Узел проклятий - Алексей Бессонов

Едва разглядев содержимое пакета, Детеринг побледнел.

– Ложитесь, – тихо приказал он.

Фарж тотчас рухнул на пол и червяком рванул под стол, закрывая голову руками. Патанатом, напротив, застыл, недоуменно глядя на Детеринга:

– Что… там?

Глазами он походил на сову.

– Ложись, идиот, – повторил Йорг.

Кадык патанатома дернулся. Из-под стола появилась рука Фаржа, и доктор, тихо булькнув, исчез, как будто его и не было.

Детеринг вытащил из кармана брюк пару тонких прозрачных перчаток, осторожно раскрыл застежку пакета и остановился, облизывая губы.

«Если до сих пор эта зараза не выстрелила, то не выстрелит, пожалуй, и сейчас, – сказал он себе. – Или же стрелять нечем…»

Сунув руку в пакет, Йорг двумя пальцами вытащил довольно большой пистолет с замысловатой рукоятью, отделанной мраморно-серым, на вид гладким материалом. Над стволом слабо светился овальный экранчик выдвинутого в боевое положение прицела. Детеринг перехватил оружие поудобнее и, держа стволом вниз, двумя движениями сбросил прицел и выщелкнул из-под ствола рифленый цилиндр магазина.

– Все, – сказал он. – Кончай ночевать, ребята.

Не дожидаясь, пока Фарж с дрожащим патанатомом выберутся на волю, он встряхнул пакет, поймал на лету длинный желтоватый ключ с брелоком в виде полумесяца и, развернувшись поудобнее к свету потолочного плафона, снял ключ с обеих сторон своим коммуникатором.

Больше в пакете не было решительно ничего.

– Когда будете отдавать вещи следователю, скажите ему, чтобы ни в коем случае не пытался производить контрольный отстрел без консультации со специалистом-оружейником. Иногда эта штука стреляет сама по себе и в кого ей вздумается. За исключением хозяина, конечно же… счастливо оставаться, доктор.

– Макс, – Детеринг захлопнул за собой дверь машины и повернулся к напарнику, – прошу тебя, будь помягче с теми, кого ты обязан защищать.

Рука Фаржа застыла в паре сантиметров от старта двигателя.

– При всем уважении, майор, я не позволю вам толковать мне Устав, – произнес он сквозь зубы.

– Я прекрасно понимаю, что тебе есть за что ненавидеть полицию, – Детеринг улыбнулся и придавил большим пальцем левой руки желтоватую клавишу запуска энергосистемы. – Но наш патанатом – не пират…

– …тупая свинья и трус к тому же, – процедил в ответ Макс.

– А ты поставь себя на его место…

– Йорг, да иди ты к чертям! Где ты видел, чтобы простой гражданин трясся при виде офицера СБ?! Мы им что – враги? Нет! Кому мы нужны? Любого из нас, по сути, можно послать в баре – и… и все, собственно… бить морды мы права не имеем, только извиниться разве что. Даже на дуэль мы обывателя не вызовем! Вопрос в том, что бояться нас незачем! А эти… рожи… им страшно, да?

Детеринг горько покачал головой.

– Высади меня на Гауди, – попросил он.

– Если нужна девушка, мог бы обратиться ко мне, – недовольно хмыкнул Фарж. – Кстати, мне до сих пор интересно, чем ты так нас там напугал…

Йорг сунул руку в карман пиджака, нащупал портсигар и некоторое время сидел, не двигаясь.

– Наши друзья лидданы часто лепят такое говно, какое нам и в голову не придет, – тихо сказал он. – Тебе нужно об этом знать – научу потом… эта пушка четырехзарядная и лютой мощности, она настраивается на хозяина. Лет этак триста, ну, суть не в том. Там биоидентификатор в рукояти. Если хозяин бросает машинку во взведенном состоянии – все, конец света. Берет ее в руки чужой – выстрел… с трехсекундной примерно задержкой. Тебе, кстати, твои полицейские камрады не рассказали, что там разворотило за тачкой Тео?

– Н-нет. – Фарж облизнул губы и недоуменно посмотрел на своего пассажира: – А должно было?

– Да эта зараза наш легкий танк прошибет… Третий унитар уже пошел в испаритель, но не дошел, заклинило, я его вместе с магазином поймал.

– То есть ты хочешь сказать, что…

– Я хочу сказать, что коронер, который вынимал ствол из руки покойника, должен был получить выстрел – куда-нибудь… но не получил, старая пушка, даже лидданы ничего вечного не делают. И никаких гарантий, конечно, у меня не было.

Фарж приоткрыл крохотный пенальчик под рулевой колонкой и достал из него фляжку:

– Представляю себе, о чем ты там думал.

– Я не думал, я считал, – вздохнул Йорг. – Знаешь, что самое интересное? Насколько я знаю, такое оружие не выпускается уже много лет и либо передается из поколения в поколение, либо стоит совершенно адских денег. А найти под него боеприпасы – это вообще сказка про Красную Шапочку. Для настройки, кстати, требуется особый специалист, которых сейчас тоже не так уж много.

– Глотни каплю, отличное виски, это работа отца моей Энджи.

– Нет, – боднул головой Детеринг. – Прости, не хочу. Я тебе завидую…

– Э?

– Да насчет Энджи. Великолепная дама. Я бы никогда не решился.

– Ты думаешь, я смог бы? Ха! Это была случайность. Но… познакомлю, познакомлю. Слушай, я могу спросить, какого черта ты ловишь на Гауди? У меня там в кабаках куча знакомых музыкантов… мы уже приехали, собственно…

Фарж притормозил и развел руками:

– Извини, тут встать негде…

– Я беру, наконец, тачку, – улыбнулся Детеринг. – Не ходить же мне пешком! Держи, кстати – три сотни. Те самые…

– И что за тачка, – прищурился Фарж, – если не секрет? А то надо мной смеешься?..

– «Блюстар Атлантис», – ответил Йорг и, полюбовавшись отвисшей челюстью Макса, выпрыгнул в густую вечернюю тень.

Великолепная площадь Гауди светилась впереди сложным сочетанием нежно-голубого и оранжевого: закат уже наступал на шпили ее башен. Йорг прошагал по прячущейся в тени правой стороне Валенсия-драйв и вышел на солнце.

Корварцы, знакомясь с великим Антонио, не хотели верить, что на предлагаемых им старинных фото – работа рук человеческих. Барселону они видели чем-то невозможным для хомо, но однажды группа архитекторов во главе с полусумасшедшим магнатом Берни Фоулом выкупила кусок земли в уже отстроенном центре Порт-Кассанданы, чтобы возвести Гауди-Майдан. Они вернули память Гауди, воздев ее ввысь, как символ Человечества, устремившегося к звездам.

Йорг стоял на плитке тротуара и, задрав голову, разглядывал удивительные башни на противоположной стороне площади. Маэстро никогда не строил в сорок этажей – что ж, у нас иная эпоха и иной масштаб. Художники из группы давно покойного Фоула стремились воссоздать полет духа старого мастера парадоксов, и им это удалось. Башни Гауди-Майдана плыли в роскошном субтропическом закате Кассанданы, завораживая своими магрибскими лоджиями, поднимаясь голубой отделкой в синее небо: вот сейчас, кажется, командир прикажет стартовать, и первый пилот послушно возьмет на себя тяжелую рукоять акселераторов.