Пилот - Антон Перунов

Вздохнув, молодой человек поведал крестному историю последних дней, вкратце обрисовав и историю взаимоотношений с младшим отпрыском клана Айсиньгьоро.

— Дела! — хмыкнул Вахрамеев, и, сбив на бок фуражку, задумчиво почесал седую шевелюру. — Владимир Васильевич знает?

— Да уехал он, а тут каждая минута на счету.

— Тоже верно. Вот что, Мартемьянушка. Ты обожди тут маленько, а я ребят соберу, да прихвачу кое-что.

Сказав это, он круто развернулся и оставил бывшего воспитанника одного. Ждать пришлось довольно долго. Игнат все не шел и не шел, и Март практически потерял терпение, когда его окликнул из-за угла крестный.

— Чего столбеешь? Сюда иди!

— Ты откуда взялся? — изумился молодой человек.

— А что мне с этим через КПП надо было идти? — криво усмехнулся Игнат, похлопав по ложу самозарядной винтовки.

Вместе с ним пришла еще пара молодых унтеров, проходящих стажировку в центре, и неожиданно Горыня — боцман с «Бурана», неделю назад выписавшийся из госпиталя. Все четверо вооружены до зубов. Унтера, как и Вахрамеев, с СВТ, а Горыня с пистолетом-пулеметом — привычным томми-ганом. Помимо того, у всех на поясах висели гранаты и ножи.

— На мотоцикле я вас всех не увезу, — немного растерялся Март.

— И не надо. Нас Захар подвезет.

— А он как здесь оказался? — тихо спросил Колычев, удивленный присутствием боцмана.

— Много будешь знать — скоро состаришься! Говори лучше, куда ехать?

— Вот сюда, — показал бумажку с адресом Март.

— И чего это? — с интересом посмотрел на иероглифы крестный.

— Тьфу ты, — чертыхнулся про себя молодой человек, — это склады в Талиенване. Между заливом и старой китайской батареей.

— Знаю, — кивнул старшина. — Значится так. Ты поезжай на своем драндулете, а мы потихоньку следом. На месте встретимся.

— Не спугнуть бы…

— Поучи мне еще, щегол! Двигай, давай.

— И это… я обещал, что никого не убью!

— Так, а мы что тебе, душегубы какие? — развел руками Игнат. — А это так, попугать только. Как говорится, добрым словом завсегда способнее, особливо, когда с пулеметом!

— Ладно, я побежал.

— Беги-беги, Мартемьянушка, — перекрестил его вслед старый вояка, после чего усмехнулся в седые усы и тихонько добавил. — Я-то никому ничего не обещал!

Как и следовало ожидать, Колычев первым достиг цели и оказался среди лабиринта складов, пакгаузов, открытых площадок и навесов, разделенного на две неравные части узкоколейной железной дорогой. На некоторых из них виднелись люди. Другие выглядели совершенно необитаемыми, и только наезженная дорога перед оплетенными какими-то вьющимися растениями воротами подсказывала, что тишина здесь обманчивая.

Другой человек наверняка заблудился бы в этом нагромождении, но Март быстро просканировал окрестности и сразу же отыскал пропажу.

Держали Кима в отдельном блоке, в самой настоящей клетке. Но куда важнее было то, что парень жив и более-менее здоров. Хоть и обзавелся монументальными железными колодками на руках и ногах, вес и толщина которых исключали возможность сломать или разорвать их даже с помощью Силы.

А вот охрана оказалась невелика, да к тому же несли ее из рук вон плохо. Судя по всему, полдюжины сторожей полагались на полтора десятка злющих кудлатых псов, постоянно снующих по территории, а сами засели в одном из пакгаузов и с азартом резались в кости.

На соседней площадке несколько крепких мужчин что-то загружали в автомобиль с большим кузовом под охраной трех вооруженных винтовками охранников, да еще пара изображала патрулирование объекта, стараясь при этом держаться в тени. Впрочем, как бы то ни было, их тоже следовало иметь в виду.

И уже в последний момент он разглядел очень ловко спрятанный секрет на склоне соседнего холма с парой стрелков: снайпером и его вторым номером, оснащенных винтовкой с оптическим прицелом и мощным биноклем.

— Однако, — хмыкнул про себя Март. — Не такие уж и лохи эти ребята из Золотого клана. Вот, пожалуй, с них я и начну, пока дядька Игнат со своими головорезами не подтянулся и не устроил тут штурм Измаила…

Обычному человеку, чтобы оставаться незамеченным, нужно прятаться, пробираться задами, ползти через открытые участки местности. «Одаренному» в этом смысле проще. Он может отвлечь внимание наблюдателей так, что они этого даже не заметят. Точно так же случилось и с засевшими в секрете боевиками. Пока они усиленно пялились на дорогу, пытаясь что-то там разглядеть, Колычев проскользнул с другой стороны и эффектно появился позади стрелка.

— Ходи, одноглазый[2], — шепнул он ему на ухо и одновременно ударил обеими руками по шее.

Не ожидавший подобной подлости снайпер кулем свалился под ноги нападавшему, пока его ничего не понимающий напарник растерянно хлопал глазами. Еще один короткий тычок, и он тоже выпал из окружающей его реальности.

— А теперь спать, — прошептал Март, погружая обоих охранников в глубокий сон.

Полюбовавшись делом своих рук, Колычев хотел было уйти, но тут его взгляд наткнулся на оружие безмятежно спящего маньчжура. Это оказался американец — полуавтомат М1Гаранд с мощной цейсовской оптикой. Еще у снайпера имелся патронташ с набитыми патронами восьмизарядными пачками. Пройти мимо такого великолепия было бы преступлением.

— Витьке будет подарок, а заодно моральная компенсация, — решил он, собирая трофеи, в число которых включил два пистолета и мощный морской бинокль.

Пора было возвращаться, но в последний момент Март все-таки решил связать мирно дрыхнущих боевиков. Так сказать, на всякий случай. Все-таки он был еще не слишком опытным, чтобы точно определить, сколько они еще будут находиться в царстве морфея. А риск слишком велик.

Время поджимало. Еще раз убедившись, что вокруг все чисто, а Ким по-прежнему в клетке, Колычев поспешил к месту сбора.

[1] Ma chère — моя дорогая (фр.) Mon — мой.

[2] Одноглазый — жаргонное название снайпера

Глава 4

Возле будки путевого обходчика его уже поджидал маленький грузовичок или большой пикап с поднятыми боковинами капота, в недрах которого увлеченно ковырялся Горыня. Рядом со скучным видом присел на землю Игнат и неторопливо набивал табаком трубку. Оружия видно не было, впрочем, как и учеников старого абордажника.

Продолжавший непрерывно сканировать «сферу» Март постарался подобраться к ним незамеченным, и это ему почти удалось. Почти — потому что, как только он оказался достаточно близко, дядька Игнат развернулся к нему и с хитрой усмешкой спросил:

— Где тебя черти так долго носили?

— Осматривался.

— Хорошее дело. Кабы ходил потише, цены