Инженер - Эд Нерский

Вся конструкция заключена в какие-то защитные поля, предотвращающие повреждение. Возможно, эти поля как-то противостоят и энтропии? Выглядели Врата как нечто очень древнее. Нет, я неправильно выразился: не выглядели, а чувствовались.

С некоторых пор мне хочется доверять своей интуиции. Особенно когда она кричит “беги!”. А здесь интуиция говорила: “Этому устройству значительно больше тысячи лет!” Может быть, миллиард.

И как это сочетается с информацией от Мюллера о том, что большой телепорт плетут эльфы? Возможно, в их мире поддерживается такой миф?

В любом случае, надо думать, как уничтожить этот гадкий девайс. Полтора способа я уже знаю. Нужно некорректно отключить его от питания. Когда конструкты стырили фиолетовую Ману, один из телепортов приказал долго жить.

В подслушанных разговорах многие говорят, что телепорт хоть и работает на фиолетовой Мане, но не допускает её переноса. Может быть, его и правда можно будет разрушить таким способом? Посмотрим, если или когда его восстановят, надо будет заслать в него полтергейст с Маной. И пусть в момент перехода выделяет её в энергию. Нет, треть выделяет в энергию, треть просто выделяет, а треть хранит в себе. А ещё для полноты картины пусть выделяет Чернь, Жизнь и Синеву. Всё в одинаковых пропорциях.

Надо уже сейчас научить полтергейст такому. Ломать — не строить!

Но что делать с этой банкой? На ней есть какой-то текст на том же языке, который присутствовал на Вратах и кнопках пульта управления.

Я сфотографировал банку с разных сторон, а затем стал думать, куда её спрятать. Если закопать в лесу, то можно потом места не найти. Если спрятать в каком-либо здании в городе, то могут затеять ремонт и наткнуться.

Нужно здание, которое точно будет стоять в таком же виде и через много лет. На ум пришёл какой-нибудь музей. Я полез в Гугл и… отправился к Смоленской крепостной стене.

Походил вокруг стены, выбрал место, затем прожёг конструктом между зубцами нишу размером ровно с эту банку на глубину около метра. Забрался и бросил банку в эту нишу. Достать будет проблемно, но я пока и не планирую.

Повесил конструкт с маскировкой. Добавил два полтергейста, которые будут ронять Горшки на голову тех, кто попытается достать банку. Именно достать. Если вдруг кто займётся реставрацией, то он, скорее всего, просто заделает эту дыру.

Я подумал-подумал, а потом набросал в дыру камней, песка и залил в неё протовещество, которое превратилось в железо. Теперь банка вмурована в стену, сверху запечатана двадцатью сантиметрами металла.

Разбитое корыто

С каждым днём меня всё сильнее жгло чувство, что я не смогу увидеть Свету. Я прямо чувствовал, что приближается момент, когда наступит точка невозврата. Если я не успею спасти её до этого момента, то не увижу никогда. Окно возможностей закроется. А время будто ускорялось и галопом неслось всё быстрее и быстрее к этой точке.

Я гнал машину на север не останавливаясь. Рита указывала направление. Через двенадцать часов после того, как я покинул Смоленск, мы прибыли на место. Рита просигнализировала: “Близко!”, я остановился.

Мы были в посёлке Старая Руса, недалеко от Великого Новгорода. Рядом какой-то химический завод, который давно не работает. Отсутствующие окна, зияющие дыры в крышах цехов навевают уныние. Рита потянула меня объехать этот завод со стороны Советской набережной и указала на один из цехов, скрывавшийся под иллюзией: “Здесь!”

Было очень подозрительно, что это место не окружала никакая магическая защита. Я отправил конструкты посмотреть. Под иллюзией я обнаружил четыре подземных этажа, которые совсем недавно были обитаемы.

Здание пустовало. Только полтергейст слонялся по нему без дела. Я потащил его к себе и покопался в его воспоминаниях.

Полтергейст прибыл сюда с телепортом, сидя в ауре какого-то эльфа. Затем он начал вести среди эльфов разъяснительную работу о неправильности их поведения. После того как он разрушил две стенки и убил четырёх магов, они все собрались и ушли через телепорт. Полтергейст хотел активировать переход и последовать за ними, но плетение рассеялось.

Я отпустил полтергейст и решил войти в здание и посмотреть. Может быть, что-то интересное осталось, следы какие-нибудь? Но когда я подошёл к забору, меня захлестнуло острое чувство опасности. Я решил не искушать судьбу и удалился.

Потерял! Я снова её потерял!

То, что эльфы эвакуируют персонал, только учуяв запах полтергейста, конечно, радует, но Светлану они забрали с собой!

…

Я слушал и переслушивал записи с Великим. Некоторые абоненты моего АТС иногда с ним встречаются.

Мне показалось, что голос Великого я где-то слышал раньше. Сижу и пытаюсь вспомнить где, но не получается.

…

— Великий, мы выяснили всё с ведьмами.

— Рассказывайте!

— Оказывается, ведьмы открыли новый ритуал призыва духа. Дух лечит их от болезней, но требует взамен наслать болезнь на одного инквизитора.

— Эта информация для меня не нова. Что ещё?

— Мы пронаблюдали ритуал. Похоже, что дух — это тот же элементаль, что атакует наши постройки и людей. Нам удалось поймать одного из них в ловушку.

— Стихийник пробовал с ним общаться?

— Да, но пока безрезультатно. Мы установили между двумя ловушками стационарный телепорт. Он работает и с тем и с другим. Один элементаль проявляет агрессию и пытается убить, другой вообще никак на мага не реагирует. Пока он изучает в основном того, который безопаснее.

— А ещё стихийники у нас есть?

— Такого уровня нет. Был ещё один, восьмой ступени, но он погиб.

— Горшок на голову упал?

— Да.

— Хе-хе. Стихийник. Что-то ещё?

— Нам удалось уничтожить элементаля, охранявшего телепорт. Для этого мы использовали артефакты — накопители Жизни. Все участвовавшие в операции получили неизлечимую болезнь, маги, которые их лечили, тоже. Им удалось подобрать артефакт, препятствующий распространению болезни, однако около трёхсот эльфов будут её носителями до конца дней.

— Хорошие новости. Сколько накопителей Жизни у нас есть?

— Тридцать семь.

— Так мало? Когда мы с вами воевали,