Клан быка - Иван Тропов

Сами мины им, наверно, и не нужны.

Надеются продать обратно? Какие-никакие, а деньги…

Да, теперь им придется последнюю копейку считать.

Сначала под обстрел хрюшек попали — потеряли по аватаре при полном боекомплекте и хороший джип, и специально прикупленные гранатомет и снайперку. Потом еще раз во время гонки — опять и джип, и полные боекомплекты…

Впрочем, это дело поправимое.

Леха тихо замычал.

— Ох, не надо, — покачал головой Кэп. — Не надо этих тоскливых песен, и без того всю душу кошки исскребли… А скоро и семейные подключатся: нет, чтобы найти себе нормальную работу, где платят раз в полмесяца и железно, так нет же, здоровенный лоб, а все в детские игрушки играет, как маленький ребенок… Так что не надо грусти, господин Юпитер в камуфляже. Иначе я сам сейчас завою… Осторожнее! А то эта бедная колымага развалится раньше, чем мы доедем до Гнусмаса.

До Гнусмаса…

Нет, ребятушки. До Гнусмаса вам пока рано. Леха покосился на север — вот куда вам нужно! — и снова тихонько замычал.

Пока каперы не отвлеклись от машины и мин. А когда они подняли удивленные взгляды, Леха развернулся на север и мотнул туда мордой. Вон куда вам надо! И неплохо бы пошевеливаться, фортуна девушка непостоянная, ждать не будет.

Но Молчун глядел каменным истуканом, совершенно невозмутимый и равнодушный. А Кэп лишь досадливо нахмурился.

— Ты чего? — спросил Данька.

Не понимают…

Леха вздохнул.

Оглянулся по сторонам и отошел к склону дюны. Туда, где следы не потревожили гладкость песка, вылизанного ветром. Поднял копыто и стал чертить.

— Что-то я тоже перестал вас понимать, признаюсь… — пробормотал Кэп.

Леха шагнул в сторону, открывая рисунок. Прямоугольник, в нем пара линий. Так, как в мультиках или комиксах изображают исписанный лист бумаги.

— Газета?…

— Форум? — увереннее предположил Данька.

Леха поморщился. Кивнул — но так, условно… соглашаясь, но не совсем.

Форум — да. Но можно бы и точнее угадать… Стал чертить рядом еще один рисунок — букву S, перечеркнутую вертикальной линией.

— Деньги?…

Леха фыркнул и дернул головой на первый рисунок. Оба рисунка используйте! Оба сразу! Что получится? Данька с Кэпом переглянулись.

— Кажется, я понял… — пробормотал Данька. — Но у меня язык не поворачивается…

Он замолчал, глядя на Кэпа.

— Что?

— Объявление… Награда… — пробормотал Данька.

Кэп нахмурился и вздохнул. Тяжело поглядел на Леху. Данька тоже повернулся к Лехе.

— Талисманчик… — вечно бойкий Даня замялся. — Ну Леш, ну что ты… В самом деле думаешь, будто мы… За какой-то жалкий «киловашингтон»…

— Тем более что штука баксов все равно не спасет отцов русской демократии… — мрачно покачал головой Кэп.

— Ты не расстраивайся так, талисманчик. — Даня ободряюще улыбнулся, снова хлопнул по бронированному боку. — Что мы, не понимаем, из-за кого так все вышло? Ты-то тут ни при чем. Ты свою часть отработал на «отл» с предоставлением к повышенной стипендии, тут и вопросов нет… Мы, кстати, тебя бросать не собираемся.

Кэп кашлянул, положил руку Даньке на плечо, но Данька перестал играть в покорного юнгу. Дернул плечом, сбрасывая руку. Даже не оглянулся.

— Если что-то будет в наших силах, мы тебя прикроем. Ну чего? — Он повернулся к хмурому Кэпу: — Что, не ради нас он их всех уделал там? Думаешь, они от него отстанут, простят? А в городе он сколько положил ради нас? Помнишь? Да даже если каждый десятый решит при случае поквитаться… Тем более еще и награда эта…

— Ты не увлекайся, благодетель. Еще посмотрим, как ты сейчас будешь пытаться продать эти мины в Гнусмасе. На форумах проскакивало что-то о бойкоте наглым русским свиньям, которые взялись опекать того монстра, из-за которого полгорода покрошили за один раз, не считая гостей.

— Когда дело касается чести семьи, разговор о деньгах неуместен! — театрально заявил Данька. Повернулся к Лехе: — Ты не смотри, что он из себя изверга строит. На самом деле он вполне себе нормальный мужик…

— Разговорчики!

Но Данька даже не оглянулся.

Леха вздохнул.

Все это хорошо, конечно… Только время-то идет! И может уйти.

Леха осторожно высвободился из-под руки Даньки, подошел к рисункам на песке и стал чертить копытом еще один. Полоска, еще одна… и третья. Выходящие из одной точки и расходящиеся в стороны…

Ну? Теперь-то сообразят?

Ну, давайте! Некогда тут картины рисовать! Сами попробуйте орудовать огромным копытом! Тут и три пересекающиеся линии-то с трудом получились. Еле различимы, почти сливаются из-за толщины копыта.

— «У»? — спросил Кэп. — «Игрек»?

— Радиация?… — предположил Даня. Молчун, как всегда, молчал.

Леха тяжело вздохнул. Тяжело поглядел на каперов.

Кэп с Данькой переглянулись, пожали плечами. Глянули на Молчуна. Тот тоже пожал плечами.

О господи! Ладно, а если так…

Леха шагнул в сторону и начертил большую букву «Н», обвел ее в круг. Поглядел на каперов. Ну?!

Данька нахмурился, еще раз пробежался глазами по всему ряду — по уже расшифрованным ими квадрату с линиями-строчками и значку доллара, теперь еще буква в круге… И неуверенно поднял глаза на Леху:

— Талисманчик… Ты это серьезно? Ты хочешь сказать, что…

Не договаривая, он сделал в воздухе характерное движение пальцем.

Леха нетерпеливо кивнул и мотнул головой в пустыню, на север. И, не дожидаясь, пока погрузятся, засеменил вперед, показывая дорогу. Быстрее! Пока время не ушло!

Колонна из двух машин шла почти бесшумно. Обе — замечательно отрегулированные «хамми», не то что побитая колымага каперов.

И почти не видно их… Фары дальнего света не горят, а ближнего — так сильно притушены, что едва освещают песок впереди машин.

Если не знать, что будут проходить именно здесь, черта с два заметишь!

Эти ребята явно не хотят привлекать внимания любопытных. Особенно — охотников за удачей. И у них есть на это более чем веская причина… Леха поднялся из-за гребня дюны, втянул побольше воздуха — и выдохнул. Сильно и до конца.

Мощный рев понесся вокруг, по склону дюны…

Машины резко затормозили, будто налетели на невидимую стену.

Тут же из них посыпались темные силуэты — с характерными обводами тяжелых касок и бронежилетов, с длинными стволами винтовок…

И тихо-тихо.

Ни гула двигателей, ни шума ветра.

Лишь слабый свет фар перед машинами да молчаливые люди вокруг, уже скинувшие с плеч оружие и присевшие на одно колено…