Мороз - Кирилл Артюгин

Аркус встал на пороге Нью-Дзина. Из-за темноты внутри пришлось поднять затеняющий экран; пыль в воздухе тут же налипла на стекло. Аркус неуверенно ступил вперед. Затем еще раз. Еще. Под ногой затрещало. Он отпрыгнул.

– Обвал? – Аркус очертил глазами два круга, шлем считал условное движение глазных яблок – и темноту вспороли два ярких луча. На красноватом льду на полу оседала разноцветная пыль. – Откуда здесь вода?

– Все в порядке? – крикнули снаружи.

– Все чисто, – отозвался Аркус. – Я понял, от чего они погибли.

– Здесь скользко, осторожно! – прокричали за спиной. Огней становилось все больше, и вскоре в помещении почти не осталось темных уголков.

Парень в оранжевом скафандре хлюпал по замерзающему грязному месиву из песка, водорослей и воды:

– Так вот откуда вода, – он осветил лопнувшие аквариумы. – Кажется, это биологическая лаба!

– Правильно тебе кажется, Лаврентьев, – Кирилл наклонился к одному из упавших шкафов и достал оттуда тяжелую на вид пластеноловую банку. – Слушай, Аркус, я же говорил – они не только сине-зеленые используют! Тридцать два процента красных водорослей. Отсюда и вкус. Лаврентьев, сложи-ка это.

– Д-да, – парень чуть не уронил прилетевшую в него банку и поспешил уложить ее в пустующий заплечный контейнер.

– Водоросли – хорошо, но! – Аркус поднял указательный палец. – Забрать отсюда предписано биобанк стволовых клеток и всю инфу по исследованиями. Эх, если вскрывать все графстолы – куча времени уйдет. Никита, помоги-ка с этим.

Облаченная в металлические мышцы рука телохранителя оторвала приваренную крышку стола.

Аркус посветил на обнаженные электронные внутренности. Среди схем, процессоров и запасных блоков питания притаилась тонкая щель слота:

– А нам повезло! – щелчок по кнопке, и вверх вылетела тонкая пластинка с ладонь размером. – Карта общего хранения. Всего полтора петабайта. Скупердяи! Лаврентьев, в спецотсек ее.

– Какая красавица, – приговаривал парнишка, бережно укладывая пластинку. – Редкость, между прочим. Для общей карты полтора это малова…

Гору тряхнуло. Всех в лаборатории подбросило. При падении Аркус неудачно подвернул ногу. Колено пробило болью, так что устоять не получилось. От мощного толчка штукатурка повалилась кусками, а еле заметные трещины на стенах разошлись паутиной. Через секунду дошел и грохот, как от снеговой грозы. Уши заложило.

Аркус лежал, жмурясь от боли в ноге. Когда стало легче, он разлепил глаза и смахнул рукавом слой налипшей разноцветной пыли с экрана шлема. Пришлось помочь себе руками, чтобы встать.

– Все живы? – прохрипел он, шаркая между столами. Собственный голос показался ему тихим.

– Так точно, – хором выкрикнули имки. Остальные отозвались нестройными "да". Среди них едва слышно протрещал лед.

– А-а-а! – уши резанул женский визг. Кажется, Влада, но видно было только скачущее по потолку пятно фонаря. – Сюда! Помогите…

Кирилл в пару прыжков преодолел ряды графстолов, разделявших его с девушкой:

– Что случилось?– он сделал свет поярче и осмотрел ее скафандр. – Порезов нет?

В ответ немые всхлипы.

– Сюда! Кажется, у нее дыра в скафандре.

– Нет никакой дыры! – Влада пыталась оттолкнуть Кирилла, но тот схватил ее и поставил на ноги:

– А это что?! У нее кровь!

Аркус поковылял к этим двоим, лавируя между перевернутыми офисными креслами и графстолами, заваленными штукатуркой:

– Да что у ва-ас?! – под больной ногой что-то прохрустело, и он потерял равновесие. – Что это? – луч скользнул по продолговатому предмету. – Это… Что…

Аркус не сразу понял, что лежит на примерзшей к полу руке. Под его весом замерзшая кожа треснула, и из нее сочилась все еще теплая кровь. Она замазала оранжевые скафандры Влады и Аркуса. Дыхание сперло, когда совсем рядом он увидел окоченелый труп девушки. Она лежала и смотрела на него застывшими глазами. Синеватую кожу ее шеи прорезали темные жилки, на щеке заледенела красная дорожка, а длинные волосы вмерзли в кровавый лед. По телу Аркуса пробежали мурашки, разгоняя слабость недосыпа. Боль в ноге забылась, и он вскочил, чуть не припечатавшись головой о крышку стола:

– Кирилл, это не ее кровь, – дрожь в голосе задавить не получилось.

– Я не могу больше. Пожалуйста, дайте мне уйти на корабль! – судя по тону, переубеждать Владу бесполезно, но двадцать человек на десять этажей Научного Сектора – и так слишком мало.

– Ты не сможешь уйти, потому что… – Аркус выдал первый же аргумент, что пришел на ум: – Ты одна.

– Одна? Кирилл меня проводит! – Влада не дала своему избраннику и рта раскрыть, схватила под руку и потянула за собой. Парень успел только многозначительно кивнуть перед тем, как его вытолкали на выход.

Замешательство после землетрясения прошло, и только тогда Аркус заметил отсутствие рядом важного человека. В животе похолодело.

– Дара! Ты где, Дара!

На плечо легла легкая рука:

– Ну что ты так кричишь. Я здесь, жива-здорова, – ее веки дрожали, а спокойствие в голосе – напускное. Через секунду Дара обмякла в руках Аркуса.

– Не пугай так, – он поймал ее взгляд. Если бы не десять сантиметров от прозрачного экрана до ее губ… Аркус сглотнул. – Знаешь, я ведь…

"Всем оставаться на местах, – разразились динамики радиосвязи. – Айген тут решил пошалить. Взорвался сука, стоило нашим в кабинет зайти! Всем бойцам в ИМК в Сектор Управления, координаты выслал. Нужно завалы разгребать. Остальным быть начеку. Раньше тут этих андроидов делали. Мало ли шляются такие же. На всякий случай весь город заглушим".

– Разрешите обратиться, – Никита встал по стойке смирно. – Мне что прикажете?

– Тряхнуло неслабо. Ладно, иди помогай.

– Возьмите тогда, – телохранитель отстегнул с пояса АМК(л) и протянул Аркусу. – Это легкая версия. Веса почти ноль, отдачу гасит и скорость пули большая. Калибр шесть тридцать пять.

– Увидимся, верну.

Напоследок они пожали друг другу руки. Серебряная перчатка Аркуса звякнула о металлическую ладонь ИМК.