Новый мир - Олег Дивов

— Он ведь тяжело переживает развод?

— Ни-ни, что вы! Да зачем ему этот павиан самодовольный… Ни капельки он не переживает. У него работа, друзей много, и в Эдинбурге, и здесь. А уж как он любит собачек! Каждый вечер, представьте себе, каждый вечер их выводит! На целых три часа!

— Он верующий?

— Нет, хотя это плохо… наверное. Совершеннейший атеист. Молодой был, я ругала его за это, а потом решила, ему виднее, и как-то привыкла.

— Миссис Конер, а вы не вспомните, кто именно познакомил вас с Джеки Понс? Не ваш ли сын?

— А вот и нет. Это я помню точно. Потому что я подумала: мой сынуля десять лет прожил в Мюнхене, город любит очень, а вот девушка из Мюнхена, надо сказать ему, вдруг они знакомы. А не знакомы — так что за беда, подружатся.

— Сказали?

— Сказала!

— А ваш сын?

Миссис Конер растерялась.

— Ох, что-то память меня подводить стала. Не помню, совсем не помню. Но конечно, что-то хорошее сказал. Ведь такая славная девушка, и взгляд ясный…

Я вытерпела очередный цикл заевшей программы.

— Миссис Конер, пожалуйста, передайте вашему сыну мой код. Мне очень нужно побеседовать с ним.

— Вот не знаю, не знаю. Он очень занятой человек, правду говорю. Весь в делах. Мне даже совестно было, когда он вызвался с собачками гулять. Но сынуля говорит, это для него самый лучший отдых, он так голову проветривает… Найдет ли время?

— Постарайтесь устроить так, чтобы нашел.

Можно было добавить «если вам дорога его жизнь», но я не стала. Миссис Конер болтлива, она вцепится в меня как клещ, требуя подробностей и разъяснений. А разъяснять я не хотела. Увы, миссис Конер была откровенно глуповата — раз сама еще не сложила два с двумя. А разговоры с дураками — которые, естественно, считают себя умными, поэтому весьма нервно реагируют на ситуации, где они блеснули недогадливостью, — отнимают слишком много сил.

Я добрела до Детского Дома, вошла в холл и увидела Веру Харрис.

* * *

— Делла, я гляжу, ты развила бурную деятельность!

Я ответила таким взглядом, что Вера поспешила извиниться:

— Нет-нет, я не хотела задеть тебя. Я видела, что приезжала полиция, они сначала пошли сюда, но твоя прислуга живо их выпроводила. А я подумала: второй раз за день ты вызываешь копов. Никак работа пошла?

— У меня такое ощущение, словно не спала три месяца, — сказала я. — И месяц не ела, хотя обедала три часа назад.

— Если ты голодна и не хочешь ждать ужина, с удовольствием составлю тебе компанию.

— В кабинете?

— Как тебе будет удобней.

Я послала Санту на кухню за любой готовой едой, поднялась в кабинет. Прикрыла дверь, показала Вере на бар. Она выбрала самое легкое пиво.

— Изабеллу Баш увезли вчера ночью, — сказала она, не дожидаясь моих вопросов. — Соседи проснулись, потому что залаяли ее собачонки. Пришла машина, седан «Корво», бежевый. Из него вышло двое монахов-доминиканцев. Изабелла открыла им дверь со двора, впустила в дом. Через несколько минут один монах вышел, отловил собачонок и сунул их в багажник. Еще через десять минут вышла Изабелла Баш со вторым монахом. Они сели в машину и уехали. На балансе ответственности ордена — собственности у них нет, только ответственное пользование — таких машин нет. Распоряжений о переводе Изабеллы Баш в другое место не отдавалось. В доме остались только голые стены, к тому же идеально вымытые. Никто из соседей не заметил, как и когда увезли вещи — а ведь там был бутик. Но простой опрос показал, что вечером, сразу после гибели Мигеля Баша, шел популярный сериал. Все соседи Изабеллы и Мигеля этот сериал любят и смотрят. Никто не смог вспомнить содержание серии, которая шла в тот вечер. Внешние камеры по всему кварталу отключены уже вторые сутки, причем так, что в диспетчерскую не поступали сигналы о поломке. Гильза, которую ты увидела, явно подброшена. Да, от патрона под «Раббит». Я сильно сомневаюсь, что имеет смысл искать Изабеллу Баш — она наверняка или мертва, как ее брат, или сменила документы. Но есть идея: можно поискать по собакам. Ведь зачем-то же она взяла их с собой. Может быть, привязана к животным. Собаки взрослые, значит, Баши взяли их уже здесь, а не привезли с собой. Они должны быть чипированы.

Я рассказала ей про собак. Вера выслушала молча, сохраняя невозмутимость.

— Какой интересный поворот сюжета. Если бы ты не нашла собак, часом позже их подобрал бы сын миссис Конер. Нет сомнений, что принес бы в приют. Конечно, его мамаша тоже прибежала бы. Бомбы сработали — и не осталось никого, кто видел эту Джеки Понс… А чем занимается сын миссис Конер?

— Понятия не имею. Приехал из Мюнхена. И Джеки Понс оттуда же. Вера, знаешь, что меня настораживает? Новая агентесса у вас — тоже из Мюнхена.

— Да, я тоже о ней подумала. Пожалуй, я проверю, хватит ли моего допуска, чтобы вынуть ее досье.

Она развернула с браслета наладонник и замолчала. Пришла Санта с большой корзиной. За ней Моника толкала столик с чаем и кофе.

— С сегодняшнего дня, Делла, у нас новый повар, — объявила Санта. — Он на осьмушку индеец. Мне понравился. Горячей еды сейчас нет, но есть разные холодные вкусности. Он собрал их в корзинку и просил передать: хорошо бы, если бы ты оставила капельку аппетита для ужина, а то он готовит оленину и уверяет, что такого мяса ты еще не пробовала.

Я молча смотрела, как Санта ловко и быстро сервирует закуску — без колебаний используя для этой цели декоративный столик, невесть какими путями оказавшийся в кабинете. Впрочем, под кабинет эту комнату начала использовать только я, а раньше тут была угловая гостиная. Но столик точно не годился для еды, он для красоты стоял, блестя инкрустированной столешницей и поражая взоры единственной, зато грациозной ножкой.

Санта ушла. Я собралась было уже предложить Вере угощение, когда на мой чип пришел вызов.

— Здравствуйте, мисс Берг, — прозвучал приятный, хотя и жесткий мужской голос. — Я Лоренс Хикати. Вы сегодня беседовали с моей мамой, миссис Конер.

— Да, конечно. Мистер Хикати, у вас есть пара свободных часов сегодня вечером?

— Нет. Каждый вечер я выгуливаю собак из маминого приюта.

— Я бы советовала вам на несколько дней отменить прогулки в безлюдных местах.

— Мисс Берг, я понимаю, вы порядком напуганы тем, что произошло. Но вам совершенно не нужно беспокоиться за меня.

Я помолчала.

— Где вы работаете?

— Я работаю в Агентстве федеральной безопасности. Это все, что вам можно знать обо мне.

— Вы очень сильно удивитесь, узнав, сколько мне на самом деле можно знать. И не только про вас.

— Мисс Берг, разумеется, я наслышан и о вас, и о вашем боссе. Но поверьте: пока я не нарушаю закон, у вашего босса нет права даже спрашивать обо мне.