Лора - Юкки Ри

Г​​​​​​​лава 9 — Рэн (Альн, 2004)

Рэн смотрел на бегущих к нему Дана и Эни, и в душе его что-то сжималось и переворачивалось. Его дети. И пусть Дан его только наполовину, Рэн был первым, кто взял его на руки. И заглянул в удивлённо распахнутые глаза. Удивительный малыш. Такой сильный и такой добрый. На Альне понятие доброты уже почти потеряло смысл. Альниры знали, что есть добро и зло, но сами все больше теряли способность их различить. Считалось, что на Альне не существует зла. Все вокруг добры друг к другу и заботятся об общем процветании. Но теперь он видел, что это совсем не так. На самом деле все были просто равнодушны ко всему. Безразличны. Альниры постепенно, поколение за поколением, превращались в расу равнодушных, безразличных к окружающему миру существ. Единственное, что их хоть сколько-нибудь заботило — их дети. А когда те вырастали, родители без сожалений оставляли их, покидая планету. Хотя в этом Рэн давно сомневался. Особенно после того, как Лора рассказала ему о встрече с родителями. Не все хотели улетать. Но их заставляли. И, если задуматься, Рэн не знал ни одного альнира возраста старше, чем его родители. За исключением Старейшин, конечно. Сколько же времени осталось им с Лорой? Когда им придётся оставить Эни и Дана на произвол судьбы, а если быть более честным — на произвол Старейшин?

— Папа, ты уже закончил работать? Пойдёшь с нами на берег? Я покажу, как научился приманивать рыбок!

— Хорошо, Эни, пойдём. А где мама?

— Лора на кухне, хочет приготовить на ужин что-то особенное. Мы с Эни насобирали целое ведро абрикосов! То есть мирри.

С тех пор как Дан вернул воспоминания о первой жизни, он часто путал названия предметов и растений, похожих на земные. А ещё он перестал называть их с Лорой мамой и папой. И это было… больно. Да, больно. Он уже так привык слышать от него: «папа», что сейчас, когда Дан называл его «Рэн», Рэну хотелось вернуть время назад. Он помнил тот день, когда Лора пришла к нему в мастерскую и сказала, что Дан вспомнил о своей жизни на Земле. И пора вернуть ему воспоминания. Рэн, как и Лора, боялся, что возвращение воспоминаний о прошлой жизни может навредить мальчику. Но Дан настаивал, что хочет вспомнить маму и папу. И Рэн сдался. Процедура прошла на удивление легко. Дан сказал, что у него лишь слегка закружилась голова. И всё. Зато, открыв глаза, он посмотрел на них совсем другим взглядом.

— Лора! Рэн! Я помню! Помню маму! И папу! А ещё Софью и Иришку. И Люка с Леей! Они, наверное, совсем забыли меня…

— Нет, Дан, что ты. Они помнят тебя и очень скучают. Но пока не могут вернуться. Люк и Лея без них не выживут. Им нужна энергия альниров. Ты же помнишь, да?

— Да, я помню и понимаю. Но я так хочу их увидеть! Хотя бы одним глазком!

— Ну если будешь тренироваться и развивать свои способности, то, возможно, когда-нибудь сможешь общаться с ними.

— Я буду очень стараться!

И с того дня Дан, действительно, стал больше времени проводить на полигоне, развивая свою силу и, обучаясь, ею управлять. Рэну пришлось отложить свои эксперименты и больше заниматься с мальчиками, так как Эни тянулся вслед за Даном, стараясь не отставать от него. Конечно, уровень его силы был намного меньше, но он упорно трудился и добивался своего. Если у Дана всё выходило с первого-второго раза, то Эни приходилось работать по нескольку часов, а иногда и дней, но он всё-таки осваивал те же приёмы, что и Дан. Лучше всего ему давалось управление животными. И если Дан мог управлять большим числом одинаковых животных, например, всеми лисами в лесу, то Эни заставлял действовать сообща совершенно разных зверей и птиц, например, мышь и лису, зайца и орла. А в последнюю прогулку по морю он, наслушавшись рассказов Лоры о добыче жемчуга на Земле, заставил рыб приносить ему моллюсков, надеясь найти там жемчуг. И ведь нашёл! В одной из раковин оказалась крупная жемчужина нежно-голубого цвета. Эни с гордостью подарил её Лоре, и та теперь носит её, как амулет, на шее.

Они шли по пляжу, усыпанному разноцветными камнями, и Эни с Даном, как когда-то Лора с Элис, искали среди них самые красивые. Один из камней привлёк внимание Рэна — он был матово-чёрный и словно поглощал солнечный свет, чем отличался от остальных камней, блестящих и сверкающих в закатных лучах солнца. Камень был размером с ладошку Эни и казался самым обычным. Но Рэн всегда доверял своему чутью. Этот камень был особенным. Рэн попробовал нагреть его с помощью силы, но… вся его энергия словно впиталась в камень, при этом сам он остался прохладным. Положив камень на песок, Рэн позвал Дана и попросил того нагреть камень, сначала не сильно, немножко. Но и у Дана ничего не вышло.

— Он просто съедает мою энергию! Это камень-вампир! Точно! — возмутился мальчик.

Но энергия, поглощённая камнем, не оставалась в нём. Она просто исчезала. Рассеивалась.

Заинтересовавшись необычным камнем, Рэн с ребятами принялись экспериментировать. И оказалось, что камень поглощает любой вид энергии и любую магию. Более того, если взять какую-нибудь вещь и положить на неё камень, а потом попытаться воздействовать магией, ничего не выйдет. Её не получится ни сжечь, ни заморозить, ни сдвинуть с помощью воздуха. Камень просто гасит любую магию вокруг себя.

— Это же суперзащита получается! — первым высказал идею Дан. — Надо проверить, защитит ли он людей. Давай, Эни, попробуй меня достать!

Дан схватил камень и встал напротив брата.

— Только осторожно, Эни, добавляй силу понемногу. Сначала воздух.

Эни вытянул руки перед собой, направляя на Дана воздушные потоки и разгоняя их. Но те словно ударились в невидимый щит, стоявший перед Даном. И чем больше энергии вкладывал Эни, тем больше становился щит.

— Он поглощает любую энергию и преобразует её в защитное поле! Это удивительно! Чем больше энергии он поглощает, тем сильнее это поле! — Рэн был так взбудоражен этим открытием, что забыл, что разговаривает с восьмилетними детьми. Впрочем, Дан и Эни вполне