АДвокат - Вика Кисимяка

В отсутствие своего демонического спутника я перемещался по Аду самостоятельно, с каждым разом поражаясь его невероятному устройству. Преисподняя была разделена на несколько районов, так что территории, на которых мучились грешники, называвшиеся кварталами страданий, почти не пересекались с другими частями Подземного Царства. Ад полнился не только душами, но и силами Зла, которые каждый день, в 2 смены, словно бизнесмены в лондонском Сити, стекались к местам экзекуций.

Все грязную работу выполняли черти или, как их называли здесь, шайтаны. Лохматые и чумазые, некоторые из них не могли даже нормально выговаривать слова. Объясняясь жестами, они махали друг на друга руками, в которых держали вилы, метлы и лопаты. Последними они закапывали грешников в цемент, из которого строили какой-то небоскреб.

— Темная господина! — завидев изредка проходящих мимо высших демонов, шайтаны отрывались от поглощения сухих человеческих кишок, заваренных в кипятке, и начинали голосить. — Господина! Семент-да! Семента на всех нэ хватает-та! Нада-дэ по троэ запихивать!

Демоны отмахивались от чертей, дальше направляясь по своим делам. Цемента в Аду было достаточно, просто чертей было с каждым годом все больше. Сам Дьявол не знал, откуда они появляются, никто в своем уме по доброй воле в Пекло на заработки не поедет, но эти существа перли просто пачками. Другое дело, что и работу они выполняли такую, за которую ни один приличный демон с высшим образованием не взялся бы.

Силы Зла статусом повыше практически не появлялись в кварталах страданий, занятые более важной работой: растлением человеческих душ. Не смотря на то, что жизнь в XXI веке полна пороков, дело это требовало труда и высокой квалификации. На службе Ада состояла самая разная нечисть, большая часть из которой даже не спускалась в Преисподнюю, постоянно находясь среди людей.

Прогулки по Аду давались мне с трудом: никак не получалось привыкнуть к жаре и практически полному отсутствию кислорода. На следующий же день после того, как я дал согласие Астароту стать АДвокатом, мне вернули мое тело. Это означало, что я мог покидать Ад через проходы, расположенные по всему миру. У меня ничего не болело, однако, я испытывал жар и холод, а также некоторые иные физические потребности. Астарот гарантировал мне даже потенцию, как у девятнадцатилетнего пацана, но проверить это мне не удавалось: в Аду мало возбуждающих образов, если, конечно, ты не полный извращенец, которых в Геенне Огненной, впрочем, хватало.

Несмотря на неудобства, спертый воздух и постоянно сопровождающие меня гул и крики грешных душ, мне хотелось обойти весь Ад, как можно дальше забраться в его дебри, чтобы точно убедиться, что все это было не сном. Периодически я ловил себя на мысли, что восхищаюсь красотами Преисподней. Наверное, это прибавило бы мне грехов в моем досье, если бы я не был уже навеки осужден. Лица ангелов-судей в Чистилище вспоминались мне размытыми и далекими, словно, судилище случилось не со мной, тогда как высокие здания из черно-белого камня, стоявшие на улицах, покрытых пеплом, в Аду, казались невероятно реальными и близкими. Я трогал теплые сухие стены, украшенные вырезанными оккультными символами, чтобы еще раз убедиться в реальности всего происходящего со мной.

— Кто это у нас тут? — прогремело у меня над ухом однажды, как раз тогда, когда я стоял, уткнувшись лбом в очередную мраморную плиту. Над моей головой висела табличка в форме пентаграммы, в которой значилось название улицы, где я остановился: «Большая Приголгофная». — Душонка!

Что-то большое и склизкое схватило меня за шиворот, неприятно тряхнув из стороны в сторону. Воротник моего костюма затрещал от такого натиска. От неожиданности я так растерялся, что не сразу разглядел, кто напал на меня, — просто уткнулся лицом в широкий торс, покрытый чешуей.

