В темном-темном космосе - Роберт Шекли

Они протолкались к хранилищу через запруженный город. Вождь поджидал их, лучезарно улыбаясь своему народу, словно жизнерадостный бог войны.

– Вы готовы сражаться? – спросил он. – Или сдаетесь?

– Конечно готовы, – сказал Фаня. – Давай, Донни!

Он размахнулся, и его бронированный кулак врезался напарнику в грудь. Донни удивленно наморщил лоб.

– Давай, идиот, ударь меня тоже!

Донни ударил, и Фаня пошатнулся. Через секунду они уже молотили друг друга, как пара кузнецов. Бронированные кулаки со звоном отскакивали от бронированных доспехов.

– Эй, полегче, – выдохнул Фаня, поднимаясь с земли. – Ты помял мне ребра. – Он ожесточенно хлестнул Донни по шлему.

– Прекратите! – крикнул вождь. – Это отвратительно!

– Сработало, – проговорил Фаня. – А теперь давай я тебя задушу. Думаю, это поможет.

Донни послушно грохнулся на землю. Фаня сомкнул руки вокруг его бронированной шеи:

– Притворись, что у тебя агония, дубина!

Донни стонал и кряхтел, насколько мог убедительно.

– Сейчас же остановитесь! – ревел вождь. – Это ужасно – убивать друг друга!

– Тогда позволь мне взять немного топлива, – сказал Фаня и сильнее сжал руки на горле Донни.

Некоторое время вождь обдумывал предложение. Потом покачал головой:

– Нет.

– Что?

– Вы чужаки. Можете продолжать свое постыдное занятие. Но наши святыни вам не осквернить.

Донни и Фаня с трудом поднялись на ноги. Фаня едва двигался: борьба в тяжелом космическом скафандре лишила его сил.

– А теперь сдавайтесь и снимайте доспехи, – приказал вождь, – или сражайтесь.

Тысячи воинов – а может, и миллионы, потому что каждую секунду прибывали все новые группы, – начали скандировать боевой клич. Набирая силу, крик разлетелся по окрестностям и отразился от холмов, откуда на равнину стекались новые потоки туземцев.

Фаня нахмурился. Он не может отдать себя и Донни на милость касцеллианцев. А вдруг они зажарят землян на ближайший священный ужин? Через секунду он принял решение: идти за топливом напролом, и пусть чертовы болваны кончают с собой сколько им вздумается.

Не чувствуя ничего, кроме злости, Фаня шагнул вперед и нанес удар бронированной перчаткой вождю в лицо.

Вождь упал как подкошенный. Туземцы в ужасе попятились. Вождь проворно выхватил нож и поднес к горлу. И тогда рука Фани сомкнулась на его запястье.

– Слушайте меня, – хрипло выкрикнул Фаня. – Сейчас мы заберем топливо. Если хоть кто-то покончит с собой или даже просто пошевелится, я убью вашего вождя.

Туземцы неуверенно переминались с ноги на ногу. Вождь яростно извивался в руках Фани, пытаясь достать ножом до своего горла и умереть благородно.

– Донни, забирай топливо, – велел Фаня, – да поторапливайся.

Туземцы не знали, что делать. Они держали ножи поднятыми к шее, готовые в любую секунду пустить их в ход.

– Даже и не думайте, – предупредил Фаня. – Я убью вождя, и он умрет не так, как подобает воину.

Вождь по-прежнему пытался перерезать себе горло. Фаня отчаянно старался его удержать. Он понимал: покончит с собой вождь – и угроза смерти нависнет над остальными.

– Послушай, вождь, – сказал Фаня, озираясь на растерянную толпу. – Пообещай, что война между нами закончена. Или я получаю обещание, или убиваю тебя.

– Воины! – проревел вождь. – Выбирайте нового правителя! Забудьте обо мне и сражайтесь!

Касцеллианцы все еще мучились сомнениями, но руки с ножами поднялись чуть выше.

– Если вы сделаете это, – крикнул Фаня, – я убью вашего вождя! И убью вас всех!

Это остановило туземцев.

– На моем корабле есть мощная магия. Я могу убить вас всех до последнего воина, и тогда вы лишитесь шанса умереть достойно. Или попасть на небеса!

Вождь предпринял отчаянную попытку вырваться и почти высвободил одну руку. Фане удалось удержать его, заломив руки за спину.

– Ладно, – сказал вождь, и слезы навернулись ему на глаза. – Воин должен погибать от своей руки. Ты победил, чужеземец.

Толпа сыпала проклятиями, когда земляне тащили вождя и канистры с топливом на корабль. Обезумев от ненависти, туземцы размахивали ножами и подпрыгивали на месте.

– А теперь – быстро, – сказал Фаня, когда Донни заправил корабль.

Оттолкнув вождя, он запрыгнул в люк, и уже через секунду они были в воздухе, взяв курс на Тетис и ближайший от космопорта бар.

Туземцы жаждали крови – собственной крови. Каждый готов был отдать жизнь, чтобы смыть оскорбление, нанесенное их вождю, богу и святыне.

Но чужеземцы ушли. Сражаться было не с кем.