Волшебник-юнлинг - E. ea I

— Ага, — Рон поддакнул, неуверенно ощущая себя под прицелом множества глаз.

Волшебник, чуть морщившийся, расчёсывая лоб, зло зыркнул на Поттера и мельком обвёл взглядом очередь, уставившуюся на него как на животное в зоопарке. Его ближайшие соседи стали помаленьку стараться отодвигаться от тёмного колдуна.

Тут открылась дверь из приёмно-сортировочного покоя сразу за огороженным местом привет-ведьмы, как и все местные работники, одетой в мантию приятного желтовато-зеленого цвета лайма. Вышла молодая светлокожая семья коренных англичан с годовалым младенцем и трёхлетней девочкой, все облегчённо улыбались.

— Следующий! — из открытой двери раздался выкрик усталого колдомедика. — И хвала тем, кто применил Патронуса, — громко добавил мужчина.

— Спасибо, — ни на кого не глядя, просто в холл сказал кареглазый шатен и поспешил вывести жену с детьми через выход в маггловский Лондон, чтобы вызвать «Ночного рыцаря», поскольку иначе ему домой не вернуться — с маленьким ребёнком нельзя аппарировать из-за неминуемого магического выброса с последующим расшепом.

Какая-то тётка с огромными кудрями от волшебных бигуди ринулась проверяться следующей, её самодельная мантия перламутровых оттенков больше напоминала платье. К слову, очередь змейкой стояла так, чтобы выходящие из приёмного покоя находились от неё как можно дальше; магическая вентиляция еле справлялась. Едва дверь тихо закрылась за ней, Поттер продолжил удерживать инициативу в своих руках, игнорируя опасливо-восторженные взгляды и шепотки в очереди — от уже отгремевшей шумихи по поводу его сражения с полтергейстом Тёмного Лорда до нынешнего карантина.

— Перси, изобрети, пожалуйста, чары колдорентгеновского излучения, а то мы тут простоим до морковкина заговенья, — глянув снизу-вверх в пол-оборота.

— Что такое рентгеновское излучение, Гарри? — сразу же уточняя непонятное вместо отклонения кажущейся абсурдной просьбы.

— У магглов есть такой технический аппарат, который просвечивает тело. Мне как-то делали рентген в поисках туберкулёза в лёгких, а ещё он высвечивает переломы. Вот если бы тут имелся такой излучатель, то очередь мигом рассосалась бы, да и в гостиной факультета сразу будет видно, на ком отрыжка слизней, — волшебник-юнлинг постарался выражаться в детском стиле. Он дал достаточно подсказок, все кусочки паззла Перси знал.

Кто-то в очереди хмыкнул, кто-то громче засопел, но те и другие заинтересовались, а некоторые дети зашептались с родителями.

— Хм…

— Интересная задачка, Гарри. Надеюсь, Перси, ты найдешь ответ максимально быстро, а то мы так потеряем уйму времени и настрой, — уныло выдохнул мистер Уизли, прикинув, что их очередь подойдёт минут через двести.

— Я уже думаю, папа, — буркнул старший сын.

Очкастый манипулятор сдержал улыбку: мистер Уизли выразился так, как он хотел; Перси зацепился за «найдёшь» и «максимально», сопоставив с Ревеллио и Люмос Максима. И всё равно отличнику потребовалось свыше пяти минут, прежде чем он сообразил навесить модификатор максима на всю формулу разом, что позволяло модифицировать световые чары в виде отдельного летающего сгустка. Собственно, логика проста: создать свет, придать свету зримый всеми эффект проявителя магии, специализировать его, максимизировать для полного спектра охвата.

— Эм, я следующий в туалет, — увидев, как светловолосый ирландец отводят своего мальчугана, нашёлся Перси с тем, как формально обойти запрет на колдовство в холле. Префект смело взялся решить эту задачку, приняв вызов без понимания, что ему дарят шанс прославиться.

— Проходите, молодой человек, места там всем хватит, — натянуто улыбнулась привет-ведьма, уставшая быть вежливой с толпами, в которых постоянно находятся скандалисты. Благо «тёмный маг» лишь зло сплюнул и горделиво отвернулся от Уизли, довольный тем, что ему стало посвободнее стоять.

— Эм, а разве при карантине так можно? — недоумённо воззрившись на ведьму.

— Эм… извините, заработалась, действительно, не стоит… — при этом она ну очень выразительно глянула на тесно стоящую очередь, после чего настрочила записку и применила те же чары самолётика, какие обязательны в министерстве.

Вскоре Перси смог уединиться и опробовать связку. С первого раза не вышло, с третьего тоже, зато после долго вдоха и протяжного выдоха удалось «подвесить» руку, предварительно нарисовать нитевидное сплетение, подправить пару раз до геометрически более-менее ладной фигуры и неторопливо сплести по этому шаблону:

— Люмос Вердимиллиус Специалис Ревеллио Максима.

Из палочки вылетел яркий искрящийся и переливающийся зелёными оттенками шарик света примерно с кулак юноши размером. Рентгеновское излучение он не видел, но представлял, что оно должно проходить тело насквозь для выявления переломов костей, вот и пожелал видеть магию сквозь физические преграды, в частности, дверь самого туалета. Магии юный волшебник вложил достаточно много, больше, чем для трёх заклинаний в отдельности. Потому ничего удивительного, что составленная им формула и чётко по мастерской науке Чар выведенное колдовство сработало по умозрительным представлениям в его голове.

Ни дверь, ни потолок, ни стены визуально не стали прозрачными, однако в радиусе семнадцати метров вокруг проявились все магические ауры. То есть глаза воспринимали дверь из туалета, на которую словно проектор с учебным диафильмом навёлся и показал призрачные силуэты разноцветных аур привет-ведьмы, сбоку от неё колдомедика с пациенткой, коридорные светильники на потолке, проявились чары внутри туалета и внутри приёмного покоя, отчего стал заметен шкаф с зельями.

Одна проблема, вернее, особенность этого заклинания — направленную проекцию просвечивания увидели все в радиусе действия изобретённого излучателя и сам сгусток источника тоже наблюдался. Перси об этом не сразу понял. Довольный собой изобретатель поспешил гордо выйти в холл для демонстрации всем в очереди своего чудесного успеха на ниве плетения чар. И он ожидаемо увидел шок и трепет на лицах толпы, а также большие пальцы его братьев и лукавую улыбку зачинщика сего экспромта, знатно тешащего чувство собственного величия с заделом на упоминание по колдорадио и серьёзную сумму за продажу формулы тем же колдомедикам.

Считанные мгновения триумфа, а дальше какая-то девочка пугливо взвизгнула, тыкая пальчиком в напоминающую амёбу кракозябру на лице дядьки с цветными соплями. В следующие мгновения очередь стремительно разделилась на чистых-здоровых и грязных-больных, коих оказалось всего четверо, что примечательно, без того джентльмена, которого обгадили Патронусы и который действительно имел насыщенно тёмную ауру без каких-либо посторонних включений, но помятую.

Родительские похвалы потонули в поднявшемся гомоне.

— Квиетус Максима, — сбежавший с лестницы целитель в лаймовой мантии с гербом больницы наколдовал успокоение на всю толпу в холле.

Утихомирив народ, смуглый лысый мужчина с короткой ухоженной бородкой окинул всех профессионально-внимательным взглядом и быстро сбежал по оставшимся ступенькам. Опытный колдомедик сразу же поверил тому, что видел, поскольку каждый день