Экспедиция - Игорь Павлов

Полезли быстрее. Ладони… пальцы потянулись. Сжал в кулаки, разжал. Всё работает, как надо! Будто перчатки рыцарские надел.

Прервал контакт поскорее, уже слушая аплодисменты и радостные крики.

Вылез тяжело, Зотов, вероятно, почувствовав это, даже попытался меня ссадить любезно. Кое–как отбрыкался и вернул ему кольцо, которое ещё в кабине снял. В сторонку отошёл наблюдать, что же будет дальше.

А изобретатели тульские тут же накинулись на мехара ладони и пальцы измерять.

— Идеально! — Воскликнули. — Ещё б эти ваши ножи подпилить.

— Но–но–но! — Возмутился Зотов. — Основное оружие не трогать.

— Да и так всё встаёт, — сдался сразу изобретатель.

Когда они начали возиться, я отступил на второй план и стал с интересом наблюдать, что же они задумали.

Ну, конечно! Похоже, Зотова вдохновила моя выходка с корабельным орудием, которым пробил башку Синему.

Но воображения моего уж явно не хватило. Ибо волосы дыбом встали, когда, подозвав ещё бойцов из местных, они стали примерять к меху 76 мм–вое орудие! Да не простое, а с гигантским барабаном, как у револьверов. Сам Зотов к этому времени уже сел в кабину и второй рукой помогал им его держать.

— Тяжеловата всё–таки, — признался Зотов.

— Я те дам тяжеловата! — Пригрозил кулаком старый туляк. — Второй лапой держать и будешь при стрельбе, а то ишь ты, законы физики ему не писаны. Но мы ещё покумекаем, как облегчить.

— Хорошо, надо бы на полигоне испытать, — раздалось от Зотова деловитое.

— Да обожди ты, дай замерить, наварим ещё кое–что для устойчивости под локоть, лишнего снимем на рукояти…

Вторым сюрпризом для меня стало приспособление станковых пулемётов Максима к рукам робота. Причём сразу двух! С них уже сняли стойки с колёсами, наварили по бокам коробки с патронами и переделали спусковой механизм под большую лапу.

— Вот это я понимаю! — Рассмеялся Зотов. — По 250 патронов! Палыч, а больше?

— Стволы расплавятся, Кость, — простонал изобретатель.

— Так давай попробуем водный резервуар увеличить под стволом?…

Завозились изобретатели, третий ко мне подошёл и давай про пулемёт Максима рассказывать, что он своё время опережает и всё тому подобное. А изобрёл его, оказывается, британец Хайрем Стивенс Максим в 1883 году, когда ещё даже винтовки пятизарядной не придумали.

Про британские корабельные орудия стал заливать, что они раза в два лучше наших. С взыгравшим чувством патриотизма, я попытался возразить, а следом и от него отмахнуться.

Но вскоре он сам побежал своим помогать, а то товарищи его материться начали.

Когда уже ничего не предвещало, выкатили на телеге орудие в 120 мм, которое на винтовку как раз и походит, только гигантскую. К ней на второй телеге подтолкнули и ящик металлический с четырьмя снарядами! К нему ручка приварена и ремни, похожие больше на гусеничные траки. Ими и прицепили ящик за бедро робота не без помощи его самого.

— Пробуй, Зотов! — Воскликнул взмыленный Виктор Павлович с глазами горящими, как у дьявола.

Мехар легко взял орудие на руки, но неуклюже полез к ящику, выполняющему роль патронташа.

— Надо левее цеплять, — прокомментировал туляк.

— Да нормально, — возразил второй постарше.

Майор извернулся и достал–таки снаряд! Но вставить его в патронник орудия удалось лишь с третьего раза, первые два снаряда падали со звоном на пол.

— Да не боись, муляжи это! — Воскликнул один из безумцев тульских, заметив, что я вздрагиваю.

— Нужно приноровиться. Клинки, чёрт побери, мешают, — признался всё же Зотов.

— А я говорил! — Воскликнул туляк.

Ещё двадцать минут возни и на меня все посмотрели вдруг.

— Андрей, что думаешь? — Спросил из кабины Зотов. И эти сверлят глазами, я им что специалист⁈

К этому времени первое впечатление у меня прошло, поэтому выдал, как на духу:

— Мехар в динамике страшен. А с таким довеском только с места стрелять, оборону держать с пехотой, да и только.

— То есть вы не впечатлены, молодой человек? — Возмутился сразу Виктор Павлович, включив преподавателя.

— Ещё как впечатлён, товарищи, — признался. — Но с динамичным противником из всего только пулемёты сработают. А пушками можно лишь издали по спящим оргалидам. Но вы ведь сняли артиллерийские приспособления, как целиться на дистанцию большую?

— Как–как, — заговорил майор сварливо. — Есть в кабине прицел с маркерами. Если положение стрельбы не менять относительно фигуры, можно пристрелочными вычислить куда летит. И запомнить на шкале. Чему тебя в училище учили?

— Я не окончил, — ответил спокойно, хотя в мыслях пронеслось, как взрывается стекло казармы от шрапнели.

— А, да, точно, — пробурчал едва слышно Зотов и замялся.

— Вот про динамику вы, товарищ Андрей, верно подметили, — подхватил помощник Виктора Павловича и помчал куда–то вглубь.

Вскоре выкатили телегу с китобойными гарпунами! Которые тоже для пуска роботами приспособлены уже.

— Обездвиживать сильных оргалидов будете этим, — прокомментировал изобретатель, проведя ладонями сразу по девяти наконечникам, торчащим из кассеты!!

— Простите, а кто это всё потащит⁈ — Единственное, что нашёл спросить.

— Да разберёмся, лошадей возьмём, — отмахнулись, смеясь.

Зотов ржёт, как раз, как лошадь, вероятно через линзу боевую рассмотрев моё лицо довольно чётко. А затем заявляет, давясь от смеха:

— Палыч, ты ему бомбы покажи.

— Какие, к чёртовой матери, бомбы⁈ — Ахаю.

— С мехаров на гнёзда сбрасывать, — ответил майор. — Думаешь, мы им шансы какие–то оставим? Э не, дружок.

— То есть у нас не рейд по строгому маршруту с прорывом до цели, а освобождение северной Америки? — Усмехнулся уже я.

— Андрей, да полно уже критиковать, — раздался за спиной весёлый голос Небесной.

Крайне неожиданно!

Обернулся, стоит барышня в проходе в пальто, смотрит хитро и с задором.

— Признай, что наши умельцы хороши, а? — Продолжила, начиная сближаться.

— Ещё как хороши! — Подтвердил Зотов, вертя гарпунами.

— Вы, похоже, многое из столкновений во Владике почерпнули, — прокомментировал я. — Вот только не учли, что снаряды и бомбы могут самопроизвольно взорваться, как на броненосцах порой бывает. А это чревато. И не только для мехара с пилотом, но и нашей пехоты.

— Вероятность мала, вооружение всё новое, мы лично проверяем, — подключился туляк.