Мир сошел с ума - Greko

— Капитан! Эта группа выполняла особое задание военного министерства САСШ. Вот мои полномочия!

Он подъехал к вагончику и, не слезая с лошади, протянул начальнику отряда пограничного заслона конверт с печатью. Офицеру хватило одного взгляда на кругляш с надписью «United States Army» и изображением кучи оружия — пушки, ядер, мортиры и бомб, эспантона, мушкета со штыком, — а также флагов и римской кирасы, чтобы понять, что перед ним не фуфлогоны. Он все же ознакомился с документом, но на его лице уже отсутствовало презрительное выражение. В его глазах мелькнула тень прозрения.

— Добро пожаловать в Соединенные Штаты, джентльмены! Мистер Пол, а я вас узнал! Давненько не виделись!

Я не испытывал ни малейшего желания расшаркиваться, еще не отойдя от нелюбезного приема, но у меня оставался незакрытый гештальт. Ковальски! Мне не терпелось обнаружить этого мерзавца. Существовала высокая вероятность, что он находился в группе задержанных.

— Капитан! — преодолевая себя, обратился я с просьбой. — Вы не уделите мне несколько минут для важного разговора?

— Прошу! — Эванс вспомнил о манерах и вежливо пригласил меня подняться в вагон. — Друзья Пола Андерса — мои друзья!

— Айзик, присмотри за Лехой, — попросил я Изю, передал ему сына и отправился на переговоры.

Когда я ввел капитана в курс дела, он окончательно подобрел, даже возбудился, поняв, кого встретил. Он даже начал запинаться.

— Кто же не видел ваш шедевр, мистер Найнс! О, «Большое ограбление»… Черт побери, неужели в вашей группе сам Дензел Рассел? То-то гляжу, знакомое лицо… Невероятно! Пресса разорвет нас на части! Я должен попросить у него автограф…

— Я бы предпочел избежать шумихи.

— Понимаю! Польщен знакомством! Извините, что встретил неласково — сами понимаете, обстоятельства… Чем могу быть полезен? Не желаете ли рюмочку? У меня есть отличный ром.

Он потряс серебряной фляжкой, извлеченной из кармана фирменных брюк с желтыми лампасами. Я утвердительно кивнул и изложил суть своей проблемы.

— Во-первых, нужно срочно вызвать сюда сержанта полиции Патерсона, чтобы я мог передать ему похитительницу. Во-вторых, я ищу главного злодея. Имею основания полагать, что он может оказаться среди задержанных.

— Вы знаете его в лицо?

— В том-то и проблема, что нет, — вздохнул я. — Известна только его фамилия. Ковальски.

— Поспрашиваем, — задумчиво произнес капитан. — Кто-кто из негодяев готов сотрудничать. Только не их главарь, Мосби. Только представьте себе, — пожаловался он, протягивая мне рюмку с ромом, — он категорически отказывается признать свою связь с ЭрЭф Магоном. У меня есть задание от федеральных агентов вывести на чистую воду этого подстрекателя (1). Циркулируют грязные слухи, что вся эта история затеяна в Вашингтоне для аннексии Нижней Калифорнии. Их нужно решительно развенчать…

— Итак, Ковальски, — напомнил я, освежив рот капелькой рома.

— Увы, такое имя я не слышал. Можете сами ознакомиться.

Он протянул мне бумаги. Я не поленился сунуть нос в списки задержанных, но толку из этого вышло мало. Кого там только не было! Один из из командиров, вернее самопровозглашенный генерал Дик Феррис, был актером. Этот-то что тут позабыл? Из него такой же анархист-социалист, как из Изи натуралист-ботаник. А остальные? Впутались в авантюру по доброй воле, поиграли в революцию, вдоволь постреляли, покошмарили местное население, причем так виртуозно, что вышибать их из Тихуаны подтянулись даже эмигранты, давно обосновавшиеся на цитрусовых фермах округа Ориндж. Вот такой парадокс магонистской революции: англо-американцы потащились через границу причинять добро, а вслед за ними примчались коренные мексиканцы, чтобы эту «причинялку» оторвать к чертовой матери.

— Могли и назваться вымышленными именами, — подсказал мне капитан. — Меня предупреждали, что среди задержанных могут скрываться преступники. Их просеют позже следственные комиссары. Не волнуйтесь: если ваш Ковальски нам сдался, его выведут на чистую воду.

— А если нет? Он мог и в Мексике остаться.

— Давайте выйдем к загончику, в которых поместили интернированных — у них пока такой статус. Вдруг вы кого-то узнаете?

— Вы очень любезны, капитан.

Мы вышли из вагончика и прошли к месту содержания задержанных.

— Капрал! — окликнул Эванс нагрубившего мне унтер-офицера. — Постройте людей!

Их было человек тридцать. Недобрые или испуганные взгляды, которыми они нас награждали, пролетали мимо цели. Я внимательно их разглядывал, но как вычислить неизвестную мне личность? Конечно, можно было позвать Леху, и тот сразу бы определил, есть ли в этой толпе нужный мне Ковальски. Но травмировать сына, впутывать его в эти игры… Ни за что! Мне еще предстоит понять, как повлияло на него случившееся похищение.

— Есть одна идея, капитан, — обратился я к офицеру. — С нами женщина, которая знает преступника в лицо.

— Так зачем же дело встало⁈ Немедленно ее сюда.

— Она отказывается сотрудничать, — объяснил я суть проблемы.

Эванс тут же ухватил суть.

— Вы надеетесь, что этот Ковальски как-то выдаст себя, задергается?

— Именно!

— Давайте попробуем.

Зигги и Федор привели лошадь, к которой была привязана Марианна. Я не отрываясь смотрел на задержанных, капитан следил за реакцией девушки.

— Она кого-то узнала! — торжествующе воскликнул он.

Кого? Где ты, Ковальски?

Не знаю как, но капрал вдруг бросился к толпе и, ухватив за шиворот одного из магонистов, выволок его из рядов подельников.

— Мне ли не знать эту породу? — самодовольно объявил он. — Насмотрелся за годы службы на повадки проштрафившихся. Он прятал лицо!

Я вдруг вспомнил этого гада. Мы встретились с ним, когда три года назад я притащился в загон для «бродячих собак» на Эллизиан-Хиллс выкупать неудачников-эмигрантов, чтобы создать себе бригаду для работы на нефтяном участке и купить на их имя участки. Тот самый тип, который обвинил меня в желании превратить отобранных мною людей в белых рабов. Я тогда его сразу отсеял. Выходит, он смог вырваться на свободу, даже поднялся за эти годы, если можно назвать подъемом участие в делах профсоюза мостовиков — этого сборища мерзавцев, склонных к терроризму и анархии. И следил за мной — не давали ему покоя ни мои успехи, ни дом на голливудских холмах, ни славная жизнь артели в Хантингтон-бич. Решил отомстить? Наказать?

Я надеялся, что мой взгляд достаточно красноречив, чтобы поляк проникся незавидной судьбой, которая его ожидает. Пофиг мне на его мотивы, его ждет суд, как и Марианну, и долгий срок за похищение ребенка. Мне нужен срочно сержант Патерсон, справедливость должна восторжествовать. Законная справедливость, ведь я