Вентус - Карл Шредер

Мир завертелся в каком-то совсем уж бешеном темпе, и Лавину стало совсем плохо. Хотя не ему одному - люди вокруг начали кричать и суетиться. Генерал заставил себя сесть и уставился на зеленую листву, мелькавшую в отверстиях.

К нему подбежал один из командиров.

- Мы спускаемся, сэр. Там внизу какие-то всадники и кошки.

- Хорошо. - Лавин сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить желудок. - Приведите их ко мне. Я хочу первым поговорить с ними!

Последние два метра луна спускалась десять минут, но земли она так и не коснулась, зато выпустила длинный металлический пандус. Наездники начали подниматься по трапу. Люди с носилками несли окровавленные белые тела - две басты были ранены. Генерал невольно улыбнулся. Значит, они все-таки уязвимы!

Когда последний всадник скрылся в лунной утробе, трап начал сокращаться, а земля пропала внизу. Ветры не любили терять время зря.

Командир наездников спешился и подошел к генералу, раскрасневшись от возбуждения.

- Сэр! Они не позволили нам занести тела погибших на борт. Я оставил с ней охрану, но принес вам…

- С ней? - Лавин встал, опираясь на трость, которую смастерил для него Хести. - С королевой? Она с тобой?

- Нет, сэр! Именно это я и пытаюсь вам сказать. Ветры пускают в луны только живых.

Лицо сержанта поплыло. В ушах у Лавина зашумело. Он почувствовал, как кто-то схватил его за плечи; люди кругом кричали. Его усадили в походное кресло.

- Только живых… Значит, она…

- Она погибла, сэр. Королева мертва. Это был случайный выстрел. Мы хотели ранить ее коня - я приказал стрелять только по копытам, но она нагнулась и…

- Понимаю.

- Я оставил с ней почетную охрану и послал двоих, чтобы они привели из дворца королевских караульных.

Лавин вдруг почувствовал, как в нем зажглась искорка надежды.

- А вы уверены, что это королева? Есть у вас доказательства?

- На ней были кольца с печатью, сэр. - Сержант вытащил из поясного мешочка квадратный лоскут и развернул его, показав фамильные золотые кольца.

Лавин уставился на кольца. Они выглядели так неестественно - одни на этом черном квадрате…

- Сэр! .

Правда, когда они впервые занимались любовью в той гостинице рядом с академией, колец на Гале не было. Он увидел позже. В тот день она сидела во всем сиянии королевской власти на троне и, заметив Лавина, одарила его загадочной улыбкой.

- Сэр!

Генерал оперся на руку сержанта и что-то пробормотал.

Она немного поддразнивала его, упиваясь своим новым положением; однако Лавин знал, что это просто от гордости и удивления. Ее отец ушел в тень, свергнутый с трона указом опресней, и в тот момент Гале казалось, что она может все. Лавин тоже так думал - и верил, что они будут вместе.

- Я должен ее видеть, - сказал, пошатнувшись, Лавин. - Спустите нас вниз! Я должен ее видеть!

- Ветры приказывают продолжать, сэр. Мы не сумели схватить Армигера. Нам придется совершить марш-бросок к Вратам Титанов.

Лавин со злостью выругался и заковылял к огненной колонне. Солдаты молча расступились перед ним. Его это слегка удивило. Неужели они знают, что он любил ее? Люди стояли опустив головы; никто не смел встретиться с ним взглядом. Они знали о его любви к ней - и тем не менее сражались под его руководством? Не может быть!

Задыхаясь, Лавин остановился в двух метрах от ослепительно сверкающих Лебедей.

- Поверните назад! - приказал он. - Спустите нас на землю! Никакого ответа.

- Делайте, что я вам велю! Я нужен королеве!

- У нас другие заботы, - прозвенел хрустальный голос колонны.

- Прошу вас! - Лавину было трудно говорить из-за давящей боли в груди. - Отпустите меня к ней.

- Нет. Иначе мы выбьемся из графика. Ваша королева нас не интересует.

Лавин застыл - и неожиданно почувствовал, что все вокруг уставились на него. Что делать? Изливать свою ярость на виду у всей армии? И что сделают его солдаты, если поймут, что и он, и они - пленники Ветров, пешки в игре, не имеющей отношения ни к Япсии, ни к человечеству вообще?

Кто-то положил ему руку на плечо. Лавин обернулся. Священник мрачно смотрел на него, и в глазах его было предостережение.

Сцепив зубы, Лавин поклонился колонне.

- Я понимаю… Вы, разумеется, правы.

Он пошел обратно - и идти вдруг стало легко. Он словно парил в невесомости, подпрыгивая на ходу. Люди что-то говорили ему, но их слова были лишены смысла. Лавин видел свет и формы, но они тоже были лишены смысла. Гала умерла, причем по его вине. С таким же успехом он сам мог ее застрелить. Именно этого он боялся больше всего; кошмары месяцами преследовали Лавина, и каждое утро он закалял силу воли, учась управлять собой, своими людьми, миром и Ветрами, только чтобы уберечь ее. Еще вчера он проснулся в полной уверенности, что Гала жива и свободна, и сердце его воспарило от безмятежной радости, как ласточка к небесам. Но все это было в прошлом. Больше он никогда не будет счастлив.

Руки, хватавшие его, постепенно куда-то пропали, голоса умолкли. Он обнаружил, что стоит у одной из гигантских дверей. Лицо его обдувал холодный ветер, но это не оживило Лавина. В воздухе был привкус смерти. Далеко внизу виднелись пятна снега, голые деревья. Лавин всегда считал, что никто не должен умирать зимой. Теперь и Гала была такой же холодной, с окоченелыми руками и ногами. Надо обнять ее и согреть.

Он подошел к краю отверстия. Кто-то выкрикнул его имя. Оно показалось ему проклятием.

Лавин решил, что просто упадет вниз, и закачался на краю. Закрыть глаза - и полететь. Какое облегчение после всего, что ему пришлось пережить!

Он повернулся и рухнул на колени, спиной к отверстию.

Нет. Он не заслужил такой легкой смерти.

Лавин повесил голову и на виду у своей армии зарыдал от горя.

40

Шестнадцать боевых звездолетов из флота Архипелага сверкали, как бриллианты, на бархатном полотне космоса вокруг Вентуса. Они соблюдали дистанцию в двести километров, но Глас, наблюдавшей за ними из иллюминатора подлетавшего к флагману челнока, казалось, что они совсем рядом. Каждый из них был размером с гору. Однако Глас прекрасно осознавала масштабы происходящего: даже тысячи таких кораблей не смогут расплавить скалы Вентуса и Диадемы до мантии, если только не забросают их пролетающими мимо астероидами и кометами. Хотя в случае такой грубой атаки в космосе окажется уйма обломков, и вполне возможно, что одному из кораблей Ветров, строящихся сейчас на луне, удастся спрятаться.

В любом из кипящих морей лавы, которые военные хотят оставить за собой, может сохраниться крошечная полость или холодный камушек с семенами механ, таких малюсеньких, что их и не заметишь. А через тысячу или миллион лет они возродят Вентус. Вдобавок ко всему, если 3340 начал внедрять в Ветры алгоритмы семени воскрешения, он и сам рано или поздно может здесь воскреснуть.