Глава клана. Том 2 - Алексей Широков

Смешно сказать, как мысли о трупе и возможностях белёсого, похожего на человека червя в какой-то момент перескочили на тему, которую я гнал от себя в последнее время. Сокровища, хранящиеся в катакомбах… И ведь с одной стороны что-то внутри меня прямо-таки кричало: «Нет! Не смей даже думать! Это твоё и только твоё! Не надо никому ничего рассказывать…» А с другой – головой-то я понимал, что это верещат отголоски моего прошлого, когда кругом были только чужие люди, а я оставался сам по себе. Одинокий лютоволчонок в чужой стае, которая не набрасывалась на него, чтобы разорвать, только потому, что порой он был очень даже полезен.

«А теперь? – мысленно спросил я себя, выходя вместе с остальными студентами из прозекторского корпуса на улицу и вдыхая холодный и свежий зимний воздух. – Теперь я всё ещё один? Или всё же уже не один? Недавно я чуть было не поехал крышей, пусть и не сам по себе, желая стать именно главой своего клана, чтобы именно так ко мне относились… А сейчас я для пришедших людей князь Бажов. Тот самый глава. И они уже сделали для меня многое… но вот что я сделал для них, чтобы они меня уважали? Родился в правильной семье?»

Эти мысли и дальше неслись бы вскачь. Ведь, если быть честным с собой, ясно, что в данный момент я со схроном Бажовых, как говорит иногда Алёна про некоторых людей: «Как собака на сене!» – то есть ни себе ни людям! Ведь по большому счёту, как бы ни душила меня жадность, я просто не знал, как самому распорядиться тем богатством, а мои родственники подобным промыслом жили!

А с другой стороны, не будучи воспитанным в клане, я просто боялся, что меня кинут, отодвинут в сторону, а то и вовсе убьют! С точки зрения клановых, наверное, страх иррациональный. Ведь это клан! Как можно им не доверять?!

Но для меня, выросшего среди простецов, а затем познавшего юность на дне Таганской Нахаловки, вопрос «доверия», а тем более такого вот, полного, всегда стоял ребром. Демьян, Хильда и остальные… Это всё таки не мама с папой! Родители, которым я безоговорочно доверял, мертвы. А теперь знал, что и они хранили от меня свои тайны, которые нагнали и ударили по мне тогда, когда я не был к этому готов. Так могу ли я довериться, по сути, чужим людям, состоящим в моём собственном клане…

Я бы так и заморачивался, медленно шагая по заснеженным дорожкам парка, если бы меня внезапно сзади не обхватили нежные девичьи ручки в знакомых зелёных варежках. И приятный сердцу голос не сказал из-за спины:

– Антоша! Привет! Я так соскучилась…

– Откуда ты здесь? – обернувшись, я сам обнял Хельгу, прижав её к себе, а затем поцеловал мгновенно покрасневшую стесняшку Громову в быстро подставленные губы.

Благо в этом месте мы были одни, студентов вокруг не наблюдалось, а если кто и следил – так пусть обзавидуются! Я тоже по ней соскучился и даже не понимал до этого момента, насколько сильно. И уж тем более с поддержкой клана за спиной не собирался бояться реакции её родственников…

«А не двуличная ли ты скотина, Бажов? – мысленно, но как-то вскользь, ибо сознание улетало в небеса, укорил я сам себя не в силах оторваться от уст девушки. – Только что спрашивал сам себя, можешь ли им доверять, а сейчас готов прятаться за их спиной от…»

Воздуха не хватило, и мы разорвали поцелуй, но Хельга тут же практически повисла на мне и крепко прижалась, положив голову на мою грудь.

– Я так за тебя боялась… – прошептала она и вдруг затараторила: – Титан, монстры, бунт… а меня из небоскрёба не выпускали! А ещё Никиту ранили и я… я… Так было страшно…

– Знаю… – прошептал я, прижимая девичье тельце к себе, а затем вдруг сказал: – Мне тоже было страшно… За тебя!

– За меня? – Хельга чуть отстранилась и посмотрела на меня.

– Да… – я глубоко вдохнул холодный зимний воздух, наполненный лёгким ароматом её духов, и признался: – Когда гигант сшиб своим выстрелом небоскрёб… Я знал, что это не ваш «Небесный столп», но на мгновение…

* * *

Я прогулял «тактику», которая была назначена у нас после позднего обеда, и даже не собирался придумывать отмазок на завтрашний день, когда мне в любом случае придётся встретиться с преподом на второй паре. Хельга, только сегодня вернувшаяся в школу, была для меня самой уважительной причиной не появиться на занятии. А «тактик» – мужик нормальный, он поймёт, тем более после того, что всем нам недавно довелось пережить.

В приталенной шубке из серебристого меха и женской папахе чуть более тёмного цвета девочка выглядела самой настоящей чародейской боярыней, и я долгое время просто глаз не мог оторвать от её изящной фигурки. Мы… решили сегодня провести вместе как можно больше времени, побродить по парковым аллеям, погулять по школе и академии, просто наслаждаясь обществом друг друга. А там, как надоест бродить по улице решить, чем ещё заняться.

В определённой степени приятно было, что вновь ударивший крепкий мороз загнал в этот прекрасный день большинство студентов в учебные корпуса и в общежития. Далеко не все первокурсники умели защищать себя от минусовых температур собственной живицей, а кто, как я или Хельга, был обучен старшими родственниками – зачастую не имел должной мотивации вылезать из тёплых помещений на крепкий морозец. На спешащих куда-то по своим делам старших юношей и девушек мы просто не обращали внимания, другие же гуляющие по парковым аллеям парочки нас не беспокоили, как, впрочем, и мы их.

– Антон, скажи… – произнесла вдруг Хельга, когда мы, до этого болтая ни о чём, дошли до ворот огороженного леса, в котором проводился мой выпускной экзамен из школы, и девушка вдруг присела, подбирая варежками комок снега из сугроба и скатывая из него снежок. – Точнее, прости… Я спросить хотела, но об этом обычно не говорят, и вообще, это неправильно, но… Можно?

– Давай, – удивился я, глядя на её спину.

– Прости… Но у тебя… – Громова замялась, а потом выпалила: – У тебя, кроме Алёны, другие женщины в клане есть? Ну… с которыми ты… Нет, я понимаю, мальчикам это нужно! И вообще, пока это не моё дело, но…

– Но… – тупо повторил я, слегка выбитый из колеи, потому как подобные вопросы Хельга никогда раньше не поднимала, но я точно знал, что про бывшую посадскую девушку она знала.

– Но… но… – девушка повернулась, и я увидел, что её прекрасное личико было насколько красно, что аж пылало, – …но… недавно у Никиты восьмой ребёнок в нашем клане родился! Егором назвали… А я всё никак успокоиться не могу с тех пор. Всё… о тебе… Я умом понимаю, что это нормально… Но как-то сердечко…

«Хрена себе! – мысленно присвистнул я. – Никитос уже имеет восемь детей! А он на месяц младше меня! А я ещё удивлялся, как кланы умудряются поддерживать такую численность…»

– Нет, – почему-то внезапно засмущавшись, ответил я. – Кроме Ольги…

– Ольги? – удивилась Хельга. – Но… Лена…

– Она именно Ольга… А Алёна… ну, так её называл не особо грамотный отец, – ответил я. – А она так мне при встрече представилась. Так что она теперь и у нас, Бажовых, Алёна. Кроме неё у меня никого нет. И детей я заводить тоже не спешу.