Охотник - Илья Ангел

Я повернулся и увидел, что Софья, стоявшая все это время неподалеку, буквально раздавила в ладони бокал с шампанским, который мерно цедила до этого в компании старшекурсников. Высокомерно посмотрев на меня и стряхнув осколки бокала с руки, вместе с которыми у нее с пальцев срывались небольшие искры ярко рыжего пламени, она развернулась и направилась в противоположную от меня сторону. Вот уж действительно, горячая девушка.

Поискав взглядом Романа, но увидев, что он удаляется с девушкой, я решился на самый опрометчивый поступок, который я совершал в последнее время.

Подойдя к столу, за которым все еще находилась эта необъятная женщина, мадам Козловская, обводившая это представление взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

— Вы выглядите очень уставшей, мадам, — я сел напротив нее, не сводя взгляда с ее лица. Она, скривившись, повернулась в мою сторону. — Нет, я не лукавлю, я говорю абсолютно серьезно. В вас есть определённый шарм, загадочность и уникальность. Но вы полностью отдаете себя работе и, скорее всего, даже света белого не видите.

— Малыш, тебе чего надо? — В своей манере уточнила она, но я заметил, что ее черты немного разгладились.

— Неужели я не могу сказать вам что-то хорошее? — Я улыбнулся ей. — Вы единственная, кто держит этот цирк уродов в узде. А взамен получаете только стойкую нелюбовь этих придурков, которые сами творят всякую хрень, а обвиняют вас.

— Парень, в тебе сейчас говорит алкоголь или покинувший тебя инстинкт самосохранения? — Уточнила она, улыбнувшись.

— Рационально звено. — Довольно серьезно проговорил я. — После того, как на ночь закрываются двери, вы тут самый могущественный человек.

— Так, подхалим, я знаю, что тебе что-то нужно. — Не выдержала и засмеялась она. — Давай, выкладывай и иди проспись, а то завтра не встанешь.

— Ключ и жетон, видимо, выпали во время ночного испытания. — Покачал я головой, больше не рискуя говорить комплименты, во всем нужно знать меру.

— Ты же у нас Морозов? — Она вывела перед собой проекцию с инфопланшета, после чего, спустя несколько секунд, достала из коробки ключ. — Держи. И больше не теряй. За следующим экземпляром придешь, будешь отрабатывать не меньше двух недель.

— Премного благодарен, — я ей поклонился и, схватив ключи со стола, быстрым шагом направился в сторону комнаты.

В коридоре возле двери прямо на полу сидел Михаил и грустным взглядом смотрел в стену перед собой. Я молча открыл дверь и нарушил целостность солевой линии, которой я посыпал порог перед уходом. Только что скорбящий о своей судьбе призрак, буквально тут же очутился в комнате, смотря на меня злобным взглядом.

— Ты — псих? То есть, ты решил оставить меня жить на улице? Или на веки вечные запереть меня здесь? — Он угрожающе начал подходить ко мне, тыкая в меня пальцем. — Чего ты добился? Видишь, тут никого нет! Никого. Я тебе уже говорил это. Нет тут призраков. Вот смотри, даже в сортире они не водятся! — Пролетев назад, он открыл дверку в ванну и демонстративно зашел туда, чтобы убедить меня в правдивости своих слов. — Какого хрена!? Дима! — Выскочил обратно в комнату призрак и, схватив пачку с солью, тут же начал посыпать ей порог в ванну.

Я ринулся на вопль призрачного друга, который, видимо, не удовлетворившись защитой на пороге туалета, насыпал вокруг себя солевой круг и, по-моему, читал какую-то молитву. Убедившись, что с Михаилом все в порядке, я взял меч и заглянул в ванную, стены которой теперь были словно исцарапаны гвоздем. Постояв несколько мгновений и убедившись, что сейчас тут безопасно, я вошел и осмотрел стены. Это были не просто царапины. Список имен, повторяющийся раз за разом покрывал все стены и потолок. На зеркале же, словно только что написанная окровавленными руками, алела надпись «Убийца».

— Ну, зато я знаю, кто ходит по кампусу, — философски ответил я, снова и снова читая знакомые мне имена.

Глава 6

Я вложил меч в ножны, подвесил их на пояс, и вышел из ванной комнаты. Там я сорвал с кровати плед и, вернувшись обратно, под удивленный взгляд призрака, который не мог выйти из собственноручно созданного им солевого круга, занавесил зеркало. Оглядев надписи еще раз, я сотворил знак для борьбы с мороком, и с удовольствием начал замечать, как те постепенно исчезают. Не думал, что встречусь с этой тварью и в этом мире. Ну да ладно, один раз я ее уже изгонял, справлюсь и сейчас. Тем более, я уже не тот, зеленый охотник, которого можно запугать фокусами.

— Ты там уже разобрался? — Подал голос Миша, присев на колени, начиная со всех сил дуть на солевую крошку. Сдуть песчинки у него, естественно, не получалось. Я усмехнулся, подошел к нему и провел ногой по полу, разрывая круг. Если бы призраки могли каким-либо способом воздействовать на подобную защиту, то защитой это бы не было. Даже возьми Михаил в руки какой-нибудь предмет, он бы не сумел повредить кругу.

— Это был призрак, — я покачал головой, вытаскивая из шкафа веник, чтобы убрать соль, тонким слоем покрывшую комнату. В данном случае она не поможет, а вот бардак в комнате раздражает изрядно.

— И что ты с ним будешь делать? — Миша запрыгнул на кровать, чтобы не прикасаться к белым кристаллам, которые оставляли на его теле довольно заметные ожоги.

— Ничего. — Пожал я плечами, начав уборку. — Пока — ничего.

Мне нужно было подумать. Действовать нужно было быстро и четко, потому что под угрозой находились все ученики кампуса, но вот с чего начать я пока не решил. Не вламываться же во все комнаты посреди ночи, интересуясь с серьезным лицом: «Не вы ли случайно вызывали Кровавую Мэри, Черную Машу, Мадам Сварт или еще кого-то, кто умер перед зеркалом мучительной смертью на территории империи. Если сомневаетесь, то давайте на всякий случай проведем весьма мучительный и опасный ритуал изгнания.»

— А те имена на стенах — это кто? — Не переставал до меня докапываться призрак, пристально глядя, как я сметаю соль в одну большую кучу. — Мне показалось, что ты узнал их.

— Когда-то знал. — Вздохнул я, старательно изгоняя из головы мысли о людях и иных, имена которых были написаны в ванной комнате. — Это имена жертв, в которых, по мнению призрака, виноват человек, на которого он открыл свою охоту. При этом, мнение окружающих его совершенно не волнует. Ты мог