Ангелмасса - Тимоти Зан

А если это всего лишь ловушка, и Джереко попросту сыграл на симпатии Форсайта и его страхах, чтобы вырваться на свободу и заняться подрывной деятельностью, которой от него ожидал Пирбазари?

У него и для этого есть шанс. В любом случае ответственность за поступки Джереко ложится на плечи Форсайта, словно наказание за его вероломство.

За его гордыню.

У площадки «Газели» не было полицейских. Но у ворот стоял гость, переминаясь с ноги на ногу.

Это был Роньон.

Он оказался рядом с такси еще до того, как автомобиль замер на месте.

«Я ждал вас», – показал он, столь быстро шевеля пальцами, что Чандрис едва понимала его.

– Все в порядке, Роньон, мы уже здесь, – ответила она, открывая дверцу и выбираясь из машины. – У тебя все хорошо?

«Большие неприятности… Ох, это вы, Джереко? – добавил Роньон, увидев Косту, который показался за спиной девушки. – Господин Форсайт выпустил вас?»

– В чем дело? – пробормотал Коста, оборачиваясь и помогая Ханану. – Ты его понимаешь?

– В основном да, – ответила Чандрис, по-прежнему глядя на Роньона, чтобы тот мог читать по ее губам. Ей очень не нравилось, когда люди говорили за ее спиной; Роньону, вероятно, тоже было знакомо это чувство. – Он предупреждает, что у нас неприятности.

Коста фыркнул:

– Могу себе представить.

«Неприятности с Ангелмассой, – показал Роньон. – Она движется!»

– Он говорит, что Ангелмасса движется, – перевела Чандрис.

– О чем вы? – пропыхтел Ханан, с помощью Косты вылезая наружу. – Что значит – «движется»?

– То приближается к Солнцу, то удаляется от него, – ответил Коста. – Помощник Форсайта Пирбазари говорил об этом вчера вечером. Я пытался рассказать им о наших экспериментах с интеллектом ангелов и объяснить, что это может значить для самой Ангелмассы, но, кажется, они мне не поверили.

Глаза Роньона расширились.

«Интеллект? – жестами спросил он. – Вы хотите сказать, что Ангелмасса разумна?»

– Мы не уверены в этом, – призналась Чандрис, оглядываясь вокруг. Полицейских не было видно, но они могли появиться в любой момент. – Идемте на корабль. Там гораздо удобнее.

– А Орнина уже, наверное, заварила чай, – добавил Ханан и двинулся к люку, заметно прихрамывая. – Тот, кто поднимется последним, моет посуду!

Чай действительно был готов, и пять минут спустя они расселись за столом в тесном камбузе, а перед каждым стояла дымящаяся кружка.

– Что ж, давайте проясним ситуацию, – произнес Ханан. – Допустим, мы готовы поверить в разумность Ангелмассы…

– Говори за себя, – пробормотала Орнина.

– …но даже если это действительно так, каким образом она может менять свою орбиту? На нее не действуют никакие силы, у нее нет реакционной массы, которую она могла бы выбрасывать.

– В некотором смысле есть, – ответил Коста. – Направленные радиационные всплески. Вероятно, они служат ей реактивным выхлопом, чем-то вроде ионного движителя, который встречается в природе. Я пытался выяснить у Пирбазари, может ли перемещение Ангелмассы хотя бы частично обеспечиваться всплесками, но он не ответил мне.

– Только отчасти? – переспросил Ханан.

– Дело в том, что эффективность ионного движителя слишком мала, – ответил Коста. – С его помощью Ангелмасса не могла развить скорость, достаточную для того, чтобы ее перемещение вынудило СОЭ эвакуировать «Центральную».

– Минутку, – вмешалась Орнина. – Эвакуировать «Центральную»? Такого еще не бывало.

«Там уже никого не осталось», – показал Роньон.

– Все когда-нибудь случается впервые, – возразил Коста. – Форсайт отдал приказ об эвакуации прошлой ночью, но я не знаю, выполнен ли он.

– Роньон утверждает, что выполнен, – сказала Чандрис, следя за гигантом, продолжавшим жестикулировать. – Туда отправили челнок… и в четыре утра все, кто был на станции, вернулись на Сераф.

Орнина покачала головой.

– Не верю собственным ушам, – сказала она, словно обращаясь к самой себе. – «Центральная» непрерывно функционирует уже восемнадцать лет, с тех самых пор, когда ее построили. Все это очень напоминает мне конец света.

– Быть может, вы гораздо ближе к истине, чем думаете, – мрачно заметил Коста. – Роньон, ты не знаешь, выключили ли оборудование станции, прежде чем ее покинуть?

«Не знаю, – ответил Роньон. – Но я не видел, чтобы кто-нибудь об этом говорил».

– Будем надеяться, что нет, – сказал Коста. Он смотрел в кружку затравленным взглядом. – Нам не обойтись без ее ускорителя.

– Бежать с «Центральной» невозможно, – негромко произнесла Орнина. – Станция соединена только с сетью для кораблей-охотников.

– Я и не собирался бежать, – ответил Коста. – Что же до сети для охотников… Роньон, что еще они говорили об Ангелмассе?

«Она приближается к станции, – ответил Роньон. – К той, которая похожа на огромного паука».

– Насколько она приблизилась? – спросила Чандрис.

«Намного, – показал Роньон. – Я не могу назвать цифры. Но все это очень странно. Говорят, она то опускается, то поднимается и стреляет в станцию».

– Стреляет в станцию? – хмурясь, повторил Ханан, как только Чандрис перевела. – Чем же она может стрелять?

– Наверное, Роньон имеет в виду всплески радиации, – объяснил Коста. – Всплески, нацеленные на «Центральную» Ангелмасса уже заставила людей покинуть ее. Теперь она хочет уничтожить саму станцию.

Она хочет. Эти слова проникали в сознание Чандрис, словно капли, падающие с края крыши. Хочет. До сих пор она не верила в разумную злонамеренность черной дыры.

Но эти два слова внезапно заставили ее поверить. Ангелмасса действительно жива и разумна.

И она ненавидит людей. Людей со станции. Может быть, даже жителей Серафа?

Да поможет им Господь.

– Коста, ты говорил, что изменение орбиты нельзя объяснить только всплесками, – заговорил Ханан. – Чем еще?

– Например, каким-то новым, неизвестным прежде физическим явлением, – ответил Коста. – Я бы не хотел обращаться к мистическим силам, но, боюсь, в данном случае у нас нет выбора. Что-то движет Ангелмассу, но до сих пор мы не сталкивались с этой силой.

– Да, но как она могла оставаться незамеченной столь долго? – воскликнул Ханан.

– Много ли черных дыр мы могли наблюдать с такого близкого расстояния? – возразил Коста. – На внешнем радиусе черной дыры может возникать все, что угодно – от чудовищных приливных сил до обращения времени. Я готов побиться об заклад, что это как-то связано с гравитацией – либо с поляризацией самих полей, либо с аномалиями времени.