Живой проект - Дарья Еремина

Когда нависший над Михаилом мужчина обернулся к Анне, перестал улыбаться и кивнул в знак приветствия, его полные губы образовали ромб.

— Садись, Верблюдов! — крикнул Михаил, — Спасибо за помощь!

— Пустяки, брось! — махнул рукой Верблюдов. — Сегодня здесь будет куча народу. Он уже растрезвонил, что персона года, наконец, забралась «На холм»!

— Познакомься, это Анна.

— Верблюдов! — мужчина привстал и протянул Анне руку. Она недоверчиво пожала ее.

— Та реклама, что так тебе понравилась, — вспомнил Михаил, — Найк!

— Да, и что?

— Директор по маркетингу и рекламе, Найк, Россия, — представил Михаил, указав на соседа.

— Потрясающая реклама! — воскликнула Анна, мгновенно забыв все недавние неприятные мысли.

— Потрясающая модель! — Верблюдов скосил на Михаила красноречивый взгляд.

— Я отойду, — Анна поднялась, не глядя на мужчин, и вышла из кабинки.

— Что это, Миша? — Верблюдов смотрел вслед Анне.

— Не хами, Верблюдов!

— Ну, ладно. Куда ты дел Кудасова? Он исчез!

— По моим сведениям Кудасов уехал и прихватил с собой Ольгу.

— Твою Ольгу?!

Михаил невесело усмехнулся и признал:

— Нашу Ольгу.

— Ах, ну да, у вас же всегда был, — сложенные в щепотки ладони Верблюдова поклевали друг друга, — треугольничек.

— Он с детства ее любит!

— Ну конечно! Так всегда и происходит! Он любил Ольгу, а жила она с тобой. Я любил Кудасова, а якшался он с тобой. Где справедливость? Ты найдешь его?

— Зачем?

— Как зачем? Он увел твою женщину! Ты должен найти их и воздать по заслугам!

— Верблюдов, я не стану твоим орудием мести! — засмеялся Михаил.

Его собеседник — напротив, стал серьезен.

— Тебе действительно смешно, Миш? — Верблюдов сделал паузу, во время которой Михаил заставил себя перестать смеяться. — Об этом почти никто не знает. Кудасов был первым и, наверно, единственным, кого я в жизни любил. Тогда, семнадцать лет назад, когда он избивал меня, я ни разу не потерял сознание. Я думал, что если так отвечает мир на любовь, то к черту этот мир. В больнице я дважды пытался покончить с собой. Я так и не научился снова доверять. Постоянно кажется, что если я подпущу кого-то к себе слишком близко, откроюсь, то снова окажусь в нокауте!

Михаил не знал, что ответить на это откровение. Это явно было не то, что стоило говорить здесь и сейчас и вообще не стоило говорить, особенно ему.

— Он не хотел тебя бить! Он жалел об этом и никогда не забывал.

— О да, он просто увлекающаяся натура, я помню!

Верблюдов поднялся.

— Так что же это, Миша? — выйдя из зоны автоматического подключения к голосовому чату, рекламщику снова пришлось кричать, чтобы собеседник слышал его, а открывать канал самостоятельно обоим было лень.

— Что? — не понял Михаил.

Верблюдов кивнул на пустующее место Анны.

— Я люблю ее! — крикнул Михаил. — Можешь растрепать это всему миру!

Верблюдов захохотал.

— А с кем спит она?

— С каким-то таджиком!

— Я же говорю! — ржал рекламщик, — где справедливость?

Михаил с улыбкой смотрел, как старый Верблюдов возвращается за свой столик. Практически сразу подошла Анна. Она выглядела более расслабленной и веселой, чем когда уходила. Так же выглядел Петр, когда возвращался из уборной, приняв там дозу. Михаил всматривался в спутницу и не хотел верить своим подозрениям.

— Что ты там делала? — спросил он прямо.

Анна вскинула брови и рассмеялась, но Михаил не поддержал этот смех. Поняв, что дешевле будет ответить, Анна постучала по плечу:

— Заправляла трубы для социальной активности, Михаил Юрьевич! Вы же не хотите, чтобы ваши друзья и знакомые увидели, что вы вытащили из кресла сетевой придаток?!

Михаил опустил взгляд и откинулся на спинку. То, что он постоянно вспоминал о Петре, явно скучая по нему, начинало злить. Теперь и Анна начинала напоминать о нем. Михаил корил себя и жалел, что признался другу в слежке. Теперь, когда не было даже намека на сожаление о расставании с Ольгой, он безумно жалел, что выбрал в тот день неверный ответ. «Да забирай ты ее к чертовой матери и будьте счастливы, если сможете!» — мысленно орал он себе, но было слишком поздно.

— Михаил Юрьевич?

Михаил вскинул взгляд и она отпрянула. Он был зол. На самом деле Михаил настолько редко злился, что никто кроме Петра и не видели его таким. И когда в глазах Анны мелькнула смесь испуга и растерянности, глава LPI нахмурился и покачал головой.

— Ань, можешь называть меня на «ты»?

Его тон собрал остатки минувшей злости, и вопрос прозвучал раздраженно. Михаил на секунду прикрыл глаза, проклиная себя.

— Нет.

Понимающе кивая, Михаил закурил.

— Мы бывали здесь с Петром, Ань, — начал он. — Я жалею об его уходе. Кудасов — мой единственный друг. И я злюсь на себя из-за того, что он ушел. Все могло быть по-другому. Я не хотел тебя напугать, прости меня!

— Вы не обязаны мне это объяснять!

— Ты постоянно это повторяешь.

— Вы — босс! Я занимаюсь вашим аукционом. Вы говорите, я делаю! Что еще вы от меня хотите?

— Ты здесь именно потому, что я босс?

— Нет!

— Из-за того, что бюро твоего отца нужно продать самолет?

— Да!

— И тебе наплевать на то, почему я позвал тебя с собой?

Анна отклонилась и отвела взгляд. Отпив из бокала, она кусала губы.

— Ты действительно не замечала, что нравишься мне?

— Да!

Михаил широко улыбнулся и развел руки в стороны:

— Ну, извини, я пытался скрыть это от всего офиса, а получилось только от тебя!

Анна прикрыла глаза ладонью, тихо смеясь. Михаил надеялся, что она все же сможет теперь расслабиться и хотя бы не заработать себе несварение желудка на нервной почве.

Теперь, когда Анна вернула себе обычное расположение духа, в ее глаза вернулся смех. Михаил поглядывал на девушку, опасаясь спугнуть эту хрупкую гармонию.

— Расскажи мне о нем! — попросил он, не уточняя, о чем или о ком просит рассказать.

Анна рассудила по-своему и речь начала с поднятой вилкой:

— Limo C200 VII — неописуемый красавец! Вам нужно его увидеть и вы влюбитесь на всю жизнь! Если кратко: средний бизнес джет, восемь посадочных мест повышенной комфортности, четыре спальных. В его салоне хочется остаться жить! Роскошные кожаные кресла, кондиционер, туалетная комната, гардероб, кухня, все доступные на земле коммуникации. Размер салона шесть на два, я могу стоять, вам придется пригнуться! Можете даже лечь! Вы там на всю жизнь выспитесь! Вот тех характеристики, смотрите! Максимальная дальность — шесть с половиной тысяч километров, выход на орбиту, крейсерская скорость…