Демонхаус - Софи Баунт

Ладно, к делу.

Я начинаю копаться в ящиках. На горле пульсирует жилка, а внутри меня и вовсе сворачивается нечто горячее, словно все органы от страха и волнения нагрелись, как печка.

Где же искать гримуар?

Что там говорила Сара? Книга в стенах… в стенах… это прямо вот в стенах? Тайник? Сейф?

Терпеть не могу ребусы.

Я пробегаю пальцами по обоям, постукиваю кулаком. По идее, если за стеной пространство, то звук будет глухой, но, обогнув весь кабинет, ничего подобного я не нахожу. Я заглядываю за аквариум, потом пытаюсь отодвинуть шкаф… он чересчур тяжелый. Чертыхнувшись, я иду в следующую комнату, изучаю стены, заглядываю за картины, но тайников в моей копилке по-прежнему ноль.

Все время, что я двигаю мебель, в доме не затихают звуки скрипки. На ней играет Эмилия, про которую я совсем забыл. Хорошо, что ведьма вуду занята музицированием, а то бы пришлось и с ней что-то делать.

Я толкаю дверь в следующую комнату.

О как.

Спальня.

У входа горят свечи в длинных метровых канделябрах. Я беру одну из свечек и изучаю черные стены, на которых нарисованы различные символы. Посередине комнаты – огромная кровать, над которой свисает тяжелый бордовый балдахин. Окон нет. В одном углу алтарь с черепами (падла, человеческими!), а в другом такой могучий шкаф, что там и мамонт спрячется. Возрадуйтесь, фанаты писателя Льюиса, вход в Нарнию, кажется, обнаружен.

Эмилия играет на скрипке жуткую мелодию, из-за которой мне дурно до чертиков. Прибить бы ее этой скрипкой!

– Ну и где ты, зараза? – спрашиваю я вслух, словно гримуар перепугается и сам прыгнет мне в руки.

Я хожу по спальне кругами, глажу обои, стучу по стенам, надеясь получить реакцию с их стороны на мои прелюдии, а когда напрочь теряю надежду, то падаю на кровать, раскинув руки. Может, привести сюда Сару? Она что-нибудь почувствует своим третьим глазом. Я тоже колдун, но почему-то мой третий глаз работает лишь тогда, когда в магазине алкоголь по акции, и я каждый раз попадал на гребаные скидки. Не зря Ричард называет меня алкоголиком. У меня к этому делу талант.

Кстати… а куда пропал Ричард?

Я не видел его с того дня, когда Сара потеряла зрение. Надеюсь, что демон не сварил из него суп (а я его не съел), и Ричард просто где-то прячется.

Вздрогнув, я хватаюсь за карман своих штанов. В них что-то вибрирует. Просунув руку к источнику вибрации, я нащупываю твердый предмет – и нет, это не мой член, это… каменное кольцо. Подарок Макса. Я раскрываю ладонь и рассматриваю это странное украшение в духе неандертальцев, оно теплое и светится.

Так, значит, это не просто булыжник?

Я надеваю кольцо на указательный палец, и оно начинает светиться чуть сильнее. Любопытно. Поднявшись на ноги, я шагаю к двери. Пульсация усиливается, словно моя рука – металлоискатель и реагирует на какое-то вещество.

Шаг к шкафу. Кольцо затухает. Шаг обратно. Вновь светится. Вправо. Ничего. Влево. Ударяет в глаза ярким светом!

Так, кольцо определенно реагирует на какой-то предмет.

Неужели на гримуар?

Я добираюсь до пустого угла. Кольцо сияет очень ярко, но, когда я поднимаю руку, свет гаснет. Опускаю – вспыхивает вновь. Тогда я сажусь на колени, откидываю ковер и щупаю доски. Кольцо бешено вибрирует, и я снимаю его от греха подальше, кладу в карман, чтобы не отвлекало, затем скребу ногтями деревянный пол.

Доска у стены приподнимается.

Оба-на!

Я отсоединяю доску от пола и нахожу пустое пространство, забираюсь туда рукой, молясь не остаться без пальцев, ибо местные крысы-каннибалы могут там прятаться.

Увы, пусто.

Кр-к!

Я оборачиваюсь, услышав скрип, однако никого не вижу.

Ладно. Что мы имеем? Подозрительный тайник. Кольцо, которое реагирует на некий предмет в полу. Слова Сары: книга в стенах дома.

Хм. А если…

Я щупаю стену внутри тайника и вдруг чувствую железную впадину: по форме она похожа на отпечаток ладони, тогда я прикладываю руку, пробую надавить на нее. Ничего не происходит.

Снова раздается скрип половицы.

Нет, кто-то здесь точно есть! Я сглатываю, разворачиваюсь и вжимаюсь в комод, ожидая нападения демона, но передо мной склоняется разноглазый мальчик, и я с облегчением вдыхаю аромат имбирного печенья.

– Обязательно пугать?!

Олифер закатывает глаза и дает мне листок, на котором, конечно же, латынь. Мальчик жестами показывает, что я должен произнести очередное заклинание по его каракулям.

– Да понял, успокойся!

Я вновь опускаю руку в тайник.

– Fiat lux, – читаю я.

И подпрыгиваю! Из тайника доносится щелчок. Зеленый свет вырывается наружу, освещая наши лица, вернее, мое лицо, потому что Олифер опять испарился.

Я вытаскиваю книгу из тайника, пытаюсь ее открыть, но она слиплась и поддается лишь спустя минуту, при этом шипит рассерженной змеей. Бордовые страницы мелькают под моими пальцами. Я вдыхаю запах старой бумаги и серы. Ага, страница триста три. Руны. Заклинание. Рисунок огненной червоточины. Видимо, это то, о чем говорил Виса? Я беру книгу под мышку, поднимаюсь… и застываю.

Нет, я так-то очень хочу пошевелиться! Однако ноги не слушаются, и голову я повернуть тоже не могу.

Что происходит?

Вмиг я осознаю, что скрипка замолчала, а позади раздается осудительное цоканье. Кто-то щекочет острыми ногтями мою макушку.

Твою мать…

– Любопытно, ты стараешься ради себя или ради Сары? – медовым голосом спрашивает Эмилия, огибая меня. В ее руках кукла вуду. – Любовь к жизни или к своей девушке заставляет тебя бороться с такой страстью?

– А ты решила стать подстилкой демона из-за чувства собственной ничтожности или чтобы отомстить Висе? – рычу я в ответ.

Ведьма вонзает ноготь в куклу, и мою грудь разрывает острая боль. Я корчусь, падая на колени, а когда боль утихает, замечаю, что Эмилия вся в черном, словно готическая принцесса.

– Иногда я поражаюсь, как мало в мужчинах чувства самосохранения.

– Не больше, чем в тебе чувства собственного достоинства, – огрызаюсь я.

Мило улыбаясь, Эмилия выворачивает конечность куклы. Я ору во весь голос. Дрянь сломала мне ногу!

– Ты жалок, – игриво насмехается девушка, сжимая вторую ногу куклы. – И примитивен. – Она выкручивает ногу. Я опять кричу. Колено перекручивается в другую сторону. Эмилия продолжает: – Пожалуй, оставлю тебя Волаглиону. У меня нет такой фантазии на истязания, как у него. Еще учиться и учиться…

Я ползу к двери,