Архивариус - Alchoz

Окружающее пространство осветил красный огонь. Но меня это не испугало от слова совсем. Несколько быстрых жестов и на пути огненной змеи появляется стена льда. С небольшим трудом, но змея разбила своей головой первую преграду, но уже став слабей и меньше в размере.

Краем глаза я заметил, что безумец взлетел черной дымкой в небо и пропал где-то в облаках. Но сейчас меня волновало не это. Резкий взмах и на пути у волшебного заклинания появляется еще несколько стен, которые она снова же разбивая, показывая невероятную вложенную мощь.

Еще один взмах и огненное заклинание разрушается о специально возведенную защиту, позволяя ночи снова взять все под свой контроль. Это было несколько неожиданно, что мне пришлось столкнуться с не слабым волшебником в Запретном Лесу. Повернувшись к Малфою и Лонгботтому, я увидел на их лицах только испуг. Кажется, ментальный удар прошелся по ним тоже. Наклонившись и заглянув каждому в глаза, я понял, что ничего плохого не случилось. Просто они действительно сильно испугались.

Тут из кустов выбежал Хагрид. В его руках был арбалет, а за ним следовали Поттер и Гермиона. Лесничий сразу же просканировал глазами окружающее пространство и видя следы битвы, а также мертвого единорога сразу же направился к нам. Если бы была опасность, то он бы без проблем выстрелил в нее из своего арбалета.

— Как они? — сразу же спросил он, смотря на первокурсников.

— В шоке и глубоком испуге, — ответил ему. — Но в целом все нормально.

— Что тут произошло? — сразу же задал он следующий важный вопрос.

— Мы обнаружили мерзавца, который пил кровь единорога. Получилось так, что мы напугали и мне пришлось вступить с ним в магический бой.

Спокойно сказал ему правду.

— Ты сам как? — задал Хагрид следующий вопрос.

— Нормально, — ответил ему. — Я не ожидал, что придется драться.

— Хм-м, — протянул в ответ тот.

После поднялся и направился в сторону единорога, который лежал трупом на земле. Кровь уже остановила свой ток и медленно теряла собственные магические свойства. Тут кусты вновь зашевелились. Палочка уже была направлена туда, как и арбалет Хагрида, но ничего делать не понадобилась. Из кустов появился высокий кентавр.

— Флоренс, — обратился Хагрид к кентавру немного опуская свой арбалет. — Что ты тут делаешь?

— Марс сегодня особенно высок, — ответил тот пространно. — В особенности над этой поляной. Я пришел помочь, мой друг Хагрид.

— Ты видел произошедшее? — спросил лесник, уже полностью откладывая свой арбалет в сторону.

— И нет и да, Марс всему голова, — ответил совершенно непонятное кентавр.

— Ладно, — выдохнул полувеликан, понимая, что никакой важной информации от кентавра он больше не получит. — Возвращаемся обратно. Нужно чтобы мадам Помфри их осмотрела.

Мы действительно вернулись в сопровождении кентавра. Тот провел нас почти что до самого края леса, а затем растворился в темноте. На выходе нас уже ждала небольшая процессия, которая состояла из директора, Макгонагалл, Снейпа и нашего колдомедика.

Первокурсников забрала мадам Помфри, а меня и Хагрида позвали в кабинет Дамблдора, где уже более пристрастно допросили.

Столкновение между волшебниками не сильно повлияло на Малфоя и Лонгботтома, хотя казалось бы перед ним проходил смертельный бой. Все просто, мадам Помфри напоила обоих первокурсников какими-то зельями, чтобы на утро они встали как новенькие и даже не думали о том, что случилось прошлым днем вечером. Хотя нет, это несколько неточно. Они помнили о том, что случилось в лесу, но не так ярко, как это могло бы быть.

В кабинете директора же прошел серьезный разговор, потому что появление такой твари в лесу, около школы это не самая принятая и полезная для здоровья этих же учеников вещь.

— И так, мистер Джоди, какие еще раз заклинания вы использовали? — спросил директор, хмуро вернувшись из Омута Памяти. Омут — это артефакт экстракласса, который могут создать только архимагистры трансфигурации с высочайшим уровнем познания чар и зельеварения. Создается он под определенного человека, и работать на полную он будет только у того человека, для которого его создавали. Конечно, можно настроить так, чтобы третьи лица имели доступ, но это нечастая практика, потому что нуждается ещё раз в отличных навыках в Трансфигурации. А такие могут быть только у мастеров и выше.

— Протего, — сказал ему. — Потом обширная трансфигурация и заклинание против огня.

— Хм-м, — протянул волшебник.

Снейп, который тоже сидел за столом, был очень недоволен. Хотя недоволен он был только потому, что определенных ученик подвергся опасности. Об этом узнают, и уже ему придется отдуваться. Разговор идет о Малфоях, потому что Снейп является крестным отцом Драко.

— Верно, — кивнул тот. — Я хочу похвалить вас за продемонстрированный уровень заклинаний. Если бы не вы, то все могло бы сложиться совершенно по-другому.

Кивком принял его похвалу, ожидая дальнейших слов.

— Ладно, Северус, ты тоже видел битву, — протянул сильнейших волшебник Англии. — Что можешь сказать?

— Высокий уровень подготовки, — сразу же ответил мужчина.

— А тебе не показалось что-то знакомым? — спросил Дамблдор.

Снейп на несколько секунд задумался.

— Да, показалось, — кивнул тот, подтверждая какие-то мысли Дамблдора.

— Что ты скажешь?

— Это не он, — ответил Снейп. — Я видел, как он использует это же заклинание. Возможно, кто-то из Ближнего Круга. Или кто-то, что изучил заклинание.

— Я не верю в такие совпадения, — протянул директор и постучал пальцами по подлокотнику своего кресла. — Что скажешь ты, Минерва?

— Это не он, — ответила она. Похоже, что декан Гриффиндора тоже поняла о ком идет разговор.

Если так подумать и обратится к знаниям новейшей истории магической Англии, то под это описание попадает только один человек — Темный Лорд Волдеморт. Но его же убил Поттер… или же этот монстр нашел способ вернуть себя к жизни? В магическом мире нет ничего не возможно, если только неисследованные области и недостаток магической энергии.

Здесь я никакого экспертного мнения иметь не могу, потому что никогда не встречался с Темным Лордом. В общем ничего интересного.

— Нужно быть осторожными, — сказал наконец-то директор. В это время его феникс вспыхнул, освещая все красным, огненным светом. —