— Это как же ЭТО из кастрюли-то выбралось? Совсем ошалели черти, глаза в кучу, ничего кроме своих веников и лопат не видят! — мерзко захихикал второй голос со стороны. — Алё, болезный! Ты как здесь оказался?

Я наконец прекратил пялиться на пресс держащего меня за ворот существа и смог поднять глаза. Толстые крючковатые пальцы, сжимавшиеся в кулак в опасной близости от моей шеи, принадлежали огромному, более двух с половиной метров ростом, демону-змею. У него не было глаз, зато из пасти высовывался длинный, раздвоенный язык, которым он ощупывал все вокруг себя. Рядом с демоном стоял еще один, поменьше и в длинной шерсти. Он был у́же змея в плечах, за ними угрожающе раскинулись тонкие крылья.

— Я гулял… — удалось промямлить мне. За все время, проведенное мною в Аду, мне еще не приходилось сталкиваться с высшими демонами, кроме Астарота. Тот, в свою очередь, выглядел вполне по-человечески, поэтому встреча со звероподобными монстрами повергла меня в ужас.

— Ты погляди, Ахерон, до чего демократия дошла, — протянул гнусавым голосом крылатый демон. — Грешники, которые должны, в общем-то, очень сильно страдать, вместо того чтобы серьезно подойти к своим обязанностям и вариться в котле, ходят на прогулки! Того и гляди, на митинги будут собираться, плакаты нарисуют, что-нибудь типа «Дьявол, санки, Райский сад».

— Не успеем оглянуться, — прорычал Ахерон, — как ворвутся на Черную мессу, залезут на жертвенный алтарь и под Бритни Спирс танцевать начнут.

С этими словами демон с силой бросил меня вниз, так что я ударился о землю спиной, а потом еще проехался по ней, затормозив лишь у каменной стены. Было больно, но не так, как могло бы быть при жизни. Встряхнув головой, я закашлялся от пыли.

— Я ниоткуда не вылезал, — задыхаясь, попытался объяснить демонам я. — Вернее, вылезал, конечно, но это было давно…

— Смотри, Валафар, он уже не первый день в бегах, — Ахерон ринулся на мой голос, угрожая то ли просто раздавить с размаху, то ли задушить своим огромным змеиным хвостом, толстую часть которого мне не удалось бы обхватить и обеими руками.

— Ох, дьявол… — вырвалось у меня, когда я увидел несущуюся на меня гигантскую тушу.

— Где?! — резко затормозил Ахерон, слепо оглядываясь. Валафар тоже прекратил хихикать, начав озираться по сторонам, вытянувшись по струнке. — Где Дьявол?!

В Аду следует очень хорошо думать, что говоришь, эту простую истину мне пришлось понять достаточно быстро. Воспользовавшись замешательством преследователей, я отполз за угол, оказавшись в расщелине между двумя высокими зданиями. В моей голове промелькнула мысль о том, что никакой отмены наказания Астаротом не было и что адские силы просто ожидали, пока я расслаблюсь, чтобы начать свои изуверства над моей душой.

— Иди сюда, грешник! — рычал Ахерон, не в силах увидеть меня за отсутствием глаз. Его тонкий язык передвигался впереди демона, ощупывая пространство вокруг него. Я вжался в стену, мысленно решив помолиться о том, чтобы серпент не нашел меня, вот только кому же там было молиться-то??

Демон все приближался, мерзко шелестя чешуей по земле. Мне захотелось забраться в проем еще дальше, но места между домами почти не осталось. Извернувшись, я попытался сменить положение, не производя лишнего шума, после чего оказался лицом к стене. Сплошной черный гранит передо мною был холодным и непробиваемым, за исключением небольшой щели сбоку, из которой шел легкий холодок и мягкий голубоватый свет. Раньше я не замечал ее в кромешной тьме, да и приближающаяся туша Ахерона немного отвлекала. Внезапно мне захотелось протянуть руку в сторону щели, потому что казалось, ее можно расширить. Но сделать этого мне не удалось.