Кровь зверя - Виктор Ночкин

«Секретки» – тончайшие нити, прилепленные к двери и косяку, – были в порядке, никто сюда не входил. Олег отпер дверь и побрел в ванную. Умылся, внимательно изучил свое лицо – не осталось ли царапин или синяков, мало ли чего можно не заметить в суматохе. Потом поставил будильник и завалился спать. Часа три можно себе позволить.

После подъема и завтрака он отправился к Гришке – попросить узнать все, что можно, об операции ФСБ в Лихославле. Особенно об исполнителях – сколько их, фамилии, должности, как найти. Олег должен был вычислить, кто из них убийца опекуна, и…

– А, это ты… Рано встаешь, – проворчал Гришка, почесывая лохматую башку. Дверной звонок, похоже, его разбудил – он приплелся отпирать в одних трусах, прямо из кровати. Из-под резинки торчала рукоять шокера. – Ты ж вчера вроде поздно лег, я слышал, музыка у тебя играла.

Уезжая в Лихославль, Олег поставил таймер на музыкальном центре с таким расчетом, чтобы тишина настала в половине второго ночи. Именно для Гришки – теперь тот уверен, что однокашник весь день был дома.

– Да, чего-то не спалось. Ты на распределение собираешься?

– Так оно завтра!

– Сегодня списки вывесят. Я поеду гляну. Хочешь, вместе сгоняем?

– Не, лень… – Гришке лень было делать практически всё. – Ну заходи, заходи! Я кофе сделаю. Нечего в прихожей торчать.

Гришка зашлепал на кухню. Там включил маленький телевизор и стал греметь посудой. Он любил, чтобы что-нибудь рядом шумело и бормотало, поэтому установил телевизор и здесь.

– А завтра сходишь на распределение? – спросил Олег, присаживаясь в углу.

Телевизор зашипел, посередине вспыхнула серая звездочка, стала разворачиваться на весь экран. Наконец эта рухлядь заработала как следует, полилась бравурная музыка.

– Схожу из любопытства. Только я не собираюсь трудиться по специальности. У меня и так дел хватает.

Дел у Гришки было и впрямь до фига – валяться с ноутом на диване, смотреть по телевизору все передачи подряд и тому подобные занятия. Время от времени, когда запас налички подходил к концу, он проворачивал очередное дельце – кому-нибудь что-нибудь достать, о ком-то что-то узнать – и снова начинал лениться. К тому же его доля в домовладении приносила небольшой постоянный доход.

Музыка в телевизоре отыграла, заговорил ведущий утренней программы.

– Я к тебе с просьбой, – начал Олег, – хочу разузнать кое-что, но это будет непросто. В долгу не останусь.

– Сделаем, как обычно, – жизнерадостно пообещал Гришка. – Ты говори, в чем затык.

– Мне нужна инфа о…

Тут ведущий новостей в телевизоре озабоченным тоном объявил, что сейчас повторят вчерашний репортаж из Лихославля. Олег подавился словами и уставился на экран, жалея, что телевизор на Гришкиной кухне такой маленький. Он узнал бюро по трудоустройству «Светлана». Гришка что-то болтал, спросил, большую или маленькую чашку кофе налить гостю… Олег не слушал. На экране симпатичная журналистка взволнованно сообщила, что ведет репортаж из так называемого «Черного пояса России» – кольцевой территории, прилегающей к Барьеру.

– Как известно, – продолжала журналистка, – криминогенная обстановка здесь вышла за рамки просто «критической». Министерство аномальных ситуаций давно утратило контроль, и еще предстоит разобраться, какую роль в сегодняшних событиях сыграл высокопоставленный чиновник МАС Дроздевич, найденный застреленным вот здесь.

Женщина подалась в сторону, открывая шикарный вид – передок микроавтобуса, торчащий из витрины бюро «Светлана». Когда она отступила к краю кадра, Олег увидел подтянутого мужчину в камуфляже. Мужчина был образцово-показательный – высокий, плечистый, атлетически сложенный, с открытым и мужественным лицом. Не человек, а плакат.

– Здесь располагалась перевалочная база преступной группировки, которая осуществляла вывоз контрафактной железы хамелеонов. Впрочем, об этом лучше может рассказать офицер ФСБ, проводивший операцию. – Журналистка подняла микрофон, чтобы рослому эфэсбэшнику было удобнее, и он заговорил:

– Капитан Алехин. Операция завершена, сейчас я приглашаю съемочную группу осмотреть подвал под этим зданием и убедиться…

– А ты вчера не смотрел? – Гришка брякнул перед Олегом чашку кофе и тоже обернулся к экрану. – Можно только позавидовать этому Лихославлю, у нас же воруют и не стесняются. Потому что управы нет! Смотри-ка, ФСБ! Эх, если бы такое было системой, а не исключением… взяли бы за задницу не одного бандита, а…

– Погоди, дай послушать.

Олег слушал и с каждым словом, произнесенным капитаном Алехиным, убеждался все больше и больше: он слышал этот голос. Перед ним тот самый убийца, кричавший им с Захаром Ивановичем: «Стоять! Стреляю!»

* * *

На рассвете в дом Шилковых постучали. Дряхлая старушка, бабушка Лизы, открыла дверь и, щурясь, всмотрелась в пришельца. Потом попятилась:

– Внученька, ты?.. Что стряслось? Я уж не знала, что и подумать! Решила, ты сразу уехала на эту… на новую работу…

То, что вошло в дом, неуверенно прошагало в гостиную следом за старушкой и огляделось.

– А где одежда твоя? Почему?.. – Бабка умолкла. Затем тихо спросила: – Плохо тебе, внученька? Тебе, наверное, поспать нужно? Идем, идем со мной, возьми меня за руку… Вот сюда, осторожно, ложись, вот кровать, я уж расстелила, а тебя нет и нет…