Падший 2 - Павел Барчук

Есть лишь одна маленькая деталь. Не понятно, придёт Пифия или нет? Если всё-таки придёт, лучше не светиться фокусами с использованием силы Падшего. Для оракула я по-прежнему неопознанный демон и данный факт должен оставаться неизменным.

Но чертова смертная… Как бы ей объяснить, если она сейчас же не перестанет меня отвлекать, это не закончится ничем хорошим. С убитыми женщинами вообще редко происходит что-то хорошее.

— Так что, малыш? Свести тебя с полезным человечком? — Продолжала бестолковиться фея.

— Слушай, нормально прошу. Пока еще нормально. Не надо меня ни с кем сводить. — Я говорил спокойно, но внутри уже росло раздражение. — С людьми, с человечками, с рыбами или с кем-то еще. Просто отвали. Ок? Я жду девушку. А ты мне здорово мешаешь предаваться моменту ожидания.

— Малыш… — Дамочка капризно надула губы. — Ну чего ты вредничаешь. Я между прочим, принесла тебе послание. Вот, смотри.

Винная фея полезла в свою маленькую дамскую сумочку. Ковырялась она там около минуты. Ничего не нашла. Задумчиво уставилась в одну точку. Икнула, надула щеки, погоняла язык туда-сюда, а затем вытащила изо рта серебряную монету и положила ее на стол.

Лицо феи стало удивлённым. Видимо, даже сквозь пропитанный алкоголем разум она поняла, что рот совсем не то место, где люди хранят деньги. Особенно такие.

Я узнал монету сразу. Мне даже не пришлось брать серебро в руки.

С одной стороны изображён профиль человека, которого людишки ошибочно принимают за императора Тиберия. Хотя на самом деле это — финикийский бог Мелькарт, он же Ваал.

На обратной стороне выбит асфодель, цветок загробного мира, чье название с адского можно перевести как «вечерняя песня».

Эти цветы растут прямо рядом с Тюрьмой, окружая ее со всех сторон. Они обожают на разные голоса завывать гимны, которые когда-то давно Падшие распевали в Царствии Небесном. Асфодели повторяют свои отвратительные вокальные издевательства по кругу, весь день с утра до вечера, отчаянно фальшивя и путая слова. Это тоже, в некотором роде, адская пытка для проклятых душ. Поверьте, я знаю, о чем говорю.

Потом цветы затыкаются, душат себя своими же корнями и умирают. На следующий день асфодели воскресают и приступают к пению заново.

Проклятым душам от гимнов асфоделей хочется сдохнуть повторно, но зато большинство обитателей ада находят это все чрезвычайно смешным. Адский юмор довольно прямолинеен и консервативен, надо признать.

Таких монет всего три десятка и они вообще-то должны находиться в Аду. Те самые тридцать серебряников, которые получил один ушлый тип за предательство младшенького брата.

Я медленно поднял взгляд, оторвав его от монеты, потом резко подался вперед и ухватил винную фею за руку.

— Кто ты? Повелеваю явиться.

В одно мгновение лицо смертной превратилось в неподвижную маску. А вот зрачки наоборот принялись метаться, будто ненормальные. Женщина вытаращилась на меня настолько сильно, что если бы глаза смогли закричать, убежать домой и спрятаться под одеялом, она бы уже ослепла.

Смертная пыталась сопротивляться, не желая терять контроль над собственным телом. Наивная. Одержимость всегда заканчивается победой того, кто явился из Ада.

Прошло пару секунд и радужку винной феи залила чернота. Полностью.

— Приветствую, Хозяин. Специально показал тебе монету, чтоб ты в горячах не уничтожил столь прекрасный сосуд сразу. — Произнесла женщина низким голосом. — Я слишком долго искал тебя. Ты хорошо спрятался. Но я нашел. У меня срочная информация, твой верный слуга должен тебя предупредить.

Я выпустил запястье смертной и откинулся на спинку стула, с усмешкой глядя в залитые чернотой глаза.

— Чезаре… Сукин сын… Как ты нашел меня?

— Вообще-то, Повелитель, я твой секретарь. Да, я проклятая душа, но это больше плюс, чем минус. Ни один из демонов до сих пор не понимает, где искать Люцифера. Поговорим без свидетелей? Мне есть, что тебе рассказать.

Глава 6

У ада нет ни места, ни пределов…

Чезаре Борджиа… Пожалуй, о нем стоит рассказать подробнее. Не те факты, которыми он знаменит при жизни, в них нет ничего нового. Герцог Валентинуа и Романьи, принц Андрии и Венафра, граф Дийосский, правитель Пьомбино, Камерино и Урбино, а еще кардинал, генерал-капитан Святой Церкви и в довершение всего главнокомандующий папской армии. Фу! Скукотища.

В реальности — высокомерный говнюк из клана Борджиа, братоубивец, отравитель вельмож и церковников. Человек, в котором соединились все семь грехов. Вот это уже интереснее.

Чезаре — проклятая душа. Я взял его на службу секретарем несколько сотен лет назад. Вернее, не то, чтоб взял… Скажем так, он сильно проникся желанием служить мне, как только попал из Распределителя в Ад.

Чезаре — единственная проклятая душа, ухитрившаяся сбежать прямо с железнодорожной станции Пандемониума, куда каждый день прибывает вагон с грешниками. Между прочим, ускользнул из-под носа пары десятков демонов-солдат.

Из-под носа… Ладно, по совести сказать, не у всех демонов есть нос. В большинстве своем адовцы похожи на жертву экспериментов сумасшедшего генетика. Некоторые выглядят вполне по-человечески. Некоторые — как дьявол на картинках старых книг инквизиции. Рога, копыта, свиные пятаки. А некоторые вообще похожи на то, что вытошнил один монстр после поедания других монстров.

Демоны-солдаты, выполняющие роль адовой полиции, выглядят как каракатицы в военной форме и берцах. Воняют они хуже мусорного контейнера.

Так вот… В тот день я вообще никаких себе секретарей не планировал. Я собирался принять участие в очередном Адовом Совете, а значит уже был раздражен.

Встречаться с братьями и сестрой это, скажу я вам, серьезное испытание для нервной системы, даже если ты — Люцифер и у тебя априори нет нервной системы.

Чисто теоретически, мы семеро — те самые светлые умы, которые предположительно отвечают за благополучие Ада. Ключевое слово — предположительно. Максимально неподходящее слово — благополучие.

Белиал, Азазель, Мамона, Вельзевул, Асмодей и Астарот ждали мою величественную персону в зале Совета, но я решил, почему погано должно быть только мне?

Подумал немного, прикидывая, как обгадить настроение родственничкам, поймал мелкого беса и отправил его сообщить Падшим, что наше отвратное мероприятие переносится в другое место. А затем быстренько смылся в бар, расположенный неподалёку от моего дворца.

Конечно, в Аду есть бар. По крайней мере, один. Пусть вас это не удивляет. Пандемониум достаточно развитый город. По крайней мере, за последние столетия я постарался, чтоб он стал таким. Насколько это возможно в условиях Ада, конечно.

Тут вот в чем дело. Дабы мои генералы не имели возможности строить