Мистицизм - Мастер_Угвей

— Будь спокойней, Креол! Уверен, любой из нас вполне хорошо чувствует ауры, а потому даже самые скрытные хищники вряд ли смогут добраться до нас незамеченными! А даже если придут, то у нас ещё остались силы, чтобы показать им всю мощь слуг Мардука. А потому давай пока просто расслабимся и возрадуемся, что справились и заработали такую интересную историю! — радостный и воодушевляющий голос Шамшуддина был именно тем, что способно убедить Креола наконец-то сбросить маску сноба и признать необходимость отдыха. Хотя он всё равно сделал это в своём стиле.

— Дерьмо Нергала… Ладно, только недолго. Но половина добычи тогда моя!

Глава 57

Всегда прощайте своих врагов — ничто не раздражает их так сильно

Сияющее солнце освещало золотистый песок горной пустыни, и десятки холмов и небольших гор прикрывали земли, где в будущем произойдут десятки исторических событий и сойдутся сотни великих армий. Горный хребет, отделяющий Индостан от остального мира, ставший вестником кончин империй.

Сейчас здесь даже практически не было человеческих племён, и лишь какие-то змеелюды скрывались глубоко в земле под горной грядой. И даже животные редко проходили по этим палящим землям, отчего лишь свист ветра нарушал абсолютную тишину и покой. Приятное место, несмотря на свои жёсткие условия жизни. Можно прямо на ходу погрузиться в медитацию и уйти в себя, столь спокойно здесь… Если бы не одно но:

— … Ну и чего ты так волнуешься? Эти чешуйки в Шахшаноре, а потому про их безопасность можно уже и не волноваться. Если их украдут и пройдут все защитные чары особняка, то ничего уже с этим не поделаешь. Просто расслабься и наслаждайся нашим приключением. Самому ведь должно быть интересно куда приведёт нас судьба, — лёгкий и расслабленный тон Шамшуддина был одной из редких вещей, способных успокоить Креола, когда тот начинал слишком сильно нервничать и волноваться о всякой туфте. Потомок архимагов не хотел признавать этого, но он боялся куда большего количества вещей, чем показывал.

— Кажется ты перепутал судьбу с разумом одного практически сумасшедшего шамана и демонолога, у которого свои странные планы, неизвестные нам. И мне очень сильно не нравится находиться в роли простой волшебной палочки, создающей заклинания по щелчку пальцев, — хмуро ответил Креол, смотря на меня, но в то же время точно продолжавшего волноваться о своих чешуйках.

Хиоро забрал себе парочку, но вот мы с Шамшуддином отдали свои доли раздражительному чародею, чтобы хоть как-то его успокоить. Вот только это всё равно не останавливало моё желание ответить на его дерзкие слова:

— Просто напомню, что именно благодаря моему воистину легендарному мастерству пространственной магии, мы вообще смогли преодолеть целые страны меньше чем за день. И остановки мы делали лишь ради восстановления сил после тяжелого массового переноса целой кучи чешуек, и чтобы засунуть все эти сокровища в твой дом. Сейчас же моя очередь вести нас к очередному довольно забавному месту. Здесь мы не получим ничего материального, однако и не особо будет трудиться. Если придём вовремя, то сможем запечатлеть довольно интересное событие. Просто поднимитесь и смотрите между двух башен.

— Твои призывы невероятно раздражают, они просто высасывают магию из округи, отчего восстанавливать её становиться на порядок тяжелее, — продолжил бурчать маг, пока мы медленно поднялись на гору, и увидели нечто довольно специфическое. Те самые две гигантские башни, одна чёрная и другая белая, расположенные в сотне метров друг от друга, про которые мне рассказала Витру, которая несколько веков назад работала здесь на одного волшебника. И если за последние три сотни лет ничего не изменилось, то сейчас должно начаться неплохое шоу…

Стоило нам всем подняться и взглянуть в небеса, как будто бы часам, из двух башен мигом вышли два чародея и взлетели вверх, встретившись посередине. Один из них походил на двадцатилетнего юнца с длинными волосами, сияющей улыбкой и слегка прикрытыми, ленивыми глазами.

Он был одет в блестящий серый плащ с капюшоном, прикрывающий его, пока второй оказался облачён в матово-чёрную простую одежды и даже какие-то доспехи с сияющими рунами на них. У него также была загорелая кожа и практически лысая голова, вместе с пылающими от злобы глазами и перекошенным от гнева лицом. Второй выглядел куда старше первого, и лишь тёмные одежды скрывали престарелого старика, вышедшего, чтобы покарать молодёжь.

И пусть это казалось довольно забавным, вот только куда интереснее было смотреть на их ауры. Потому как они сияли подобно звёздам, а истинные имена выжигались с силой, не уступающей каким-то высшим демонам. Два архимага, пусть и разных направлений, по какой-то причине уже который век каждый день сходились друг с другом в дуэли, где не было победителей. И я считаю это уморительным. А уж когда они начали кричать на всю округу, словно бы соревнуясь у кого громогласней голос…

— Пошёл ты, чёрт поганый! Чего ты сюда снова припёрся? Чтобы мозолить мне глаза и портить своей уродливой мордой прекрасный мир, окружающий нас⁈ Да я тебя на части разорву, если твой поганый и грязный рот хотя бы одно ещё слово произнесёт! И клянусь всеми богами, что будет это, если моё имя не великий Чёрный Архон, владыка демонов и убийца Ракшасс!!! — прокричал старик в чёрных одеждах, при этом одними словами вызвав вокруг себя потоки чёрного дыма. И самое интересное, что из этой тучи вперёд смотрели красные глаза каких-то очень могущественных тёмных тварей. Вот только они нисколько не пугали волшебника напротив, и скорее только забавляли.

— Да чего ты знаешь, кочерышка обгорелая⁈ Ты вообще разбираешься в магии, или являешься простым смертным, который делает вид, что знает пару фокусов? Уж лучше я поверю в последнее, чем приму, что небеса дали дар величайшего искусства такому бездарю. Ну вот чего ты добился в своей жизни, кроме своих тупых тату и «открытия» нескольких трюков из магии тьмы? И то уверен, что эти секреты ты просто у демонов вывел за свою жалкую душёнку. Но если бы ты признал свою судьбу и на коленях приполз ко мне, извинившись в своей поганой натуре, то я так и быть даровал бы тебе настоящее бессмертие. Однако тебе пришлось бы долго полировать мои сандали, — стараясь показать ленцу, но при этом явно будучи полностью вовлечённым в процесс перекидывания оскорблений, ответил он.

«И правильно! Традиция перекидывания оскорблений восходит