Беги через лес - Андрей Анатольевич Кулинский

Генерал был любезен и мил с ней.

– Прошу вас, госпожа Салар, разбудите своего сына, и пока он будет одеваться, я сообщу вам, зачем вы и маленький Густаво нужны мне в столь поздний час.

За чашечкой заваренного Марией соленого кофе генерал рассказал о предательстве Диего и его бегстве из страны. Мария не верила своим ушам.

– Он опасен для вас не только знакомством, но и тем, что по заданию разведки врагов участвовал в краже секретных документов и стал переносчиком опасного яда. Дело в том, что документы хранились в кабинете моего товарища, генерала Кортеса. Бедняга предвидел кражу и пропитал бумаги ядом да так, что переборщил с порцией и сам стал пациентом нашего лазарета. Этот яд имеет радиоактивную природу и легко передается, так что от рук Диего могли пострадать вы и ваш сын.

– Так мы поедем в больницу? – спросила Мария.

– И немедленно. Разумеется, отправимся мы не в обычную больницу, а в военный госпиталь.

– Что будет со мной? – спросила Мария. – Меня сократили, когда была я в декретном отпуске, Диего кормил нас… а теперь я вдобавок жена врага народа…

– Не беспокойтесь, – ответил генерал. – О проделках Диего никто не узнает, это военная тайна, а вашим будущим я займусь лично.

Мария помнила о находке мужа и его планах встретиться с генералом, к тому же она не считала Диего настолько умным, чтобы работать на разведку.

В госпитале ее с сыном отвели в расположенную под землей, залитую мертвенным белым светом лабораторию, взяли кровь на анализ и заперли в тесной палате, где было так холодно, что изо рта шел пар.

"Зачем же заперли?" – думала Мария. – "Боятся яда?.. А вдруг и вправду работал, неосознанно… использовали его, дурака?"

Ближе к рассвету пришел генерал.

– Слава Иисусу, наши опасения не подтвердились, – сказал генерал, но в глазах его читалась не радость, а печаль. – Мы отвезем вас домой, приставим к вам охрану, на случай если Диего или его сообщники попытаются с вами связаться.

Генерал учтиво поклонился, рассчитывая уйти, когда Мария собралась с духом и произнесла ту безумную мысль, что посетила ее после исключения всех возможных вариантов:

– Диего оборотень…

Генерал сжал губы и Мария впервые вгляделась в его серые, древние и глубокие, подобно камню усыпальницы папы Юлия Второго глаза, совершенно неуместные на слегка обрамленной морщинами коже лица мужчины лет сорока, но не более.

– Разумеется, вы знали, – сказал генерал.

В груди Марии едва хватило места застучавшему от боли сердцу.

– Оборотень… – прошептала она. – Столько лет жила я с этим глупцом…

Генерал смутился. Второй раз за день.

– Так вы сказали наугад?.. Что ж, лучше б вы держали свои мысли при себе…

– Вы проверяли нас, так? Проверяли меня и Густаво? – в словах Марии был гнев, она была далеко не из тех, кого может сломить даже самая страшная новость.

– Ваш сын человек, – ответил генерал. – Но тайна Диего вам не принадлежит…

– Что вы хотите сказать?

– Это моя тайна, – генерал смотрел на нее глазами, в безднах которых сверкали молнии далекого прошлого. – Кровь оборотней способна на многое, она не дарует бессмертие, но испивший ее обретает молодость и силу, и чем моложе экземпляр, поделившийся своей кровью, тем она ценнее… Мне уже столько лет, что без крови оборотней я погибну… Видите эту лабораторию? Я и мои друзья долго ждали развития научного мира до подобной степени, чтобы можно было изучать этих созданий, но теперь их попадается все меньше. В годы моей молодости мы отлавливали оборотней, скрещивали их друг с другом в попытке выводить новых особей, но ничего не получалось, эта чарующая особенность обращаться в зверей передается не напрямую, и вот только сейчас, обладая всем могуществом науки мы начинаем понимать генетические особенности оборотней. Но, как я и говорил, новые экземпляры редкость…

– Зачем вы мне это рассказываете? – перебила его Мария, прикрыв уши своему сыну. – Мне не нужны ваши тайны, просто оставьте нас.

– Я богат и влиятелен, единственное, чего я не могу, это заставить забыть, – ответил ей генерал. – Когда вы сказали о природе Диего, а я подтвердил ваши домыслы, ваша жизнь перестала принадлежать вам.

– И что же вы собираетесь сделать со мной, древний вампир?

Генерал улыбнулся.

– Никогда не думал о себе так… Знаете, кроме вас еще один человек, не входящий в ряды моих соратников, знал о тайне Диего. Это профессор Аугусто Мендес. Я долго думал, что сделать с ним, но кажется, судьба распорядилась по своему и он сошел с ума. Теперь мне не придется пачкать руки. А вот вы… вы мне нравитесь, Мария. И я не кровожадный убийца. Я просто люблю жизнь, а знания, полученные в этой лаборатории, разве они не решат множество проблем человечества? Но для этого, прежде чем я и мои друзья получим результат, нам приходится соблюдать тайну, поддерживать мифологичность оборотней, высмеивать саму идею их существования, дабы орды безумцев не пустились в охоту за этими бедными созданиями…

В шестидесятые, например, правительством была совершена грубейшая ошибка и наш тайный орден потратил немало усилий и средств, чтобы превратить историю о той находке в миф, часть близких к тайне чиновников мы завербовали в целях расширения своей власти, остальных…

– А сами вы не такие же охотники?

– Мы исследователи… А то, что подпитываемся мы сами кровью отловленных экземпляров, так это нужно для соблюдения узкого круга знающих людей, чтоб мы не старели и нас не заменяли новые исследователи… Это другое.

Но мы говорили о вашей судьбе. Вы и Густаво будете подле меня до тех пор, пока я не пойму, что с вами делать… Вы красивая женщина Мария, и очень бойкая. Такие мне нравятся…

Пыль оседала на стеклах автомобиля, сквозь песчаную сетку розовеющий, бледный восход вызывал в груди Марии еще больше переживаний. Густаво ехал в другой машине. Как он там, без нее… Рядом же, внимательно изучая карту, расположился мерзкий вампир.

Генерал взял рацию и передал водителям:

– Потише, мы приближаемся. Не хочу, чтоб они нас видели.

Отложив карту, он пояснил Марии:

– Вашего мужа в сопровождении девушки и мальчишки мои люди заметили во время облета местности. Они движутся к месту, указанному им профессором Мендесом… Он лишился рассудка, участвуя в этом деле, бедняга. А ведь если все пойдет хорошо, эти три экземпляра послужат большому делу, а о роли профессора мало кто будет знать. Впрочем, как и о моей. Подлинные герои всегда в стороне.

– И что ждет моего мужа в