Барраяр - Лоис МакМастер Буджолд

Против собственных ожиданий, Корделия без особого труда свыклась с обилием охраны в резиденции лорда-регента. Ее опыт работы в Бетанской астроэкспедиции, как и военный опыт Форкосигана, приучили их к жизни в тесном контакте с множеством людей. Охранники в большинстве своем были жизнерадостными молодыми парнями, специально отобранными для этой работы, чем они весьма гордились. Но вот когда в городскую резиденцию наезжал граф Петер со своей ливрейной свитой, ощущение казармы становилось почти невыносимым.

Именно граф предложил проводить неформальные состязания по рукопашному бою между людьми командора Иллиана и своими собственными. Несмотря на возражения начальника охраны, в саду за домом соорудили помост, и состязания стали еженедельными. К участию в них привлекли даже Куделку – в качестве рефери, а граф Петер и Корделия быстро сделались завзятыми болельщиками. Форкосиган, когда ему позволяло время, тоже приходил посмотреть, и Корделия была этим очень довольна: она полагала, что мужу просто необходим отдых от выматывающей рутины государственной службы.

Как-то солнечным осенним утром она устроилась на мягком диванчике вблизи «ринга» и приготовилась наблюдать за очередными выступлениями. Телохранительница, как всегда, встала у нее за спиной.

– А ты почему не участвуешь, Дру? – спросила Корделия. – Тебе ведь тоже требуется практика, и не меньше, чем им. Да и затевалось все это именно под предлогом поддержания хорошей спортивной формы – конечно, если предположить, что барраярцам нужен какой-то предлог для драки.

– Меня не пригласили, сударыня, – ответила Друшикко, с тоской посмотрев на помост.

– Это чей-то возмутительный недосмотр. Гм. Вот что: ступай-ка переоденься. Ты станешь моей командой. Эйрел сегодня пусть сам болеет за своих. И вообще я уже заметила, что для истинно барраярского поединка требуется по крайней мере трое участников – такая тут традиция.

– Вы думаете, стоит это сделать? – засомневалась девушка. – Остальным это может не понравиться. – Корделия поняла, что под «остальными» подразумеваются все представители сильной половины человечества.

– Эйрел возражать не будет. А если кто-то сочтет себя обиженным, пусть спорит с ним. Если посмеет, конечно.

Друшикко радостно улыбнулась и убежала переодеваться.

Вскоре пришел адмирал. Когда он расположился рядом, Корделия сообщила ему о своей идее. Форкосиган скептически приподнял бровь.

– Бетанские нововведения? Хотя – почему бы и нет? Но приготовься к тому, что над тобой станут подшучивать.

– Я готова. Однако им будет не до смеха, если она размажет кого-нибудь по помосту. По-моему, ей такое вполне под силу: родись эта девушка на Колонии Бета, она уже была бы офицером спецназа. А если она не справится… Ну, тогда ей нечего делать в моей охране, не правда ли?

– Ясно… Я скажу, чтобы Куделка в первой схватке выставил против нее кого-нибудь помельче. По сравнению с мужчинами она кажется довольно хрупкой.

– Она больше тебя, – ввернула Корделия.

– Ростом. Думаю, я немного потяжелее. Ну что же, твое желание для меня закон. – Он поднялся и зашагал к Куделке, чтобы тот внес Друшикко в список участников. Расслышать их разговор Корделия не могла, но постаралась воссоздать его по мимике и жестам. Это было так увлекательно, что она принялась бормотать вслух:

– Эйрел: «Корделия хочет, чтобы Дру участвовала в спаррингах». Ку: «Это не по правилам». Эйрел: «Ничего, проглотят». Ку: «Рукопашный бой – не женское дело, сэр. Чего доброго, она еще расплачется, когда сержант Ботари ее расплющит». Гм, хотела бы я надеяться, что ты именно это имел в виду, Ку, в противном случае разговор перешел на непристойности… Форкосиган, брось ухмыляться. Так, вот он опять заговорил: «Женушка настаивает. Ты же знаешь, какой я подкаблучник». Ку: «Ну ладно». Ух. Переговоры закончены, и дальнейшее зависит только от Дру.

Форкосиган подошел к жене.

– Все в порядке. Для начала она выступит против одного из отцовских охранников.

Вернулась Друшикко, сменившая платье на свободные брюки и трикотажную рубашку. В это время из дома вышел граф Петер; он перекинулся несколькими словами с сержантом Ботари, капитаном своей команды, и занял место на солнышке, неподалеку от сына с невесткой.

– А это еще что? – возмутился он, когда для второй схватки Куделка вызвал Друшикко. – Вводим бетанские обычаи?

– У этой девушки отличные природные данные, – объяснил Форкосиган. – И тренировки ей нужны не меньше, чем всем прочим, даже больше – ведь ее задача гораздо важнее.

– А потом ты захочешь допустить женщин в армию, – жалобно проговорил граф Петер. – И к чему это нас приведет, скажи на милость?

– А почему женщин нельзя допускать в армию? – наивно осведомилась Корделия, решив немного поддразнить генерала.

– Это не по-военному, – отрезал старик.

– Я всегда думала, что «по-военному» действуют те, кто выигрывает сражения, – невинно заметила Корделия, но тут муж легонько ущипнул ее, и она замолчала.

Охранник графа Петера явно недооценил свою противницу. Стремительный бросок – и он оказался на лопатках. Это заставило его собраться. Зрители разразились насмешливыми криками. В следующем раунде он уложил Дру.

– Куделка считал слишком быстро, правда? – спросила Корделия, когда противник отпустил Друшикко и позволил ей встать.

– М-м… Возможно, – отозвался Форкосиган, старавшийся блюсти нейтралитет. – А она слишком осторожничает. Если она и дальше будет щадить соперников, то не попадет даже в полуфинал.

В третьем – решающем – раунде Друшикко успешно провела болевой прием на руку, но позволила противнику высвободиться – правда, при этом он упал.

– Жаль, жаль. Не повезло девчонке, – с лицемерным сочувствием пробормотал граф Петер.

– Считай, Ку! – крикнула Корделия.

Но лейтенант, упрямо опершись на свою трость, не стал засчитывать падения. Друшикко тем временем заметила новую возможность для атаки и, проведя бросок, зажала шею противника.

– Почему он не сдается? – спросила Корделия.

– Предпочитает потерять сознание, – ответил адмирал. – Так он не услышит града насмешек своих приятелей.

Друшикко явно растерялась: лицо противника побагровело. Корделия заметила, что она уже готова ослабить хватку, и завопила:

– Держись, Дру! Не давай себя провести!

Телохранительница послушно усилила нажим, и противник обмяк.

– Прерывай схватку, Куделка, – огорченно распорядился граф Петер. – Ему сегодня заступать на дежурство.