Месть тигра - Эйми Картер

Он нырнул вниз, не дожидаясь остальных. Визг повторился, и вскоре он разглядел весь ужас, что творился на поляне.

Как минимум трое солдат размахивали в траве клинками, пытаясь добраться до разбегающихся лисиц. Шерсть некоторых уже намокла от крови, но одна, сильно прихрамывая, то и дело бросалась к дереву, будто что-то защищала.

Только тогда Саймон расслышал доносящийся писк.

Лисята.

– Не смейте! – прорычала хромая лисица – скорее всего, мать малышей. Она укусила солдата за лодыжку и тут же увернулась от клинка, который скользнул по воздуху буквально в сантиметре от шеи.

Саймон сжал клюв, уже готовый обернуться чёрно-бурым малайским медведем, но не успел добраться до поляны, как в него что-то врезалось, и он влетел в весеннюю листву ближайшего дерева.

– Саймон, Саймон, – раздался голос Ви, когда она прижала его к ветке орлиными когтями. – Нам нельзя вмешиваться. Бэк сказал…

– Плевать мне на Бэка. – Саймон попытался вывернуться, а когда ему это удалось, она обернулась серой обезьянкой и обхватила его руками.

– Нам нельзя вмешиваться, – повторила она. – Совет этого и добивается. Они нас выманивают…

– Плевать. – Саймон превратился в стрекозу и бросился прочь, но воробей схватил его коготками.

– Попытаешься им помочь, – тихо сказал Фэн, – и мы погибнем, а виноват будешь ты.

– Но как же лисы? Нельзя их бросать. – Саймон обернулся вороном, оттолкнул воробья и поднялся в воздух, пытаясь поймать крыльями воздушный поток. Но не прошло и пары секунд, как Ви с Фэном догнали его в соколином облике и прижали к стволу.

– Выбора нет. – Голос Ви дрогнул, а глаза блеснули в свете луны. – Слишком опасно…

– Ну и бегите, – огрызнулся Саймон. – Без вас справлюсь.

– Саймон…

Но он не слушал. На этот раз, превратившись в осу, он бросился прямо в густую листву, где поймать его было сложно. И хотя он слышал на ветру их горячечный шёпот, он оставил его без внимания и снова нырнул к поляне.

Из раны на плече лисицы текла кровь, а солдаты окружили её с детёнышами, отрезав путь к спасению. Саймона охватила ярость, и он полетел к ним, но что-то его остановило.

«Мы погибнем, а виноват будешь ты».

Он не знал, что наговорил им Бэк, и не знал, чего Верховный Совет добивался, выманивая Наследников, но понимал: если Фэн с Ви окажутся правы, он просто не выдержит. Поэтому за мгновение до того, как вылететь на поляну, он вытеснил из мыслей образ медведя и обернулся летучей мышью. Раз он не может напасть на них прямо, придётся просто прогнать.

Поляна окрасилась серым – цвета пропали, оставив одни лишь оттенки. Но он прекрасно всё видел – даже лучше, чем ожидал, – и каждый шорох, каждый рык, каждый вой и писк, казалось, заливали всё вокруг светом, точно показывая местоположение солдат Верховного Совета. Поэтому, выпустив острые когти, он бросился в лицо первому, целясь прямо в глаза.

Солдат закричал и попытался отбросить его, но Саймон успел увернуться. Когда солдат пошатнулся, выронив меч, Саймон перелетел ко второму с неистовым визгом.

Третий не стал дожидаться нападения бешеной летучей мыши. Он скрылся среди деревьев, а раненые солдаты тёрли глаза и лицо, а их крики эхом разносились в тихом лесу. Саймон довольно смотрел, как они, спотыкаясь, убегают в противоположную сторону. Лисица бросилась за ними, кусая за ноги, а в темноте раздалось рычание её соплеменников, и Саймон осознал, что эти солдаты к своим не вернутся.

– Закончил?

Фэн, снова обернувшийся филином, тихо ухнул с ветки дерева, и Саймон поднялся к нему.

– У меня не было выбора, – сказал он, не собираясь оправдываться. – Я прослежу, чтобы за нами не было хвоста.

– Уж давай, потому что ты только что подписал нам смертный приговор, – сказал Фэн, раздражённо взъерошив перья при взгляде на залитую кровью поляну.

– Расскажем всё Бэку? – спросила Ви с ветки над ними. Несмотря на совиный облик, она показалась совсем маленькой и испуганной, и хотя Саймон понимал, что ему должно быть стыдно, совесть молчала. Он не мог жалеть о содеянном, когда слышал, как лисица внизу успокаивает своих малышей.

– Нет, – сказал Фэн, устремив на Саймона пронзительный взгляд. – Мы ничего ему не расскажем. Это останется между нами. А если что-то случится…

– Всё будет нормально, – сказал Саймон. Но по коже пробежали мурашки от бесчисленных взглядов животных, скрывающихся в лесу, потому что он понимал: его слова здесь мало что значат.

Они вернулись в Убежище поздней ночью, три часа летая кругами, меняя облики и прячась среди деревьев, кустов и полчищ насекомых. Вход в пещеру охраняли дозорные, но они молча прошли мимо, обменялись взглядами, а потом спустились по винтовой лестнице в глубины горы.

В длинной пещере, служившей Наследникам спальней, стояла тишина, нарушаемая лишь похрапыванием, сопением и вздохами. Саймон давно к ним привык, а потому устало прилёг на циновку, и мышцы отозвались болью.

Но время шло, а уснуть не получалось. То ли он выспался за день, то ли ноющее тело не давало расслабиться, то ли стоило лишь чуть-чуть задремать, как в ушах раздавался отчаянный писк лисят. И сколько бы он ни лежал с закрытыми глазами, не шевелясь, сон всё не шёл и не шёл.

Звяк!

Саймон нахмурился. Металл ударился о камень совсем рядом – так близко, что он мог дотянуться до источника звука. Но руки налились тяжестью, и ему не хотелось даже шевелиться, не то что нащупывать что-то.

Он наконец-то забылся некрепким сном, проваливаясь в глубины подсознания. Но рядом вновь что-то звякнуло, и тут же раздался тихий скребущий звук.

Саймон растерянно обернулся, оглядывая пол рядом с циновкой. Кошачьим зрением он заметил полёвку, бегущую прочь с чем-то большим и круглым в маленьких лапках. А за ней…

За ней тянулась цепочка.

Цепочка карманных часов.

Всякая усталость испарилась, пульс подскочил, а в голове заметались мысли. Он хотел броситься за полёвкой и отобрать часы, но голос разума заставил на секунду остановиться.

Часы украли не просто так, а причина могла быть только одна: хранящиеся внутри Осколки Хищника. Вор, видимо, подслушал их разговор с Ноланом. И хотя это мог оказаться кто угодно, у Саймона был главный подозреваемый.

Аноним.

Стараясь лишний раз не шевелиться, чтобы не спугнуть полёвку, Саймон превратился в таракана и пополз за ней. Слабый звон цепи, волочащейся по земле, заглушал случайные шорохи его лапок, и Саймон старался не подходить слишком близко, чтобы не попасться ей на глаза.

Вскоре мышь проскользнула в дверную щель, и Саймон думал, что она обернётся человеком – Наследником, Бэком, может, даже самим Анонимом. Но нет; к изумлению Саймона, воровка тихонько выдохнула, опустила часы на землю и потащила их за цепочку.

Неужели это была настоящая мышка? Или тот, кто скрывался за ней, попросту осторожничал? Саймон крался за ней, вжимаясь в тёмные углы