Амазонки Атлантиды - Александр Нимко

Несколько дней после тех событий в подземелье Ника проболела. Ей снилось множество разных снов, по большей части кошмарных. Она просыпалась и подолгу лежала с открытыми глазами и в полной темноте.

Однажды утром, через несколько дней после той экскурсии в трущобы ее пришла навестить Вагнеса. Она вошла в комнату с беззаботно-рассеянным видом, будто забрела случайно.

– Ты, я слышала, болеешь, – сказала она, тщетно пытаясь сопротивляться рвущемуся наружу смеху, и сохранить серьезный вид. – Как ты оказалась в том подземелье, глупая сестренка? Ну как, познала дно нашего общества?

– Я была готова сделать что угодно, лишь бы не помирать с тоски в этом бабьем царстве, – ответила я. – Я ненавижу этот город, здесь слишком холодно и мерзко.

Вагнеса посмотрела на Нику мрачно и спокойно. Она ее недопонимала. Ей показалось, что она совсем не знает свою младшую сестру. Хотя где-то глубоко в душе она была согласна с ней.

– Все дети – рабы своего воображения. И ты – не исключение. Этот мир оказался не похож на тот, которым потчевала тебя старая колдунья? Теперь, наверное, тебе хочется насрать на ее сказки и на ее саму. Но такая здесь жизнь.

– Жизнь? – с горечью переспросила я. – И ты считаешь это жизнью?

– Приходится, – ответила Вагна. – И будет она короткой или длинной, зависит от тебя. Судя по пути, на который ты вступила, он долгим не окажется. Одевайся, нас царица ждет.

– Тяжело пришлось? – спросила мать, когда мы вошли в ее кабинет. – Как там, в царстве жутких теней?

– Это шутка? – спросила я. – Что ты этим хочешь сказать?

– Я хочу сказать, что ты сунула свой носик куда не следует, – рявкнула мать. – Ты недооценила и себя, и свое мужество. Твоя смерть могла огорчить меня.

Я нахмурилась.

– Мертвым все равно, кого они огорчили. Я поступила так, как поступила. И не собираюсь придумывать отговорки. Мои истинные мотивы слишком грубы, чтобы ты их поняла.

Бесцветные губы матери медленно изогнулись в улыбке.

– Никатея, у тебя не было другого способа узнать ту жизнь? Что, сладкая иллюзия закончилась? Интересный ты получила опыт?

– Была очень приятная прогулка, мамочка. Освежающая, – сказала я. – Это было замечательно.

– Вот и чудесно, – проговорила царица. – В дальнейшем предупреждай меня о своих планах. Договорились?

– Хорошо. Но не обещаю.

– Да уж, принцессой ты так и не стала, – сказала мать. – Вагнеса, надо что-то делать с этой девчонкой!

– Сегодня о ее подвигах судачат все жрицы, а завтра заговорит вся империя, – сказала Вагнеса. – Пришло время отправить ее в Школу.

«Что ж, – мрачно подумала Никатея, – могло быть и хуже». Потерю свободы будет трудно пережить, но ей всегда нравилось учиться.

– Когда? – прямо спросила Ника.

– Учитывая, что твои шестнадцать уже позади, завтра будет в самый раз, – ответила Людина.

– Как прикажешь, матушка, – согласилась Ника. – Завтра я буду в Школе.

– Послушай меня внимательно, дорогое дитя, – ледяным голосом проговорила царица. – В Школе ты будешь подчиняться тем же правилам, что и любая ученица. И ты станешь лучшей воительницей во славу империи. У тебя впереди целая свободная ночь. Повеселись хорошенько.

– Повеселись хорошенько! – передразнила мать Никатея, выходя из кабинета. – По ее понятиям это, наверное, отрубить кому-то голову или содрать кожу с мужчины.

Вагнеса, идущая за ней, улыбнулась ее словам.

– Научись придерживать свой язык, сестричка, – посоветовала она. – Наставницы Школы не слишком обременены чувством юмора. И им до одного места, что ты принцесса амазонок.

Я кивнула в знак согласия.

Вагнеса какое-то время изучающе смотрела на меня, потом подошла и положила руку на плечо.

– Ника, я хочу, чтобы свой первый урок ты получила от меня. Иди за мной.