До последнего - Майк Шэкл

Кенан был просто еще одним в длинном списке людей, которые недооценивали Яс. Вопрос заключался в том, какой вред могли причинить Кенан и его люди прежде, чем у нее появился шанс показать ему ошибочность его действий?

Следующим она нашла Даксама:

— Где Тими с моим сыном?

— Она повела его погулять в лес, когда появились Плачущие Люди, но не взяла с собой ни еды, ни воды — ей скоро придется вернуться. И вы знаете, как ваш маленький мальчик относится к вам. Он не захочет уйти надолго.

— Да. Я знаю. — Яс вздохнула. — Когда Тими вернется, убедись, что она останется с Ро у тебя, не приводи его ко мне. Я приду навестить его, когда смогу. Когда это будет безопасно.

— Мы присмотрим за ним, мисс Яс. — Здоровяк, однако, не смог скрыть страха в своем голосе.

— Я знаю, что присмотрите. — Яс сжала его руку. — Просто будь осторожен, и если тебе понадобится ускользнуть с ним в пещеры, чтобы обезопасить его, не сомневайся. Лучше так, чем он попадет в руки этих ублюдков.

Когда Яс повернулась, чтобы уйти, она увидела, как к ней подбегает Мэйс:

— Они спрашивают о вас, Яс.

— Милостивые Боги, — пробормотала она. — Уже?

Возвращаться домой с Мэйс было совсем не то же самое, что идти рядом с Дином и Сорином, но она не собиралась никому об этом рассказывать.

В центре деревни были расставлены длинные столы, и большинство Плачущих Людей собрались вокруг них, поглощая бо́льшую часть приготовленной еды.

От одного этого зрелища Яс стало дурно — еды было достаточно, чтобы кормить ее людей несколько дней, а головорезы Кенана просто запихивали куски в рот. У них тоже было вино, и они не стеснялись его пить.

— А вот и она, — крикнул Кенан со своего места в центре этого хаоса. — Подойди, сядь со мной. — Он подтолкнул мужчину, сидевшего рядом с ним, чтобы освободить место для Яс.

— Очень любезно с твоей стороны, — сказала Яс, садясь.

— Это меньшее, что я мог сделать. В конце концов, ты одна из нас. — Он постучал себя ножом по щеке. — Конечно, обычно мы не рекомендуем убивать своих, чтобы заслужить слезы.

— Рааб сам на это напросился.

— Тебе не нужно меня убеждать. Рааб был моим кузеном, и я знаю, каким пиздюком он был. Тем не менее, традиции и все такое. Ты не снискала популярности у других лидеров. Рааб, кем бы он ни был, хорошо зарабатывал. Ты? Не очень. — Он выковыривал что-то, застрявшее в его желтых зубах.

Яс рассмеялась:

— Что можно заработать в разрушенном городе? Мы провели три месяца, живя в пещере. Как можно много заработать на черном рынке, когда ни у кого нет ни гроша за душой? Тем не менее, мы отправили все, что могли.

— Это было немного.

— Это все, что у нас было.

— Мы принимаем не только монеты.

Яс уставилась на него, в ней закипал гнев:

— Ты же не предлагаешь...

— Предлагаю.

— Это мои люди, — сказала Яс, стиснув зубы. — Я не собираюсь продавать ни одного из них.

Кенан снова оскалил зубы.

— Мы не покупаем, Яс, моя дорогая. Мы берем сами. А теперь тебе нужно решить, одна ли ты из нас. — Его нож коснулся ее щеки. — Или нет. Если нет, то у нас может быть совсем другой разговор.

— Если вам нужны только рабы, почему вы не остались там, где были? Там достаточно заблудших душ, которых вы сможете собрать, когда начнется война.

— Ты права, но проблема пребывания в зоне боевых действий в том, что есть шанс погибнуть самому. Можешь считать меня пессимистом, но я бы предпочел, чтобы со мной этого не случилось. Гораздо лучше приехать сюда и выбрать легкую добычу, а?

Яс уставилась на этого человека, спрашивая себя, возможно ли ненавидеть кого-нибудь сильнее.

— Я понимаю твою логику.

— Я знал, что ты умная, Яс. Ну, ты действительно Плачущий Человек, или мне нужно действовать самым жестоким образом?

Иногда трудный выбор вовсе не был выбором:

— Сколько человек тебе нужно?

69

Тиннстра

Котеге

— Только пикни, и я тебя убью, — прошипела Тиннстра. Достаточно того, что этот чертов дурак бросился за ней, пыхтя и отдуваясь, производя столько шума, что мог бы разбудить мертвого. Теперь ей пришлось спасать Раласиса, чтобы он не наткнулся на очередную кучу Черепов.

По крайней мере, он узнал ее голос и перестал сопротивляться. Это было уже что-то.

Она отступила в темноту, забрав Раласиса с собой. Она зажимала ему рот рукой. Она не доверяла этому идиоту молчать, пока маневрировала, уводя их обоих с пути врага.

Должно быть, еще как минимум тысяча Черепов направлялась к Котеге вместе с дюжиной Избранных. Милостивые Боги, будем надеяться, что у Зорики и остальных хватит сил с ними справиться.

Тиннстра почувствовала, как в ней нарастает ярость, но ей пришлось напомнить себе, что она ничего не изменит, если останется с остальными. Но если ее план сработает? Это изменит все.

До тех пор Зорика и остальные предоставлены сами себе.

Она скользила от тени к тени, волоча за собой Раласиса, пока не оказалась подальше от Черепов и не поняла, что их никто не обнаружит. Но даже тогда она не стала рисковать и заставила Раласиса спрятаться, пока они оба не оказались спрятаны как следует и могли только наблюдать.

Он все пытался повернуть голову, чтобы посмотреть на нее, но она только крепче сжала его, удерживая на месте. Его дыхание с шумом вырывалось из носа, обжигая ее кожу, и Тиннстра чувствовала, как его сердце бешено колотится рядом с ее. Боги, что он делает? Преследовать меня вот так? Ему повезло, что я его не убила.

Она подождала, пока последний Череп не исчез вдали, еще подождала, пока не убедилась, что преследователей больше нет, и только тогда отпустила Раласиса.

Он оттолкнул ее, дикими глазами посмотрел на нее, потом в сторону Котеге и Черепов, потом снова на нее.

— Что ты делаешь? Почему ты их не остановила?