Время для жизни 2 - taramans

Иван заметил, что Гиршиц немного взбодрился и слушал лектора — с интересом. По окончании тирады, Гиршиц кивнул и заявил:

— Вот теперь я понял, как ты песни пишешь! Вон как… наплел! А вот книги или просто стихи, не песни — ты писать не пробовал?

— Ага… книги, стихи… в основном эротического содержания! — с досадой сплюнул Иван, и полез в бушлат за портсигаром.

И тут они услышали тихий, но заливистый смех. Повернувшись удивленно, Косов увидел выглядывающую из-за двери Настю. Хотя как раз в этот момент Настя — не выглядывала, а чуть согнувшись в коленях и поясе, прикрыв рукой рот, взахлеб смеялась.

— Тащ военврач второго ранга! Курсанты Косов и Гиршиц для проведения концерта, посвященного международному женскому дню — прибыли! — шутовски отдал рапорт Косов, понимая уже, что рапорт этот — не был услышан и воспринят.

— Ой, не могу! Ох… ой, мамочки! Не могу… вожделение… тепло из тела… волной! И книги еще… эротического содержания! — продолжала «заливаться» Настя.

Поглядывая то на Юрку — с раздражением, то на Настю — с досадой, Иван прикурил папиросу… что было, в общем-то, наглостью в присутствие старшего по званию…

— Ой, Косов! Ну — насмешил же! Ну-у-у… просто не могу успокоиться! Тебе бы… в агитаторы-пропагандисты пойти! Агитировать, пропагандировать! Межполовые отношения, да! Ох-х… Косов! Ну что же ты наделал, а? — успокоившись, уже укоризненно протянула врач, — У меня же тушь на ресницах потекла… А я так старалась… красилась. И — вот! И чего теперь? Снова краситься? Или смыть все это к черту…

— Виноват, тащ военврач второго ранга! Не видел, что Вы здесь стоите…

— Да я и не стояла… Просто в окно увидела, как вы идете, решила выйти, встретить. А тут… и лекцию такую услышала… что вот прямо… Ой, не могу! Я сейчас опять смеяться начну!

— Прошу прощения, тащ воен…

— Да прекрати ты, Иван… вне строя, не на службе — просто Анастасия Ивановна! — женщина достала платок и попыталась вытереть лицо.

— Так точно, тащ воен… Анастасия Ивановна! — попытался продолжить Косов.

— Косов! Ну прекрати уже… товарищ Анастасия Ивановна! Вот придумал же! Ну давай, излагай, что там у тебя случилось…

— Случилось у меня… вот! — и Косов рукой показал на Юрку, — Аккомпаниатор мой… женщин стесняется… прямо вот — до потери сознания! Я вот думаю… чтобы он концерт мог играть… может ему рюмочку, а?

— Не надо мне рюмочки…, - вякнул Гиршиц, но ни Иван, ни Настя его не слушали.

— Рюмочку… ну, с медицинской точки зрения… ну да, можно! — разглядывая «предмет» обсуждения, задумчиво протянула Настя.

— Не надо мне рюмочки… я это… спиртное плохо переношу! — опять вякнул Юрка.

— Никуда не надо спиртное переносить! Здесь надо принять! — рубанул рукой Косов, — И не ври мне! Ты парень вполне крепкий, жилистый. От той же рюмки водки — ничего тебе не будет!

— Ну пойдемте! — кивнула на дверь Настя, — Или ты, Иван, еще какую лекцию приготовил?

Так, под смех военврача, они и зашли в санчасть. Надо сказать, что Косов здесь был впервые. Летом, при поступлении, медосмотр они проходили в аудиториях, куда переместились врачи, по причине большого количества осматриваемых. И сейчас с любопытством оглядывался по сторонам.

— Ой, ребята! Женщины заканчивают там накрывать… Так что, давайте, пройдем в мой кабинет. Подождем немного…, - предложила Анастасия, — Вот… кладите инструменты сюда, пока — располагайтесь! Я сейчас тоже отлучусь, умоюсь и приведу себя в порядок!

«Ну да… тушь-то у нее заметно потекла! Старалась, старалась женщина! А ты, мерзавец, взял — и все испортил! А вот интересно — она для меня старалась… или просто — чтобы за столом выглядеть? Хотелось бы… Эх! Да и ладно! Будет день — будет и пища. Посмотрим…».

Косов стал разглядывать кабинет. Рабочее место — оно же тоже о многом сказать может. Что за человек здесь работает… Кабинет был небольшой, но довольно уютный. Большое окно с зелеными портьерами.

«Не уставные портьеры-то!».

И лампа на столе — с зеленым абажуром. А так… довольно функционально. Стол, пара стульев, сейф у стены, шкаф с разными справочниками и пособиями. Кушетка — у длинной стены.

«Кушетка… х-м-м… кушетка. Да ладно — успокойся! Мысли всякие уже в голову полезли! Еще этот… Ослик, сидит на стуле у стены, вздыхает…».

Благо Настя отсутствовала недолго, впорхнула в кабинет бодрая и веселая.

— Ну что? Осмотрелись? Сейчас гармонисту лекарство принесут, и я вам небольшую экскурсию проведу. Вы же здесь ни разу не были, да? Ну вот… покажу, что здесь и как…

В кабинет зашла одна из медсестер, которую Иван уже видел на том, ротном концерте. С любопытством поглядывая на Косова, молодая симпатичная женщина протянула в руке небольшой поднос, со стоящей на нем рюмкой с водкой и огурчиком на вилке, на тарелочке.

Настя кивком показала на Гиршица:

— Больному! Товарищ курсант, примите лекарство!

Покраснев и грустно вздыхая, Юрка взял рюмку, и, посмотрев на нее сквозь свет лампы, выпил.

«Ну хоть здесь уговаривать не пришлось! Молоток!».

Женщина, приобняв Гиршица, подала тому закуску. Иван с удовольствием глядел, как Настя, сдерживая смех, покусывает губы.

— Вот так, товарищ курсант! Все хорошо! А пока лекарство не начнет действовать — прошу на экскурсию!

«А неплохо у них тут все налажено! Не, я, конечно, не медик, чтобы профессиональным взглядом… но — вроде бы все по уму!».

— Мой кабинет вы уже видели. Здесь кабинет начальника медико-санитарной части, он закрыт сейчас… Начальник наш… болеет, уже давно! — вела их на экскурсии Настя.

«А исполняет, получается — она! Ой, какое выгодное знакомство-то! Это ж… м-да… был бы я более «прошаренным» и беспардонным типусом — непременно