Константа - Андрей Соболев

Как и все подобные лекционные залы, этот напоминал огромный древний амфитеатр, где в центре находилась небольшая сцена с доской и столом преподавателя, а от неё веером расходились ряды ученических столов, ярусы которых поднимались всё выше и выше. Несмотря на небольшое количество, здесь собрались люди всех возрастов и социальных групп, и при этом они слабо следили за происходящим на сцене. На месте лектора выступал доцент кафедры теоретической физики Алексей Максимов, заслуженный учёный и лауреат множества государственных наград. Во всяком случае, именно такие регалии расписали на том позорном плакате.

Евгений выбрал себе уединённое место на ярусе повыше, и первое, о чём подумал, когда уселся удобнее: «Как этот Алексей Максимов умудрился стать таким видным учёным к своим годам?» Ему было сложно дать больше сорока, несмотря на короткую, но очень пышную и ухоженную бороду, прибавляющую пару лет. Она наделяла лектора некоторой статностью и ореолом научной компетенции, ведь все знают, что бородатый дядька с добрым лицом и вечно улыбающимися глазами не будет врать и явно знает больше остальных.

Алексей деловито расхаживал по сцене, заложив руки за спину, в своём модном цветастом свитере, в котором он и снялся для той афиши. Хотя, зная учёный мир или, скорее, народные мифы о нём, Евгений был уверен, что это единственный наряд лектора и наверняка он им очень гордится. По крайней мере, Алексей выглядел счастливым. Он увлечённо и громко рассказывал немногочисленным зрителям об устройстве Вселенной, иногда демонстрируя какие-то схемы на доске, которые уже успел нарисовать с начала лекции.

– Вы, должно быть, спросите: «Почему это так, а не иначе?», – задался риторическим вопросом Алексей, обращаясь к аудитории и расплываясь в широкой улыбке. – И это будет самый важный вопрос, я бы даже сказал, ключевой, фундаментальный для понимания всего сказанного. Почему всё в мире подчиняется определённым законам, почему мы можем предсказать те или иные события? Для этого следует понимать, что такое наука. Это процесс познания мира, выработка методологии, поиск объективных законов и закономерностей, их объяснение и использование во благо человечества. Но наука тоже не монолитна, она разбита на множество мелких и узконаправленных дисциплин, каждая из которых занята крохотной предметной областью. И хотя частные науки между собой связаны, зачастую эта связь теряется, знания обособляются, замыкаются в себе, и взгляд учёных становится слишком узким и однобоким. Заперев себя в строгих рамках, легко упустить из виду остальной мир, начать городить ошибки, придумывать безумные теории, зарываться в теоретические построения и даже не осознавать, что эти теории противоречат остальным наукам, а порой даже банальным законам логики.

Алексей снова довольно улыбнулся, с робкой надеждой заглядывая в скучающие лица, обладатели которых порой сами не понимали, зачем вообще пришли сюда. Потом подошёл к доске, где был нарисован мелом круг, поделённый на сегменты, и указал пальцем на один из них:

– Часть всегда меньше общего, подчинена ему, неотделима и, самое главное, не может ему противоречить. Не бывает части без общего и наоборот. Поэтому, когда я слышу очередную увлекательную теорию о путешествиях во времени или в параллельные вселенные, я всегда спрашиваю: «А как ваши теории согласуются с общими законами?» И всегда натыкаюсь на стену непонимания. А ведь, казалось бы, что может быть проще осознания единства частного и общего, причины и следствия? Всё потому, что учёные гордецы напрочь игнорируют хотя бы базовые понятия философии – матери всех наук!

Алексей Максимов повернулся к одному пожилому мужчине в очках, сидевшему в первом ряду, и как-то издевательски подмигнул, отчего тот демонстративно хлопнул ладонями по столу, вскочил с места и под удивлённые взгляды остальных быстро пошёл к выходу. Когда оскорблённый в лучших чувствах мужчина покинул зал, с грохотом закрывая за собой дверь, Алексей как-то горько усмехнулся, не теряя дежурной улыбки, хотя внутри него наверняка бушевало разочарование.

– Не обращайте внимания, – сказал он и кивнул в сторону выхода. – Это мой коллега, и он явно не согласен с моей точкой зрения.

Среди слушателей впервые появились улыбки и некоторое оживление.

– Итак, вернёмся к теме. Что же мы можем считать общими законами? Не буду вас мучить и погружать в пучины многовековой истории философии, скажу лишь, что всё можно свести к одному единственному закону – причины и следствия. Его понять проще всего. Вы сами его прекрасно знаете и применяете каждый день… да что там говорить, каждую секунду, просто не всегда осознаёте это. У каждого явления или события есть своя причина, её не может не быть – это другое событие или действие, у которого, в свою очередь, тоже есть своя причина и так далее, и так далее, до бесконечности. Весь мир живёт и подчиняется этому простому правилу. Легко понять, но, как оказалось, не всем.

Последние слова Алексей произнёс немного громче и направил их в сторону входной двери. В зале снова раздался тихий смех.

– Ничто не возникает ниоткуда и не уходит в никуда. Даже закон сохранения энергии, который вы должны помнить со школьных времён, вторит то же самое. Ведь в нём этот принцип раскрывается на полную. Если мы не видим последствий, это не значит, что их нет. Возможно, они приняли иную форму или перешли в совсем другие состояния. Также и с причиной. Казалось бы, такой простой закон, понятный любому ребёнку, позволяет нам делать выводы поистине вселенских масштабов. Следуя ему, можно понять, что всё, абсолютно всё в реальности взаимосвязано, выражается и отражается друг в друге, является одновременно причиной и следствием, звеном в бесконечном и безграничном цикле существования.

Устав вышагивать круги по сцене, лектор внезапно остановился, схватился за спину, размял плечи, а потом сел за свой стол.

– Я вижу ваше замешательство. – Максимов с пониманием улыбнулся, будто предвидел реакцию слушателей. – Вы пришли сюда послушать фантастические истории про неизведанные миры, приключения с машиной времени, но я полагаю, что та мысль, с которой вы сегодня покинете стены нашего