сохранить равновесие, стоя на одной ноге. Хэм заторопился к ней на помощь и вскоре понял, что произошло. Ремешок правого грязехода, по-видимому лопнул или расстегнулся, и жижа мгновенно проглотила лодочку. Теперь девушку держал на поверхности только левый башмак, но грязевые языки уже жадно вылизывали верхнюю часть бортов.

Не теряя времени на выяснение отношений, Хэм слева подошел к девушке и положил ее руку себе на плечо. Почувствовав, как пальцы судорожно вцепились в ткань комбинезона, он нагнулся и расстегнул ремешок уже нахлебавшейся грязи лодочки, готовой исчезнуть в жадной пучине.

Не обращая внимания на слабые протесты Пат, он обхватил пальцами тонкую талию и мощным рывком вверх выдернул девушку из грязевой ловушки. Не ослабляя хватки, лишь чуть изменив движение рук, он перекинул легкое тело через плечо и тотчас попытался сдвинуться с места.

За те несколько секунд, которые длилось спасение, его грязеходы основательно погрузились в бурлящую жижу, однако та плескалась еще снаружи — хотя до верхнего края оставалось совсем немного.

Наконец ему удалось протащить по чавкающей поверхности сначала одну ногу, а потом и другую, и он медленно зашаркал по болоту, стараясь двигаться как можно осторожнее. Несмотря на то что гравитация Венеры составляла всего три четверти земной, идти с дополнительным грузом оказалось не так уж просто. В свою очередь Пат, казалось, даже не дышала, чтобы случайным движением не нарушить необходимого им обоим равновесия.

Наконец Хэм почувствовал, что ступил на прочный грунт. Он остановился и позволил девушке соскользнуть с его плеча. Глядя, как ее спаситель отстегивает грязеходы, она первой нарушила молчание:

— Вы поступили необычайно благородно, я весьма тронута. — Чувствовалось, что она с трудом преодолевает барьер недоброжелательности. — Вы заставили меня изменить мнение об искателях наживы… хотя бы о некоторых.

— Не стоит благодарности, — махнул рукой Хэм. — Просто сделайте из этого вывод, что нельзя ходить в одиночку, тем более сейчас, когда ваши грязеходы где-то на пути к моему дому.

Но Пат не была расположена так легко согласиться с ним.

— Новые лодочки я могу выдолбить из любого поваленного ствола, — с отзвуком прежней запальчивости проговорила Пат.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Хэм. — Да только вряд ли успеете с этим рукоделием до лета, а там конец и долбежке, и вам.

Пат скупо улыбнулась и кивнула.

— Ладно, считайте, что убедили, — сказала она и тут же добавила: — Но моя конечная цель остается прежней — Венобль, а с вами я иду лишь до Гор Вечности.

Хэм только пожал плечами, и они снова тронулись в путь. На этот раз Пат не демонстрировала свою враждебность к американцу, и, хотя они почти не разговаривали, чему и так мало способствовал далеко не романтический пейзаж Хотленда, их отношения перешли теперь в стадию долгосрочного перемирия.

Пат оказалась хорошим попутчиком. Вероятно, детство, проведенное в этих неласковых местах, на всю жизнь оставило приобретенные тогда навыки. Она безошибочно отыскивала самые безопасные тропы, легко парировала выпады Джека-Хватателя и не бралась напрасно за оружие, когда за стеной зелени раздавалось мерзкое клацанье чьих-то челюстей: поскольку кем-то уже закусывают, вероятно, рассуждала она, значит, едоку не до человека.

Когда начался очередной дождь, они решили перекусить, и Хэм, первым справившийся с трапезой, предложил спутнице устроить более основательный привал. Получив согласие Пат, он отправился на поиски Приятеля и, заметив подходящее дерево, остановился, чтобы подозвать девушку. В этот момент послышался ее отчаянный крик:

— Назад! Это фарисей!

Мгновенно отшатнувшись, Хэм услышал, как, рассекая воздух, в дюйме от него просвистел прочный, словно стальная проволока, прут. О таких деревьях Хэм только слышал, но до сих пор ни разу не встречал: это была редкая на Венере разновидность хищника, который в результате какой-то извращенной эволюции принял облик безобидного растения. В отличие от Джека-Хватателя, он сначала убивал жертву, рассекая ее страшным ударом прута, а уже потом затаскивал в крону, чтобы полакомиться свежатинкой. Что ж, у каждого, в сущности, свой вкус.

Решив по-свойски угостить злодея, Хэм прострелил его черный ствол. Из образовавшегося отверстия поползла омерзительная жижа, на которой тут же зашевелились комья плесени: с фарисеем было покончено.

Обернувшись к подбежавшей девушке, Хэм тронул ее за плечо и, поймав напряженный взгляд серых глаз, проговорил:

— А ведь вы сейчас спасли меня, барышня!

— Значит, теперь мы квиты — и больше никто ни от кого не зависит! Вот так-то, бродяга-янки! — удовлетворенно проговорила она: груз благодарности явно тяготил ее.

Это приключение не помешало им наконец спокойно заснуть, устроившись в ветвях отысканного вскоре Приятеля.

После этого случая миновало еще три дня. К счастью, путники больше не попадали в грязевые разливы: то ли горячие подземные потоки здесь протекали достаточно глубоко, то ли граница ненадежного грунта осталась наконец позади. Зато несколько раз пришлось поспешно уступать дорогу извивающимся змеям протоплазмы, да бесчисленные жующие твари так и норовили отхватить кусочек, напрыгивая из травы на шагавшие ноги или сваливаясь на плечи со свисающих ветвей.

Как-то им встретилось еще одно редкостное для этих мест существо, напоминавшее гигантского кенгуру. Хэм давно заметил, что многие создания на Венере — от аборигенов до последней козявки — предпочитают передвигаться прыжками. Вряд ли такое явление можно было бы объяснить особенностями гравитации, но факт оставался фактом. Вот и это животное использовало для гигантских прыжков мощную единственную ногу. Его страшным оружием был длинный заостренный клюв, легко пронзавший жертву — словно шампур кусочки мяса.

Когда из джунглей прямо на путников неожиданно выпрыгнуло это чудовище, Хэм, не успев прицелиться, просто наудачу пальнул в его сторону. Животное отпрянуло, и Патриция, воспользовавшись паузой в нападении, наповал уложила зверя.

Но как ни была опытна и хладнокровна дочь Берлингейма, смертельной опасности не смогла избежать и она, попав в замаскированную петлю, которую Джек-Хвататель расстелил в густой траве. Мгновенно схваченная деревом, Пат беспомощно повисла в его кроне головой вниз. Только меткий выстрел Хэма, сумевшего перерубить аркан, позволил ей отделаться лишь ушибами от падения.

Иными словами — путешествие по Хотленду вряд ли окончилось бы для них благополучно, не подстраховывай они друг друга. Оба прекрасно понимали это, но их отношения по-прежнему отдавали холодом, особенно со стороны Патриции. Поэтому Хэма удивляли украдкой брошенные в его сторону задумчивые взгляды, которые он замечал, когда ее лицо не скрывала маска. Это смущало и тревожило его: по правде говоря, Хэм постоянно ожидал от нее каких-нибудь каверз — и вскоре случилось нечто, подтвердившее его худшие опасения.