Мастер Разума V - Александр Кронос

— А занятия сегодня будут?

Вашу, сука, мать. Я ведь и правда должен их готовить. А в свете текущих событий, с этим лучше поспешить.

— Через полчаса. Ждите.

Тот молча кивает, а я двигаюсь дальше, на ходу доставая из кармана телефон. Хочу отправить сообщение Ранне, но клиентка уже отписалась сама. Фабию подлечили, всё в норме. Сейчас они возвращаются на базу в составе небольшой колонны из четырёх машин, присланных Анкером.

Отбиваю короткое сообщение, давая знать, что я в порядке. Потом пишу Айле — информирую, что сегодня за ними с Падмой тоже прибудет транспорт. На этот раз из числа людей Сая Нго.

Подумав, пишу ещё одно сообщение. Теперь уже Салвец. Её включение в группу было одним из моих условий, на которой вьетнамец с лёгкостью согласился. Возможно под его началом осталось совсем немного членов организации, но вот ресурсы у старика огромные. А врагов, в отличие от Алейны почти нет.

Оказавшись в жилом блоке, делаю себе порцию кофе. Подумав, выхожу с ней наружу и с третьей попытки одалживаю у одного из военных сигарету. Закуриваю. Делаю глоток напитка. Пытаюсь успокоить взбудораженный мозг, который один за другим набрасывает абсолютно безумные варианты планов.

Даже если Тварь пришла в себя и полностью активна, у меня есть какое-то время. Механика её адептов полностью сломана и им придётся переучиваться заново. А ещё привыкать к голосу, который постоянно находится внутри их головы.

Плохая новость в том, что основная их масса, скорее всего освоит новые способности очень быстро. Максимум за неделю. А голос Твари превратится в привычного спутника ещё раньше.

То есть через пять-семь дней стоит ожидать начала первого этапа. Одарённые, заключившие договор с Тварью, ринутся убивать. Формально — для того, чтобы поднять свой уровень силы. Но на самом деле, потому что изнутри их будет жечь постоянная жажда. И единственный способ её утолить — прикончить одарённого, пожрав саму его сущность.

Окурок едва не обжигает пальцы и я бросаю сигарету под ноги. Повезло мне, конечно. Убраться из одного мира, в котором ты победил врага, но оказался предан людьми, чтобы попасть в другой. Где Тварь всё ещё жива, а люди, в принципе, такие же никчёмные куски мяса, как в твоём. Если смотреть со стороны, получается забавная картина. Но стоит глянуть изнутри ситуации, как становится немного грустно.

Перед зданием тормозят машины. Из одной выскакивает Ранна, сразу бросившаяся ко мне, а потом выбирается и Фабия, которой помогает один из солдат.

Обе девушки отправляются спать. Я же меряю шагами кухню жилого блока, обрабатывая сценарии в своей голове. И постепенно прихожу к выводу, что задуманное практически нереализуемо. Да, прогресс местных одарённых куда быстрее, чем в моём старом мире. Но подготовить несколько десятков Мастеров первого ранга за два месяца? Как? Тем более, большинство из них совсем не моего профиля.

До первых рангов Подмастерья, я их возможно дотяну. Если очень сильно повезёт, то может быть поднимутся ещё выше. В конце концов, Ранна же смогла быстро стать мощной ударной единицей? Почему не получится у этих?

Сразу же поправляю сам себя. Клиентка не просто тренировалась. Она постоянно участвовала в схватках, наравне со мной. Подвергала свою жизнь опасности и убивала. Фабия и Айла, которые тренируются достаточно упорно и каждый день, при этом всё ещё страшно далеки от уровня силы девушки.

В голову приходит идея и я тянусь к телефону в своём кармане. Набираю номер Сай Нго. Объясняю ему задумку. Выслушав, тот медленно тянет слова.

— Это вызовет вопросы. Много разных вопросов у многих разных людей. Руководство ведомств в курс дела ввести можно, но я не думаю, что рассказывать всё оперативникам, это хорошая идея. Тебе придётся работать с ними втёмную.

Допив кофе из уже второй чашки за последние пятнадцать минут, сразу же обозначаю свою позицию.

— Я не против. Это единственный путь ускорить их развитие. Опасный, но действенный.

Какое-то время он размышляет. Наконец соглашается.

— Хорошо. Я всё организую и сообщу, как только будет что-то подходящее.

Положив телефонную трубку, усаживаюсь на стул и прикрыв глаза, ныряч в “чертог”. Ещё раз прохожусь по всем массивам данных, проверяя не упустил ли я что-то? Убедившись, что нет, возвращаюсь в реальный мир. И поворачиваю голову на осторожный кашель, который доносится со стороны дверного проёма.

Давден. Стоит, оперевшись на стенку и рассматривает меня. Судя по эмоциональному фоне, слегка волнуется. Ещё улавливаю странное и слабое чувство, которое не могу идентифицировать.

На какие-то доли секунды возникает мысль, что его подгребла под себя Тварь, но я быстро понимаю, что чудовище из-за Грани тут ни при чём. Это эмоции самого безопасника.

— У меня два вопроса. Первый — ты собираешься заниматься с этими рекрутами? Тяжело держать в узде десятерых молодых одарённых, которые так и норовят что-то выкинуть или куда-то пойти.

Замолкает. Колеблется, решая, стоит ли ему говорить дальше. Наконец решается.

— И второй — та медсестра, что ухаживает за Бабуром, уже занята? В смысле ты успел залезть к ней в голову?

Не сдержавшись, усмехаюсь. Так вот в чём дело. Джоши запал на блондинку в белом халате. А помня моё прошлое, резонно предположил, что я уже давно поимел её, превратив в подконтрольный себе объект.

— Медсестра вся твоя. Если раздвинет ноги, трахай сколько влезет. А до рекрутов я сейчас доберусь.

Поднимаюсь на ноги, а офицер напротив, проходит внутрь, останавливаясь около торца стола.

— А что за старик сюда приезжал? Ещё один босс Первой службы? Я считал, что всем рулит Алейна.

Останавливаюсь. Рассказать ему всю правду? Пожалуй ещё рановато. Да и сложно сказать, как это воспримет сам подполковник.

— Скажем так, у него было ко мне дело. Которое мы благополучно обсудили. Больше тебе пока знать ни к чему.

Судя по излучаемым эмоциям, офицер слегка обижается, но на фоне всего остального, это мелочи.

Уже подходя к тренировочному залу, внезапно понимаю, что не задал вьетнамцу важного вопроса — а следил ли кто-то за потенциальными адептами Твари на территории Римской империи? Он говорил только про Азию. Китай, ФАС, Япония. Но ещё есть Рим. Не говоря уже о Южной Америке. Твою же мать! Даже если каким-то